Исторический факультет, зарубежная филология и журналистика – три разных направления и десятилетия, но одна alma mater. Наш медиапроект – не просто цикл интервью, а коллективный портрет университета, который прошёл путь от позднесоветской до цифровой эпохи. Мы поговорили с выпускницами 1993, 2012 и 2025 годов, чтобы понять, что поменялось в студенческой жизни ВолГУ за эти годы, а что – по-прежнему его неотъемлемая часть.
«Поступила я во времена, когда существовало СССР, а диплом об образовании получила, когда начало существовать Российское Государство»
Выпускница ВолГУ рассказывает, как учились во времена перестройки
Екатерина Камаева, учитель истории и обществознания в московской общеобразовательной школе, а также кандидат исторических наук, начала свой путь в ВолГУ в не самые лёгкие времена для нашей страны. Однако это не помешало ей заработать множество положительных воспоминаний об учёбе, которыми она не против поделиться.
В интервью выпускница исторического факультета 1993 года рассказала, как студенты готовились к парам в то время, как проводилась практика на кафедре истории России, а также поделилась именами тех, кто её вдохновлял.
Учёба в непростое время – не помеха!
— Как Вы оказались в ВолГУ в период больших перемен в стране? Что для Вас тогда означало получить высшее образование?
— Поступила я в 1988 году, во времена, когда существовало СССР, а диплом об образовании получила в 1993 году, когда начало существовать Российское Государство. И, если честно, особой разницы я не почувствовала. Ты просто проживаешь этот период по возможности достойно и продолжаешь заниматься своими непосредственными делами: учиться, помогать родителям. Перемены ощущались, прежде всего, в повседневной жизни. Но, скажу честно, для большинства бывших школьников, ставших студентами первого курса, приоритетом в жизни было обучение в лучшем вузе города.
Незабываемым студенческим впечатлением стала встреча с Максимом Матвеевичем Загорулько сразу при поступлении. Первый ректор университета считал важным общаться с первокурсниками-медалистами, кто на первом же экзамене подтвердил право обучаться в классическом университете. И пока остальные абитуриенты сдавали второй-третий экзамен, мы успели, в прямом смысле слова, потрудиться на благо теперь уже своего ВолГУ.
Так мы познакомились с ребятами-первокурсниками остальных факультетов и поддерживали дружеские отношения во время студенчества. Максим Матвеевич сразу перешел к делу и рассказал о перспективах и возможностях для успешного продвижения в профессии и науке. Кстати, в 1988 году на историческом факультете из медалистов сформировали отдельную группу, первую, в которой мы взрослели с первого по пятый курс.
— Опишите типичный учебный день в Ваше время. Какие были самые яркие, полезные, сложные дисциплины?
— Вряд ли учебный день на историческом факультете принципиально отличается от учебного дня современного студента. Лекции, семинарские занятия, обычно по три-четыре пары. Факультативные занятия тоже были, но к их проведению любимые преподаватели могли подходить временами нестандартно. Невозможно забыть экспериментальный интенсивный курс по немецкому языку на весь учебный день, когда мы, на диалогах, каждый в своей роли, осваивали навык разговорной речи два года.
— Кто из преподавателей запомнился больше всего и почему?
— Когда мы приступили к углубленному изучению истории, мы попали в руки Профессионалов, которые заложили Традиции Исторического факультета. Нам, счастливчикам, довелось слушать лекции и общаться на семинарах с выдающимися учеными, яркими личностями: Анатолием Степановичем Скрипкиным, Николаем Дмитриевичем Барабановым, Александром Владимировичем Леонтьевским, Владимиром Анатольевичем Китаевым, Сергеем Григорьевичем Сидоровым, Игорем Олеговичем Тюменцевым, Ниной Эмильевной Вашкау, Соломоном Элиазаровичем Крапивенским. В рамках одного интервью невозможно назвать всех. ВСЕ до одного, кто с нами работал, были не просто учеными, наши преподаватели были и являются выдающимися людьми современности.
— Как была организована практика, научная работа? Была ли связь с будущей профессией?
— Практика 90-х, вероятно, ничем не отличается от современного подхода к организации профессионального исторического образования. Мы работали в Волгоградском областном архиве, во время полевой практики выезжали в археологические экспедиции. Наш первый опыт – раскопки в окрестностях села Сидоры Михайловского района Волгоградской области. Но нас как студентов интересовали не только артефакты курганных погребений эпохи бронзы, но и вечерние посиделки с гитарой у костра, и даже реконструкция «Дня взятия Бастилии» с шуточным пленением руководителей экспедиции, которые с удовольствием включились в «революционные» события.
После третьего курса начиналась педагогическая практика. В августе 1991 года мы работали вожатыми в детском лагере Подмосковья. По приезду нас предупредили, что в лагерь периодически наведываются потенциальные иностранные покупатели, и наша смена может стать последней в истории детского оздоровительного учреждения. В свободные от практики дни мы, конечно, отправлялись на электричке в Москву, гуляли по столице и пытались затем, уже как историки, осмыслить происходящее. И, естественно, последний этап профессиональной подготовки – разработка и проведение уроков в школах. Практика на базе школ – это настоящее испытание для студентов классического университета.
— Каким Вы помните главный корпус и ваш факультет? Какие места были Вашими любимыми?
— Было больше, что называется, свободного жизненного пространства и меньше кабинетов. Любимым местом для нашей группы был второй этаж, где находится исторический факультет, большая амфитеатром аудитория на спуске от библиотеки, где нам поточно читали лекции на весь курс и общежитие, куда мы ходили в гости к нашим однокурсникам.
— Какой была внеучебная жизнь?
— Уже на первом курсе некоторые из наших ребят выступали на университетской сцене в «Студенческой весне» в номинациях «СТЭМ» и «Танец» и сорвали нешуточные аплодисменты. Однако большую часть времени на протяжении пяти лет, вечера и выходные, мы всем курсом проводили в областной библиотеке им. Горького. Занимали очередь для работы с нужной монографией. Для подготовки только по одной теме семинара историкам-студентам требовалось отработать информацию из десятка монографий и статей.
— Какая была общая атмосфера в студенческом сообществе? Ощущался ли дух «alma mater»?
— Историческое образование, которые мы получили, – результат сотрудничества и наставничества, нас с радостью приняли в большую семью историков. Деканом был Борис Федорович Железчиков, который знал всех, был в курсе проблем своих подопечных, и всегда по-отечески был готов решать любой вопрос в интересах студента, широкой души человек, с отличным чувством юмора.
— Какие ресурсы университета (знания, связи, навыки) оказались для вас самыми ценными в карьере?
— Кафедра истории России стала для меня по-настоящему родной. Спустя более чем десять лет после окончания университета, заведующая кафедрой Нина Эмильевна Вашкау, к моей великой гордости, согласилась стать научным руководителем, а оппонентом на предзащиту назначили очень требовательного Олега Викторовича Кузнецова. Написание работы было самым счастливым временем в научно-исследовательском смысле. Научное сопровождение под руководством Нины Эмильевны можно назвать безупречным.
— Изменилось ли Ваше восприятие ВолГУ с годами?
— Впечатления не изменились. Университет всегда ассоциируется с лучшими студенческими годами: напряженной, особенно во время сессий, учебой, общением с талантливыми людьми.
— Поддерживаете ли Вы связь с университетом или однокурсниками сегодня?
— Мы до сих пор не просто общаемся, мы дружим. При случае обращаемся за профессиональным советом, помощью к тем, чья деятельность связана с преподаванием. Ребята нашего курса достаточно часто собираются. Мы в курсе профессиональной и жизненной траектории однокурсников. Студенческое братство поддерживается десятилетиями.
— Если бы Вы могли «перенести» один элемент вашего студенчества (например, преподавателя, традицию, предмет) в современный ВолГУ, что бы это было и почему? И наоборот, чего Вам, как студенту вашего времени, не хватало?
— Нам хватило всего, и в плане преподавания, и ценности человеческого общения на занятиях и вне с нашими уважаемыми преподавателями. Пожалуй, необходимо усилить подготовку в направлении методики преподавания истории и других общественных дисциплин. На выпуске мы были сильны как теоретики, а преподавательская деятельность требует хотя бы на базовом уровне владения педагогическими технологиями и чуть большим опытом взаимодействия с детьми.
— Какой главный совет Вы бы дали нынешнему студенту вашего института/направления?
— В нашем университете работала и работает команда профессионалов. Удаленное образование и дистанционные занятия не создают всех условий для высококачественной профессиональной подготовки, особенно для гуманитариев.
Надо все время находиться в движении, общаться, заявлять о себе, чтобы развиваться как специалист и в личностном плане. Сходите на предзащиту, посмотрите на каком уровне можно выступать в вашей специализации. Учитесь у лучших!
Максим Сандалов
Как исполнялась мечта: о карьере и романтике Волгоградского государственного университета
Поговорили с Юлией Завьялкиной
Как попасть в общежитие студенту-волжанину, о разных менталитетах, «говорливых» соседях и блестящей карьере рассказывает Юлия Завьялкина — выпускница Волгоградского государственного университета 2012 года по направлению «Зарубежная филология».
О выборе между университетами
— Юлия, давайте начнем с самого начала. Почему для изучения зарубежной филологии Вы выбрали именно ВолГУ, а не, скажем, педвуз?
— Я знала, что хочу быть преподавателем английского языка, и у меня был вариант между педагогическим (просто на преподавателя английского) и ВолГУ. Но сама я из Волжского, и чтобы поступить именно в ВолГУ, мне бы пришлось много ездить. В Волжском есть филиал, который выдаёт дипломы Волгоградского госуниверситета. Я обратилась в этот филиал, и там была замечательная специальность — зарубежная филология. На этом направлении предполагалось два иностранных языка, английский и немецкий. Был вариант отучиться и уже быть преподавателем двух языков. На тот момент мне это было очень интересно.
— Отличный вариант, но Вы выбрали не филиал, а именно университет в Волгограде. Почему?
— Я уже была готова подать документы в ВГИ, но прежде решила съездить посмотреть, где у меня будут проходить занятия. Да, главным корпусом было красивое, интересное место, но пары моего направления, зарубежной филологии, должны были проходить в здании бывшего детского садика. Вы представляете себе постройку советского типа, да, переоборудованную под учебное заведение, но всё же. Я поняла, что не хочу учиться там пять лет. Я была готова поступить даже в педагогический, но раз уж решила ездить учиться в Волгоград, то можно было посмотреть и ВолГУ. И, знаете, это была любовь с первого взгляда. Это было огромное, шикарное здание, которое отвечало всем моим требованиям и представлениям. И, позабыв обо всём, я осталась там, даже несмотря на то, что приходилось каждый день ездить по 2,5 часа.
— Звучит как сказка! Что было дальше?
— Неожиданным открытием для меня стало, что зарубежная филология ВГИ и ВолГУ — это две разные специальности, разные дисциплины, разные программы, совершенно разное наполнение. На протяжении пяти лет было непонятно, какой диплом я получу — от филологического или лингвистического факультета. Позже стало ясно, что в дипломе будет сказано «преподаватель русского, литературы и английского языка». Соответственно, чтобы преподавать русскую литературу, необходимо было пройти весь полный курс обучения, как у русских филологов, плюс курс, как у английских филологов и лингвистов. У нас всегда было больше всех дисциплин и экзаменов. И это было потрясающе, я ни разу не пожалела, что обучаюсь в ВолГУ, даже когда вставала в 5 утра.
— Я Вас прекрасно понимаю, иногда так хочется добавить романтики в обычные будни!
Об общежитии, активе и соседском менталитете
— Сейчас волжанам предоставляют место в общежитии, как и всем остальным, а Вы пробовали подавать документы на заселение?
— Конечно, я подавала документы на первом курсе, но его не смогли предоставить, так как были студенты, живущие еще дальше. Первый год я прожила на съемной квартире, но всё равно надеялась на место, отмечалась в администрации. У меня была хорошая успеваемость, бюджетная основа обучения, и на втором курсе меня наконец-то заселили! Радости не было предела! Место мне предоставили на шестом этаже, который предназначен для учащихся института филологии и межкультурной коммуникации, но я стремилась попасть на третий.
— Потому что там была возможность попрактиковаться?
— Да! Конечно, там были еще и хорошие условия — только что отремонтированные новые блоки. Но я хотела практики, и я добилась своего: на третьем курсе я переехала на третий этаж, меня поселили с американкой!
— С какими трудностями Вы столкнулись? Наверняка поначалу было тяжело из-за разницы в менталитете?
— Моя новая соседка была очень разговорчивая. Несмотря на высокий уровень владения языком, в первую неделю меня хватало только на полтора часа. После я переставала её воспринимать и слышала только белый шум. Это была колоссальная нагрузка! Через неделю уже всё прошло, и мы могли общаться сутками напролёт. Мы вместе гуляли, к тому же вся её группа состояла из американцев, поэтому они тоже все приходили к нам. А я совершенно была не против, для этого же всё и было задумано.
— А какую роль в обучении для Вас играл студенческий актив?
— Я для себя предпочитала студенческий актив общежития! За художественное оформление всего на свете на третьем этаже отвечала я: это стенгазеты, украшения и плакаты к любому празднику.
— А что про общежитие еще можете рассказать?
— Это вообще самая яркая пора в моей жизни. Это было очень классно, здорово. Я ни на секунду не пожалела, что заселилась именно в общежитие, и даже то, что попала именно на третий этаж. И там историй очень много всяких разных!
О факультете филологии, преподавательском составе и цифровизации обучения
— Каким Вы запомнили филфак, преподавателей и студентов, которые учились с Вами на одном направлении?
— Если говорить про русскую филологию, там было очень много людей, которые реально горели именно языком, лингвистикой, старались себя куда-то пристроить, где можно было бы практиковаться больше и больше. А в зарубежной филологии, видимо, были какие-то точно такие же домыслы, как у меня: что будет одно, а получилось другое. У нас получилось намного более углублённое изучение литературы и русского. Но весь поток мой мне очень нравился, у нас были одни интересы.
— А что скажете про преподавательский состав?
— Преподаватели были замечательными, я понимала, что действительно обучаюсь.
— А был кто-то особенный?
— Валерий Александрович Пестерев, он читал нам курс зарубежной литературы. Это был профессор-легенда на нашем потоке. Истории про него передавались через поколения! Очень строгий, со своеобразной манерой вести лекции, своей системой оценивания.
— Я слышала про него от знакомых выпускников!
— Есть одна история, связанная с ним. Я выбирала себе научного руководителя, решила работать с преподавателем, который читал нам курс «Зарубежная литература», но так получилось, что нас распределяли автоматически, меня передали Пестереву. Сначала не хотелось с ним работать, потому что он был очень строгим. Но потом я поняла, что это мой собственный челлендж. Как раз с Валерием Александровичем у меня будет настоящее научное исследование. Это точно будет что-то стоящее!
— Работать с ним оказалось также трудно, как и учиться?
— У него был достаточно серьёзный и строгий подход. К четвертому курсу, когда в сентябре все только выходили учиться, у меня уже должно было быть готово введение и черновик первой главы. Этот человек очень сильно повлиял на моё обучение.
— Сейчас всё больше студентов начинают полагаться на ChatGPT и другие инструменты. Понятно, что когда Вы учились, ничего подобного не было, но наверняка были какие-то другие подобные агрегаторы?
— Когда я пришла в университет, мне пришлось завести почту. Преподаватели постоянно говорили: «Давайте, я вам скину на почту?», но у меня не было почты, у меня была флешка с собой. Это был верх наших онлайн-технологий в собственной красе.
О работе преподавателем английского
— Давай поговорим о твоей работе. Ты преподаватель английского, верно?
— Да. Изначально, до того как я получила свой диплом, я знала, что там будет написано «преподаватель трёх предметов — русского, английского и литературы». Конечно, я любила и русский, и литературу. У нас была практика, мы по несколько недель преподавали русский, литературу и английский. После практики учителем русского я поняла, что он мне нравится, но преподавать русский я бы не хотела. Преподавателем литературы я была в гимназии, и даже там дети не читали, не готовили домашние задания. Хотя, казалось бы, подготовленный класс, но читают единицы.
— Да, сейчас детям совершенно не нравится читать.
— А когда я проходила практику как учитель английского, я поняла, что это действительно то, чем я хочу заниматься. В первый же год после университета я устроилась в языковую школу, отработала там два года. Там было очень много выездных мероприятий, мне нравилось, что я могу преподавать английский в любых форматах.
— А что было дальше?
— Потом я уволилась, и мы с коллегой открыли свой офис. За пять лет штат вырос с двух до семи коллег, я могла реализовываться как хочу, в любых форматах и пробовать всё, что мне хотелось!
— Это здорово!
— Под конец 4-5 года работы студии я стала переносить все свои проекты в онлайн, и теперь я живу в Калининграде и работаю полностью онлайн. Сейчас я работаю как частный преподаватель, беру учеников индивидуально, а весь мой филологический опыт выливается в группу ВК. Я могу взять книгу на английском и создать по ней курс. Я всегда хотела анализировать тексты, и теперь могу делать это вместе с такими же увлечёнными людьми, да ещё и на английском! Одно из преимуществ — что у меня есть право выбора. Я сама выбираю, что мне комфортно изучать, с кем работать.
— Если Вы ведёте группу ВК, значит, необходимо разбираться в SMM. Вы проходили какие-то курсы или обучение?
— Когда я только начинала заниматься преподаванием, я посещала какие-то обучения, изучала новые методики. Но когда открыла для себя онлайн, это стало настоящим бустом для меня. Захотелось обучаться всё больше и больше. У меня были обучения и по SMM, и по копирайтингу; у меня здорово получилось из-за хорошей филологической базы. Я до сих пор учусь новому — и в своей работе, и в смежных сферах.
— У вас замечательный, интереснейший путь становления! С вами было очень приятно пообщаться, спасибо!
Ксения Татаринова
«Горы в моей жизни начались с ВолГУ»
Как дорога из Тюмени привела выпускницу университета в Красную Поляну
Путь Евгении Корельцевой — это история о смелых решениях, длинных дорогах и умении использовать возможности. Из Тюмени в Волгоград, из студенческого общежития на стажировку в Минск, из университетских стен в креативную индустрию города Сочи. Сегодня Евгения — старший копирайтер курорта Красная Поляна.
В интервью выпускница ИФиМКК ВолГУ 2025 года направления «Журналистика» рассказала, как стажировка в Белорусском государственном университете научила совмещать учебу в двух вузах, почему студенческий актив стал для нее лучшей школой креативности и как небольшая гора от общежития к университету оказалась первой горой в ее жизни — и символическим началом большого пути.
Выбор и старт. Из Тюмени в Волгоград
— Вы родом из Кургана, школу окончили в Тюмени, а университет выбрали в Волгограде. Почему так получилось? Что именно привлекло Вас в ВолГУ и на направлении «Журналистика»? Как Вы искали информацию о вузе (например, через сайт, соцсети)?
— Я действительно родом из Кургана, но когда мне было 3 года, родители переехали в Тюмень. Там я окончила школу и сдала ЕГЭ.
Вопрос «почему Волгоград?» я слышала все 4 года обучения и каждый раз объясняла свою историю заново. Между Тюменью и Волгоградом больше двух тысяч километров, так что выбор действительно не самый очевидный.
Я сдавала литературу и обществознание. Балл был неплохой, но, так как я из многодетной семьи, рассматривала только бюджетные места и выбирала между несколькими вузами.
Москва отпала довольно быстро: общежитие мне там не предоставляли, и мы с родителями понимали, что съемное жилье не потянем. Другие города я знала плохо, и внутреннего отклика к ним не было. В Волгограде по счастливой случайности жили наши родственники. Они рассказывали, что ВолГУ — сильный университет с активным студенчеством: студенты участвуют в городских мероприятиях, выступают, реализуют проекты.
Эти разговоры во многом убедили мою семью, что это хороший выбор — и, как показало время, они оказались правы.
Факультет я выбирала, честно говоря, по принципу «где будет интересно». С 14 лет я занималась в кружке журналистики в Тюмени, работала пресс-секретарем детского центра, участвовала в профильных конкурсах.
После школы рассматривала педагогику, филологию и журфак, но понимала, что на филфаке или в педвузе мне может быть скучно. Уже тогда для меня было важно сообщество, комьюнити. Журналистика показалась самым живым и подходящим вариантом.
Информацию о вузе я, конечно, искала сама: смотрела, куда прохожу по баллам, изучала сайт, социальные сети. Видимо, журналистская жилка уже тогда давала о себе знать. В тот момент далеко не у всех университетов были «живые» и понятные соцсети, где можно было увидеть реальную студенческую жизнь. В случае с ВолГУ рассказы родственников подкрепились тем, что я увидела онлайн, — так и сложилось окончательное решение.
В конце августа, по окончании 11 класса, мы с мамой сели в поезд и за два дня доехали до Волгограда…
— Какими были Ваши первые впечатления от города и университета?
— В первые дни мы с мамой, конечно, поехали на Мамаев курган. Я была под сильным впечатлением: такой энергетики я не ощущала нигде.
Город показался очень длинным — после Тюмени, где есть условный центр и районы вокруг него, Волгоград воспринимался совсем иначе. К этому нужно было привыкнуть.
Отдельно скажу про общежитие, потому что все четыре года я прожила именно там, на шестом этаже. Заселили меня сразу по приезде, буквально в первый день, и это был большой плюс.
Очень быстро появились знакомства: соседки, ребята с других этажей и факультетов… Мы часто устраивали посиделки, кострища, и общежитие довольно быстро стало для меня настоящим домом, даже не вторым, а первым.
Я обустроила комнату под себя, и в какой-то момент поймала себя на мысли, что уезжать оттуда уже не хочется.
От общежития до университета нужно было идти в гору.
Ошибка номер один для первокурсниц ВолГУ — идти первого сентября на каблуках. Я так и сделала, а уже по дороге поняла, что впереди меня ждет целое испытание)). Тогда эта небольшая горка давалась тяжело, особенно после «абсолютно плоской» Тюмени. Сейчас это вспоминается с улыбкой: именно с этой горки началась моя дружба с горами — позже я переехала в Красную Поляну. Живу в горах и постоянно хожу в походы.
Первое сентября в ВолГУ всегда проходит очень масштабно. Когда ты приходишь, видишь много ребят в ярких футболках, выступает ректор, активисты, и ты смотришь на них и думаешь: «Хочу так же». Это сильно вдохновляет и дает ощущение, что начинается новая жизнь. Сам университет сначала показался большим и даже немного запутанным, но со временем ты привыкаешь, начинаешь ориентироваться, и он становится по-настоящему уютным.
— Опишите свой типичный учебный день на 1–4 курсе. Насколько процесс был цифровым (личный кабинет, онлайн-курсы, пары в Zoom)? Как это меняло общение с преподавателями?
— Пары на первом и четвертом курсах — это совершенно разный опыт, поэтому «типичного» учебного дня не существует: расписание постоянно менялось. К тому же мы попали на период пандемии, и какое-то время учились полностью в Zoom.
Если говорить в целом, то мой день чаще всего начинался в общежитии: я шла на пары, после занятий ехала на работу — тогда я занималась SMM, а вечером могла пойти в спортзал. Учебу, работу и личную жизнь научилась совмещать, и это тоже был важный урок.
Цифровизация в университете ощущалась довольно сильно. Через личный кабинет мы оплачивали проживание и секции, смотрели баллы, зачеты, работали с документами. Это упрощало многие процессы и делало обучение более удобным.
Во время пандемии формат онлайн-занятий оказался комфортным: преподаватели были на связи, семинары проходили в привычном рабочем режиме, просто в другом формате. Я не могу сказать, что дистанционка как-то ухудшила наше общение с преподавателями — мы также готовились к занятиям, просто общались через экран.
Сложностей я не ощутила, а вот польза от этого опыта, на мой взгляд, была.
— Какие дисциплины в вузе были Вашими любимыми и почему?
— В первую очередь запомнилась дисциплина «Русский язык и культура речи», которую вела Светлана Анатольевна Чубай — мой научный руководитель. Этот предмет дал очень хорошую языковую базу, которая пригодилась мне и в учебе, и в профессии.
Я с детства люблю литературу, поэтому с особым удовольствием ходила на зарубежную литературу (у нас ее вел Александр Владимирович Млечко), и на отечественную литературу, которую вела Светлана Сергеевна Васильева.
Мы много обсуждали тексты на семинарах, разбирали произведения... Не знаю, совпадение это или нет, но преподаватели всегда с большим азартом погружали нас в материал, и в перспективе этот опыт действительно повлиял на мое мышление и дальнейшую жизнь.
— Какие преподаватели запомнились Вам больше всего? Как они повлияли на Вас?
— Прежде всего — Светлана Анатольевна Чубай, мой научный руководитель. Думаю, именно она научила меня уважать дедлайны. Светлана Анатольевна в меру строгая, но очень внимательная и доброжелательная. Для меня было важно, что она всегда давала свободу выбора: о чем писать, какой проект делать, какую тему выбирать для исследования. Светлана Анатольевна не критиковала, а направляла и помогала. За это я ей очень благодарна.
Александр Владимирович Млечко — преподаватель, которого любили практически все студенты нашего института. Думаю, эта любовь сохраняется и сейчас. Его занятия всегда были живыми и интересными, а истории про раскопки, Древний Египет и литературу мы могли слушать часами.
Парахневич Елена Валерьевна вела у нас «Журналистское мастерство», «Журналистское расследование» и другие дисциплины. Многие студенты поначалу ее побаивались, но со временем становилось понятно, что она дает действительно ценные и прикладные знания, которые позже не раз пригодились мне в работе.
В целом о нашей кафедре у меня остались очень теплые воспоминания. ФилФак Ван лав!
— Расскажите про самые запоминающиеся мероприятия в ВолГУ, в которых Вы участвовали.
— Одним из самых запоминающихся стал «Дебют первокурсника» — первое большое мероприятие в моей студенческой жизни. Там я читала свое авторское стихотворение, и этот момент мне особенно дорог.
На первом–третьем курсах я была активным студентом, состояла в студенческом активе, мероприятий было много...
Например, мы ездили на оздоровительный отдых в Архыз — именно там я впервые увидела горы и встала на лыжи.
Также была поездка на волонтерский форум в Грозный, Чеченская Республика, где нас познакомили с традициями региона и обучили навыкам первой помощи.
Запомнились и выездные мероприятия на территории Волгоградской области, в том числе такие проекты, как «Ежевика». Эти поездки давали не только эмоции, но и ощущение настоящего студенческого сообщества.
— Стажировка в Белорусском государственном университете на 2 курсе – яркий эпизод Вашей студенческой жизни. Как Вы получили эту возможность (через программу ВолГУ, конкурс)? В чем была главная разница в подходах к образованию, атмосфере? Как этот опыт повлиял на Вас?
— Это один из тех периодов жизни, о которых я могу говорить бесконечно. Мы с девочками-активистками подали заявки практически наобум — даже не думали, что нас возьмут.
Прошли собеседование в Отделе международного сотрудничества ВолГУ, рассказали о своих целях: посмотреть, как развивается направление «Журналистика» в другой стране, получить новый опыт, рассмотреть варианты сотрудничества в рамках студенческого актива. В итоге приняли меня и Элизабет Расулову (Гюрджян) — мою подругу и коллегу по цеху. Изначально нас собиралось пятеро, но остальные ребята испугались, и в путь отправились только мы.
Поначалу было страшно: дорога до Москвы, «Ласточка» до Минска, огромное количество сумок и чемоданов — все-таки мы уезжали на полгода. Дальше время летело быстро. Мы получили колоссальный опыт — учебный, профессиональный и жизненный.
Некоторые ребята из ВолГУ поехали по обмену в другие места, например в Казахстан, и потом мы делились друг с другом «международными новостями». Это очень расширяет кругозор.
БГУ — столичный вуз, и это чувствуется. Университет лучше оснащен технически, было много практических занятий с теле- и радиооборудованием. Программа по журналистике выстроена иначе и кажется более интенсивной: некоторые дисциплины, которые мы в ВолГУ проходили только на четвертом курсе, там давались раньше. При этом у студентов по обмену была возможность выбирать предметы.
Параллельно с учебой мы активно включились в студенческую жизнь, попали в Совет землячеств, участвовали в мероприятиях, ездили по стране, побывали в Бресте, Гродно, увидели Брестскую крепость, старинные замки...
Когда вернулись в Волгоград, привезли с собой не только грамоты и оценки, но и уверенность в том, что можем быстро адаптироваться, учиться в двух университетах одновременно и справляться с любыми задачами.
— Какие проекты и задания на журфаке были для Вас самыми полезными с точки зрения Вашей сегодняшней работы? Может, подкасты, блоги, съемки сюжетов?
— В первую очередь — вся практическая часть: дизайн, верстка, монтаж, работа на радио. Этот опыт напрямую пригодился мне в профессиональной деятельности.
Очень полезным был предмет «Русский язык»: это та дисциплина, к которой важно возвращаться время от времени. Большую роль сыграли предметы, связанные с литературой — начитанность расширяет кругозор и учит смотреть на вещи глубже и шире.
Написание курсовых и дипломной работ учит структурировать информацию, работать с источниками, самостоятельно добывать данные и грамотно оформлять материал. Эти умения оказались базовыми и востребованными в жизни и профессии.
Мне также пригодился опыт подкастов, блогов, съёмок сюжетов — и в целом всё, чем мы занимались в студенческом активе.
Жизнь вне аудитории: волонтерство и студенческое сообщество
— Насколько я знаю, Вы были или являетесь волонтером. В каких проектах Вы участвовали (университетские, городские, всероссийские)? Какие навыки и знания Вам это дало?
— Волонтерство — очень важная часть моего студенческого опыта. Я участвовала в волонтерских проектах, ездила в собачьи приюты, а также была в Грозном, о чем рассказывала выше, где проходила курс по первой помощи.
К счастью, эти знания мне пока не понадобились, но понимать, как действовать в экстренной ситуации, очень важно.
Волонтерство дает не только навыки, но и людей рядом, чувство причастности и понимание, что ты приносишь пользу обществу.
— Где было Ваше любимое место в университете для отдыха, встреч с одногруппниками, работы над заданиями?
— Как и у многих, одно из любимых мест — столовая: кофе с друзьями, разговоры, сладости, которые мы покупали буквально каждый день. А еще я часто сидела на подоконниках у окон и делала задания в ноутбуке, мне нравился вид из окон.
— Как строилось общение в Вашей учебной группе — больше вживую или через чаты и соцсети?
— В основном мы договаривались через чаты и соцсети, особенно ближе к выпуску: обсуждали мероприятия, планы, детали. Это сильно упрощало коммуникацию. Но и вживую мы тоже общались, выезжали куда-то вместе.
У меня такие встречи были реже — я часто уезжала, была на стажировке в Беларуси или работала. Но я ни о чем не жалею: в это время я получала важный опыт. Друзья с университетских лет у меня остались, и студенчество сейчас вспоминается с теплом.
Траектория: от диплома в Красную Поляну
— Какую должность Вы занимаете сейчас? Как навыки, полученные в ВолГУ, помогают Вам в работе в Красной Поляне?
— Сейчас я работаю в офисе курорта Красная Поляна, в компании Mantera Travel. Моя должность — старший копирайтер. Я занимаюсь креативной рекламой: генерирую идеи и воплощаю их на разных носителях — от сайтов и лендингов до наружной рекламы.
Также моя работа частично связана с продакшеном: сейчас, например, мы снимаем новогодний ролик, и я много времени провожу на съемках.
Креативность — это то, на чем я сейчас специализируюсь. Университет, особенно студенческий актив, очень этому научил: находить нестандартные решения, отличаться от других, «выкручивать» идеи. Этот опыт я до сих пор активно использую.
Также мне помогают навыки коммуникации, культура речи, умение формулировать мысли и работать с информацией. Все базовые практические знания — дизайн, верстка, монтаж — остаются актуальными и применимыми здесь и сейчас.
— Что Вы считаете сейчас самым ценным, что дал Вам ВолГУ?
— ВолГУ научил меня не сдаваться, даже когда что-то идет не по плану. Научил общаться с людьми, искать ответы на сложные вопросы и постоянно учиться.
Если говорить о типе мышления, то это умение работать с гипотезами и доказательствами. В литературе, журналистике и жизни в целом важно не просто высказать мнение, но и аргументировать его.
Гипотеза — подтверждение — результат: этого принципа я придерживаюсь до сих пор.
— Поддерживаете ли Вы связь с университетом и однокурсниками сейчас?
— Да, конечно. Я слежу за жизнью ВолГУ в соцсетях, вижу, какие проекты сейчас делают студенты. С однокурсниками мы поддерживаем общение онлайн, радуемся успехам друг друга. Все пошли разными путями, и за этим любопытно наблюдать.
— Что бы Вы посоветовали нынешним студентам ВолГУ, особенно иногородним?
— Не бояться пробовать и делать то, что действительно нравится, даже если внутренний критик мешает.
Искать практику, подработку, пробовать разные направления, чтобы к концу университета понимать, куда ты хочешь двигаться дальше.
И, конечно, пользоваться всеми возможностями, которые дает университет: стажировки, конкурсы, гранты, стипендии. Студенчество — это действительно золотое время.
Ангелина Агеева