В фигурном катании нередко можно наблюдать ситуацию, когда устоявшиеся спортивные легенды вдруг оказываются в центре громкого эмоционального скандала. Но с выходом автобиографической книги Габриэлы Пападакис Pour ne pas disparaître («Чтобы не исчезнуть») мир фигурного катания оказался как будто перед литературным прыжком, который не все готовы принять.
Книга, вышедшая 15 января 2026 года, сразу вызвала волну обсуждений, не только потому, что это история олимпийской чемпионки, но и из-за откровенных описаний отношений с её бывшим партнёром по льду Гийомом Сизероном.
Пападакис описывает свой союз с Сизероном — дуэт, который стал одной из самых успешных пар в истории фигурного катания — через призму личных переживаний. В частности, она характеризует его как «контролирующего, требовательного» партнёра и говорит, что порой ощущала себя «под его влиянием».
Её критика не ограничивается эмоциями — в книге также упоминаются события из жизни, включающие трудные переживания, эмоциональные проблемы и даже сложные жизненные эпизоды, включая историю с абортом, насилием и депрессией, о которых раньше публично не говорилось.
Реакция Сизерона — юридическая и эмоциональная
Гийом Сизерон, готовясь выступать на Олимпийских играх 2026 со своей новой партнёршей Лоранс Фурнье-Бодри, отреагировал довольно резко. Он назвал книгу кампанией по очернению и заявил, что она содержит «ложную информацию», включая высказывания, которые он «никогда не делал и которые считает серьёзными».
Он даже направил официальное уведомление Пападакис и издателю, потребовав прекратить распространение «клеветнических заявлений» и оставив за собой право предпринять юридические шаги.
Вслед за публикацией книги Пападакис отстранили от работы комментатором фигурного катания для американской компании NBC в рамках Олимпийских игр 2026. Представители NBC объяснили это решением из-за «конфликта интересов», обусловленного реакцией Сизерона и спорным восприятием текста книги.
Где спорт, а где личное
Фигурное катание — это спорт, где отношения партнёров порой бывают напряжёнными. Однако публичные обвинения по поводу личного характера — особенно за год до Олимпиады, где один из упомянутых фигуристов продолжает выступления с новой партнёршей — выглядят неуместно.
Первоначально Пападакис сама пыталась дистанцироваться от интерпретации о том, что книга адресована лично Сизерону: по её словам, это скорее история о системных проблемах и личном опыте, чем о попытке навредить конкретному человеку. «Если вы прочтёте её полностью, вы поймёте, что (…) это не написано против него», — утверждала она.
Тем не менее, именно те формулировки, которые попали в широкий доступ в первых рецензиях и отрывках — «он часто контролировал меня», «я чувствовала себя под его властью» — стали основой обвинений.
Психология вместо типографии
Есть ещё один момент, который в обсуждении книги часто обходят стороной, но который невозможно игнорировать.
Когда человек описывает депрессию, чувство давления, эмоциональную зависимость, обиды на партнёра, тренеров и даже на мать, возникает логичный вопрос:
это путь к исцелению — или путь к публичному обвинению всех вокруг?
Психологические кризисы, выгорание и травмы — реальность большого спорта. Но обычно их решают в кабинете психотерапевта, а не в типографии издательства. Потому что терапия — это про восстановление себя, а не про поиск виноватых.
В книге же создаётся ощущение, что источник внутренних проблем автора — это:
- партнёр,
- тренеры,
- система спорта,
- семья.
Список длинный, а главный общий знаменатель один: ответственность всегда снаружи.
От “жестокой системы” к очень личной обиде
Официальный нарратив книги — борьба с токсичной спортивной системой.
Но при внимательном чтении возникает ощущение, что речь идёт не столько о системе, сколько о конкретном человеке.
Если бы это была книга о жестоких механизмах спорта — в фокусе были бы правила, федерации, давление результата, структура тренировочного процесса.
Но вместо этого читатель снова и снова возвращается к фигуре Гийома Сизерона: его словам, его роли, его влиянию, его позиции.
В итоге книга выглядит не как манифест против системы, а как эмоционально оформленная обида на бывшего партнёра, замаскированная под социальную критику.
Тайминг решает всё
И здесь ключевым становится вопрос времени.
Книга выходит:
- в олимпийский сезон,
- накануне Игр в Милане,
- в момент, когда Гийом Сизерон возвращается в спорт с новой партнёршей.
В таком контексте публикация автоматически считывается не как терапевтический акт, а как медийный удар по репутации.
Даже если это не было заявленной целью, эффект именно такой.
Когда личные обвинения появляются ровно тогда, когда другой человек выходит на олимпийскую сцену, это уже не выглядит случайностью. Это выглядит как:
- попытка перехватить внимание,
- сформировать негативный фон,
- и — да — заработать хайп.
Где заканчивается честность и начинается манипуляция
Важно подчеркнуть:
никто не отнимает у автора право говорить о своих чувствах.
Но есть тонкая грань между:
- «я рассказываю о своём опыте»
- и «я публично обвиняю других, когда они не могут или не хотят отвечать тем же».
Когда книга становится инструментом, который:
- подрывает репутацию партнёра,
- выносит личные конфликты в олимпийское пространство,
- и при этом подаётся как борьба за справедливость,
это уже не про исцеление.
Это про попытку контроля над общественным мнением.
В итоге книга Габриэлы Пападакис выглядит не как честный разговор о травмах большого спорта, а как личная история обиды, оформленная под социальный манифест и выпущенная в максимально выгодный медийный момент.
Обвинять Гийома Сизерона — спортсмена, продолжающего карьеру и готовящегося к Олимпиаде — через книгу, изданную именно сейчас, неуместно.
Это больше похоже не на борьбу с системой, а на попытку:
- повлиять на общественное восприятие,
- подпортить репутацию перед Играми,
- и привлечь к себе внимание в олимпийском шуме.
Психологические проблемы заслуживают профессиональной помощи, а не превращения в литературное оружие.
