Стамбул город огромный, увидеть его весь можно только, если живёшь в нём долго. А за неделю или даже за две можно только немного познакомиться!
Раннее утро в Стамбуле. Серая пелена укутала город, редкие капли дождя сонно стекали по стеклам. Но надо идти. Сегодня – Едикуле.
Улицы пустынны, словно декорации к неснятому фильму. Закрытые ставни магазинов молчаливо наблюдали, как я брел вдоль берега. Босфор в такую погоду казался свинцовым, тяжелым. В воздухе висела влажная прохлада и призрачный запах соли.
Вдруг, сквозь дымку, внизу показалась она – Едикуле. Мощная, мрачная, угрюмая. Крепость Семи Башен. Место, куда редко заносит случайного туриста, место, хранящее тишину и тайны веков.
С каждым шагом Едикуле становилась все больше, подавляя своим величием. Камни, хранящие отпечатки истории. Свидетели взлетов и падений империй. Стены, впитавшие кровь и слезы, шепот заговоров и предсмертные крики.
В воротах, которые вели в город, ленивый стражник указывает на кассу.
Что ждет меня за ними? Какую тайну откроет мне Едикуле сегодня? Какие это золотые ворота? Правда ли, что именно на них Вещий Олег прибил свой щит? Какую историю расскажет своими холодными каменными губами? Только войдя внутрь, я смогу это узнать. Только прикоснувшись к ее древним стенам, я почувствую дыхание прошлого.
Едикуле, или Семибашенная крепость — это крепость внутри крепости, которой был Константинополь в древности, это ворота, через которые императоры Византии торжественно въезжали в свою столицу, это крепость, где над Золотыми воротами, если верить легенде, был прибит щит русского князя Олега, прозванного Вещим. Ведь Крепость была построена давно, а потом много раз перестраивалась.
Предположительно первый раз её начали строить в 412 году и в этом случае Олег мог прибить щит, но существует мнение, что строительство началось значительно позже, уже в правление Иоанна I Цимисхия (969—976 годы), а вообще была закончена при Мануиле Комнине, то есть в 1143—1180 годах.
Просуществовала она недолго, во время Четвёртого Крестового похода в 1204 году Константинополь был взят борцами за веру, а крепость разрушена. Новая крепость была построена в 1350 году Иоанном VI Кантакузином (1341—1354), в ней стало семь башен отчего и стала она называться семибашенной.
Борьба с Османами внесла новую страницу в разрушения крепости... То, что мы видим сейчас, было построено уже в 1457/1458 годах при Мехмеде Завоевателе.
А вот с Золотыми воротами вышел хороший казус, если о дате постройки всей крепости споры ведутся, то вот с Золотыми вратами всё более определённо: «Золотые ворота» были возведены в 404—413 годы, как главные церемониальные ворота стен Феодосия, располагаясь в качестве триумфальной арки на Эгнатиевой дороге и включены в периметр стен позже, а получили своё название - «Золотые ворота» - из-за декоративного элемента — золотых крыльев, которые были добавлены в 425 году. Сейчас ворота заложены, произошло это тоже много лет назад, считается, что последний торжественный въезд в город через «Золотые ворота» совершил император Мануил I Комнин после возвращения из похода в Паннонию (Венгрию) в 1156 году... Сегодня Золотые ворота полностью замурованы и служат частью Семибашенной крепости.
Вместо торжеств здесь чахли над златом стражники и охраняли пленников, которыми могли стать как противники султана, так и послы воюющих держав, здесь дважды сидел в заточении Пётр Андреевич Толстой, отправленный Петром I в качестве посла в Константинополь.
Я вошёл в крепость, и город, исчез, мир снаружи растворился в полной тишине. Высокие стены остановили время, оно здесь застыло в ожидании. Каменные арки, покрытые мхом и паутиной трещин, возносились вверх, а земля под ногами была усыпана обломками былого величия. Ветер, пробираясь сквозь щели, шептал эхом, как голоса давно ушедших стражей. Я шел медленно, чувствуя, как каждый шаг нарушает эту тишину.
Вдруг в углу двора мелькнула тень – старая башня, увитая плющом. Поднявшись по крутой лестнице, я оказался на ее вершине. Отсюда Едикуле открывалась во всей своей мощи: семь башен, как стражи забытого царства, окружали внутренний двор. Внизу, в лужах от дождя, отражались серые тучи, а Босфор вдалеке казался бесконечной серой лентой. Здесь, на высоте, ветер усилился, неся с собой соленый привкус моря и что-то еще – аромат специй из далеких базаров, смешанный с пылью веков.
Спустившись, я вышел через малую калитку в стене, там, где были Золотые ворота, подошел к одной из стен.
Вот они, Золотые Ворота. Когда-то триумфальные, блистающие золотом и славой. Теперь - темные, обветренные, зияющие провалами. Символ ускользающей роскоши, ушедшей эпохи.
Пальцы скользнули по холодному камню, и на миг показалось, что под ними пульсирует жизнь. Эти стены видели, как византийские императоры шествовали в триумфе, как османы штурмовали их в ночи, как узники стонали в подземельях.
Время тянулось, как густой туман. Я сидел у подножия башни, и перед глазами вставали видения: блеск золотых доспехов, крики битвы, шепот интриг в коридорах. Крепость не отпускала, втягивая в свой лабиринт тайн. Когда солнце наконец пробилось сквозь тучи, осветив стены золотистым светом, я понял – Едикуле поделилась лишь частью своей истории. Остальное спрятано глубже, в тенях, ожидая тех, кто осмелится копнуть дальше.