Великим европейским модельерам зачастую была суждена долгая жизнь: Карл Лагерфельд умер в 85, Джорджо Армани - в 91, Пьер Карден - в 98. Валентино Гаравани, одного из самых знаменитых итальянских фэшн-дизайнеров, не стало в 93 года, и сейчас о нем скорбят тысячи клиенток по всему миру. Среди них множество кинозвезд (а Валентино одевал их толпами, от Элизабет Тейлор и Джоан Коллинз до Шэрон Стоун, Джулии Робертс, Николь Кидман, Дженнифер Лопес, Пенелопы Крус...)
Гвинет Пэлтроу сейчас написала в соцсетях: «Я была так счастлива знать и любить Валентино. Человека, который был влюблен в красоту, в свою семью, своих муз, своих друзей, своих собак, свои сады, в свою замечательную голливудскую историю... Я так его любила». Ей вторит Софи Лорен: «У тебя была добрая душа. Ты был другом, а твои искусство и страсть навеки останутся источником вдохновения. Это была честь - знать тебя, и ты всегда будешь со мной». И Донателла Версаче: «Сегодня мы потеряли подлинного маэстро, чье искусство не забудут никогда». Соболезнования выразила и премьер-министр Италии Джорджия Мелони, сказавшая, что Валентино был «неоспоримым мастером стиля и элегантности, вечным символом итальянской высокой моды».
Валентино Клементе Лудовико Гаравани родился в ломбардском городке Вогере 11 мая 1932 года. Свое имя он получил в честь суперзвезды немого кино и кумира женщин Рудольфо Валентино (того уже почти шесть лет не было на свете, но мать мальчика, похоже, продолжала его обожать). Кройкой и шитьем он заинтересовался еще в школе, заглядываясь на красавиц-кузин, умевших хорошо одеваться (еще он с шести лет не вылезал из кинотеатра, любуясь голливудскими звездами). Тогда же, в детстве, его любимым цветом стал красный, и потом он утверждал, что если найти в одежде правильный оттенок, - «очень яркий красный, чуть-чуть с уклоном в оранжевый» - равнодушным не останется никто.
В юности при поддержке родителей Валентино отправился учиться в Париж, работал там с Жаном Дессе (в 50-е он был одним из крупнейших модельеров Франции, наравне с Кристобалем Баленсиагой, Кристианом Диором и Жаком Фатом). А потом молодой человек вернулся в Италию и решился открыть собственный модный дом. В 1962-м его дефиле прошло во флорентийском палаццо Питти, и почти всю одежду с подиума немедленно раскупили - ради этого гости задержались в палаццо до ночи.
Он вспоминал: «В 26 лет, когда все начиналось, было очень трудно держать модный дом на своих плечах, там ведь множество сотрудников, все такое, это было очень серьезно. Но я был очень счастлив, и не сдавался, а в 1968 году меня ждал совсем уж огромный успех: мое имя узнали по всему миру. Это была «Белая коллекция». Никто не ожидал увидеть коллекцию полностью в белом. Это был большой, большой успех, и лучший момент в моей жизни. Там было белое платье кремового оттенка, когда я его создавал, думал о Жаклин Кеннеди, - и она его купила, а потом надела на свадьбу с Аристотелем Онассисом. Мне все звонили, спрашивали, не мое ли это творчество, а я не видел фотографий, и говорил «Понятия не имею». Мне отвечали: «Да наверняка ваше!» То есть обо мне знали еще до того, как она его надела. Но после этого мы продали еще 30 таких платьев!» Поскольку речь идет о высокой моде и безумно дорогих нарядах, 30 платьев - это очень серьезное достижение.
Кстати, Жаклин Кеннеди узнала о Валентино еще в первой половине 60-х - увидела на подруге его платье, восхитилась, спросила имя дизайнера. Закончилось это тем, что модельер провел дефиле прямо в ее квартире, и она купила шесть платьев; одно из них, строгое черно-белое, носила в период траура по своему мужу Джону, а потом стала постоянной клиенткой и подругой Валентино. За нею, разумеется, подтянулось еще множество знаменитостей и очень богатых женщин.
Валентино и сам быстро стал очень богат, и с тех пор его слава не гасла ни на секунду. Коллекция следовала за коллекцией, он начал выпускать готовое платье (то есть более дешевое, сразу продающееся в магазинах; в высокой моде клиентка видит на подиуме образец, заказывает его, а потом платье шьют и подгоняют в ателье специально под нее). Как все большие модельеры, он в конце концов начал выпускать духи, пользовавшиеся огромной популярностью (сейчас под маркой Valentino вышло уже более 70 ароматов). Журналисты с упоением расписывали его сладкую жизнь: в 1991-м в журнале L’Officiel сообщалось, что он «ест с золотых тарелок, и в поездках за ним повсюду следует персональный шеф-повар, француз Давид. Он восхищается итальянской едой, не любит чеснок и черный перец, но уважает перец чили, а дома чаще всего ест пенне с соусом из помидоров и базилика. Любит любую музыку, всех жанров, но предпочитает Моцарта, записи Пласидо Доминго, Лучано Паваротти, Барбры Стрейзанд и Уитни Хьюстон. Страстно обожает кино и, находясь в Париже и Нью-Йорке, старается посмотреть столько иностранных фильмов, сколько может. Любит балет, особенно American Ballet Theater, и в Нью-Йорке никогда не упускает случая пообщаться со своим великим другом Михаилом Барышниковым. У него пять мопсов, Тобиас, Руперт, Мэгги и Оливер, он обожает цветы и растения - в его саду растут пальмы, апельсиновые деревья, там есть лужайки, море жимолости, целые постели из роз. Его самый любимый цвет - «Красный Валентино», цвет мака». Еще он обожал живопись - как только у него появились деньги, первой большой покупкой стал Пикассо, «картина, полная изумительных красок». И он очень гордился, что на его показы иногда, вслед за своей подружкой, приходил Жан-Мишель Баския.
В конце концов он постепенно продал свой бизнес, но до 2007-го оставался креативным директором марки, - а потом окончательно ушел на покой. Впрочем, журналисты продолжали брать у него интервью. В одном из них он сказал: «Должен вам сказать, мне очень повезло, слава Богу. Я должен благодарить жизнь и всех людей, которые мне встречались, за это везение: я никогда не сталкивался с обманом и предательством. Я ни о чем не сожалею, у меня нет нереализованных проектов, все шло хорошо, и я был невероятно счастлив. Иногда я делал по десять коллекций в год, это было очень важно, но, знаете, я относился к этому довольно спокойно. В пятницу думал: «Так, надо взять выходной». А потом в понедельник нужно было начинать работу над своим показом, но это не было проблемой: я садился за стол и начинал рисовать, и безо всяких мучений создавал свою коллекцию. Это было очень легко, и я был невероятно счастлив».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru