Его имя носил город, ему ставили памятники, а биография казалась безупречной: старый большевик, несгибаемый революционер, верный соратник Сталина. Валериан Куйбышев умер в 1935 году, избежав и репрессий, и личной ответственности за террор. Он навсегда остался в официальной истории «чистым» героем. Но реальность, особенно его самарский эпизод, куда менее героична и изрядно подправлена советскими историографами.
Неслучайная Самара: подполье по блату
В Самару Куйбышев попал в 1916 году не по партийному заданию, а почти по блату. В ссылке он сошелся с самарской большевичкой Бертой Перельман, чей дядя-бухгалтер помог устроиться в городе. Советские учебники позже рисовали его лидером местного подполья. Однако архивные документы жандармского управления и свидетельства современников говорят об обратном: он был малоактивен и практически неизвестен полиции. Его арестовали почти случайно — как сожителя другой подпольщицы.
После Февральской революции Куйбышев вернулся в Самару и вошел в руководство местных большевиков, но занимал умеренные, почти меньшевистские позиции, выступая за сотрудничество с Временным правительством. Этот «оппортунистический» эпизод впоследствии тщательно замалчивался.
Позорное лето 1918-го: бегство командира
Кульминация самарской карьеры Куйбышева, ставшая позорным пятном, случилась в июне 1918 года. К городу подходили части мятежного Чехословацкого корпуса («белочехи»). Куйбышев как председатель губкома и губисполкома должен был организовать оборону.
Силы были: около 5 тысяч бойцов, артиллерия, боеприпасы. Город был подготовлен к осаде. Но в ночь на 4 июня, после начала первой же артиллерийской перестрелки (не штурма!), партийное руководство во главе с Куйбышевым впало в панику.
Был отдан приказ о немедленной эвакуации. Вожди в спешке бежали на пристань, погрузились на пароход и к вечеру были уже в Симбирске (Ульяновске).
Бегство и возвращение: фарс после драмы
В Симбирске беглецов встретили без понимания и приказали немедленно вернуться, грозя объявить дезертирами. Они вернулись в Самару, но было поздно. Войска, оставшиеся без командования и деморализованные бегством начальства, не смогли организовать сопротивление. Увидев это, Куйбышев и его свита… в тот же день снова бежали в Симбирск. 8 июня город пал.
Это был чистый провал, трусость и дезертирство высшего руководства. Но Куйбышеву повезло: он был «старым большевиком», и инцидент решили забыть. В дальнейших биографиях самарский период упоминался скупо, а эпизод с паническим бегством был полностью вычеркнут из истории.
Уже в 1935 году, сразу после его скоропостижной смерти, Самара была переименована в Куйбышев. Город получил имя человека, который в его самый критический момент проявил не решительность, а панику.