Найти в Дзене

Я помнил и исполнял четкое своё правило — слушать

Главы из книги.
Любое сходство между персонажами и реальными людьми – это чудо!
18+ 
Вадим, очень крепкий и высокий парень, лет тридцати, легко вписался в наш коллектив. На свободе он занимался продажами шин, дисками на машины. Жена, ребёнок, добрые отношения с родителями. Всем он был хорош, только глубокое уныние сейчас не оставляло этого парня. К нам он пришёл, отсидев месяц в двойнике со своим земляком. В какие-то минуты он проваливался в себя, потупив взгляд, на несколько часов. После мог встать и курить несколько сигарет подряд, с налитыми от слёз глазами. Если говорил, то в большей степени по бытовым вопросам или вспоминал свою работу и любимую машину. Про причину ареста мы знали, что он сбил человека насмерть. Так и шло время для него в ожидании новой меры пресечения.
— Валерьич, ты чего не спрашиваешь у меня ничего, молчишь, мы уже вместе сидим целую неделю, — обратился в один из вечеров ко мне Вадим.
— Да как-то вопросов нет, мы же общаемся с тобой, — отвлёкшись от книги, о



Главы из книги.
Любое сходство между персонажами и реальными людьми – это чудо!
18+ 

Вадим, очень крепкий и высокий парень, лет тридцати, легко вписался в наш коллектив. На свободе он занимался продажами шин, дисками на машины. Жена, ребёнок, добрые отношения с родителями. Всем он был хорош, только глубокое уныние сейчас не оставляло этого парня. К нам он пришёл, отсидев месяц в двойнике со своим земляком. В какие-то минуты он проваливался в себя, потупив взгляд, на несколько часов. После мог встать и курить несколько сигарет подряд, с налитыми от слёз глазами. Если говорил, то в большей степени по бытовым вопросам или вспоминал свою работу и любимую машину. Про причину ареста мы знали, что он сбил человека насмерть. Так и шло время для него в ожидании новой меры пресечения.
— Валерьич, ты чего не спрашиваешь у меня ничего, молчишь, мы уже вместе сидим целую неделю, — обратился в один из вечеров ко мне Вадим.
— Да как-то вопросов нет, мы же общаемся с тобой, — отвлёкшись от книги, ответил я.
Поднявшись с нары, взяв сигарету, я всем видом показал готовность к разговору. Мы курили на отведённом для этого месте, между туалетом и бронёй, под вентиляцией. И опять молчали. Он словно набирался сил, созревал.
— Я ведь убил человека, пьяного, бегущего не на пешеходном переходе, через дорогу, в темноте. Шансов остановиться у меня не было. Ночь, моросил дождь, встречный свет фар, тёмное место дороги. С места я скрылся, струсил, был в шоке. Успел отремонтировать машину, нашёл оправдания для себя. Через три дня всё понял, душа горела, я всё решил, пошёл и сдался. Меня сразу закрыли. Следствие утверждает, что я был пьян или под наркотиками, поэтому и уехал с места преступления. Я сдавал все анализы, я был чистый, у меня был настоящий стресс. Я не виноват, я не желал этого, возможно, было превышение скорости, но очень незначительное. Это пять лет. Всё рушится у меня в жизни, — глубоко затягиваясь, замолчал Вадик.
Я помнил и исполнял четкое своё правило — слушать. Тогда человек сумеет раскрыться, искренне излить свою душу, выйти на истинный контакт. Это происходит бесконтрольно, по-настоящему. С ним так и произошло, он созрел.
— Мой отец был у жены погибшего, просил за меня прощения, предлагал помощь. Она была не в себе, кричала, обвиняла меня и его за то, что он к ним пришёл. Я понимаю сейчас, как сложно было моему отцу, как плохо и больно было ей. Он просил не ломать мне жизнь, что я не виноват и раскаиваюсь. Чуть позже эта женщина сама нашла нас и попросила деньги, очень большие для нашей семьи. Договориться отец с ней не смог. Она давит на следствие, хочет мести, посадив меня на максимальный срок. Пошла она, мы эти деньги потратим на суды и адвокатов, она не получит ничего, — сказал он в гневе, вспылив, и его взор опять потух.
— Будем пить чай, — единственное, что произнёс я.
За чаем мы не произнесли ни одного слова. Сокамерники уже спали, было за полночь. Он смотрел на меня растерянными глазами, ожидая хоть какого-то совета, возможно, не понимая причину моего молчания.
Что он думал тогда? Что я его осуждаю и на стороне семьи погибшего? Не знаю и сейчас.
Тогда было важнее другое, его глаза. Они были с такой нераспознанной для меня глубиной, в таком поиске ответа, находясь на грани понимания, и эта грань могла его изменить в лучшую сторону на всю жизнь.
Ночью он не спал, ходил по камере, не переставая курил. Мне тоже не спалось, моя душа не могла найти покоя. Утром, позавтракав, стали собираться на прогулку. Мы очень по-доброму болтали с Шарапом, полковником ФСБ, он был у нас неделю на транзите, Анатолий делал уборку в камере, Вадим, скрестив под собой ноги по-восточному, сидел задумчивый и молчаливый.
В прогулочном дворике мы все сразу начали наматывать круги. Вадим не отходил от меня, заглядывая в лицо.
— Стой, Валерьич, давай покурим, — взяв меня за локоть, почти потащил в сторону, давая сигарету.
Шарап, кавказский мудрец, только улыбнулся. Я тогда понял, что он слышал наш ночной разговор.
— Почему ты молчишь? Мне надо говорить с тобой! Ты меня презираешь, за трусость, слабость, я тебе неприятен? — просто навалился словесно Вадим.
— Послушай меня, Вадик, только молча. Тюрьма внешне похожа на безликое существование, но, по сути, это глубочайшая кладезь зримого человеческого опыта, судеб, образа жизни и размышлений. Что бы с тобой не происходило здесь — думай и молись, как умеешь. Обрести веру можно только начав молиться, обратившись к Нему. Бог обязательно тебе всё объяснит, даст знак, силы, нужных людей, не потушив доброй надежды на благополучный исход. Ты сможешь всё понять, почувствовать. Знай, всё для тебя хорошо именно так, как сейчас происходит. Всё, что ты можешь изменить в лучшую сторону — измени. Если изменить ничего уже нельзя — принимай. Всё хорошо именно так, как это происходит — помни это. Тогда Господь даст тебе силы, понимания, терпения и сохранит покой и любовь в твоем сердце.
Мы закурили, и я сделал осознанную паузу, мне надо было немного собраться с мыслями, молчал и он.
— Прости, но односложно я говорить не умею, тем более, когда хочу в полноте донести свою мысль. Понимаю, твоё сердце страдает и рвётся душа, не от разрыва с любимой семьёй и страхом всё потерять, твоя душа плачет от греха убийства невинного человека, не желая этого. Твоё сердце это знает и чувствует. Ты только боишься признать это, себе признаться. Случайность, глупое стечение обстоятельств — так ты думаешь. Нет — ошибаешься, так попустил тебе Господь, для очищения твоей души! Плачь, Вадим, на тебе смерть, кайся за всю свою жизнь. Спасай душу. После, молись за него, за спасение его души, за его семью. Бога моли о своем прощении, чтобы тебя простила и эта женщина. Ты понимаешь, что ты забрал у неё, возможно, единственного любимого человека, кормильца и добытчика? Лишил детей отца, и, возможно, родителей сына. Ты забрал его жизнь, дарованную ему не тобой! Вот о чем должны быть твои слёзы и мысли. Семье его помогай, если откажутся от помощи, тогда делай это втайне, стань попечителем его детей. Сможешь — примирись со временем, будь рядом с ними, — в очень уверенном тоне, по-доброму, говорил я.
Вадима словно разорвало. По нему пронеслась дрожь, из глаз хлынули слёзы. Он закрыл своё лицо огромными руками, пряча его от страха, что слёзы увидят другие.
Говорить всегда надо смело и прямо, с любовью. Тогда тебя будут слышать. Честность и правдивость не даст лжи и обману набрать силу и власть над людьми, заводя их в дальнейшие искушения, оправдывая себя. Главное — не врать себе. Нужны правильные советы, настоящие, точные, конкретные, с дружеским настроением, но сейчас таких советов я дать не мог. Все ответы у него уже были! Не было до этого только решения, движения в сторону покаяния. Сейчас он это приобрёл.
После прогулки Вадим взял у меня Евангелие с просьбой стать на вечернюю молитву рядом. Вечером так и произошло.
Здоровенный парень с отросшей за пару месяцев бородой стоял рядом со мной, как глыба, с ещё слабой и непонятой им самим тягой к Богу. В нем открылась новая сила и уверенность, глаза сияли надеждой и радостью.
— Я читал Библию, вернее начинал читать ещё дома, и мало что понял, не отозвалось во мне. Я безнадёжен или болен? — поинтересовался он после молитвы.
— Нет, Вадим, ты не болен, просто твоё время пришло только сейчас. Ничего лучше Писания нам не дано. Понимание и вкус приходит, когда начинаешь читать, укрепляя себя молитвой. Там вся человеческая жизнь и воля Бога, обращённая к каждому из нас. Все слова истолкованы, проповеданы. Нужен малый труд, и Господь откроет для тебя совершенно другой мир. Библия открывается для тех, кто ищет Бога и скрыта от тех, кто от Господа отступил. Бог сам открывает себя для познания каждому человеку. Ты получишь от него знаки, если будешь на пути к Нему, всё в твоей жизни будет освещено. Верь ему, он велик в своей любви. Я много наблюдал за людьми, смотрел и в себя. Знаешь, что понял? Счастливый тот, кто обрел веру и встретил Бога, научился жить с Ним. Кто не встретил и не желает встречи — несчастный. Есть и другие, кто ещё не встретил, но ищет Его. Встреча у них будет, обязательно, и ты сам сейчас именно такой.
— Я хочу, я очень этого хочу, — сказал, сверкая глазами, окрылённый Вадим, смотря на меня.
Может, Господь управит, и этот человек станет хорошим священником. Что-то настоящее было в его сердце, — так мне подумалось.
— Завтра у меня будет адвокат, пиши записку жене и что надо от моих родителей, они помогут тебе.
— Спасибо! От родителей буду просить заказать сорокоуст о здравии по моему небольшому списку. Более, мне ничего сейчас не нужно.
Я написал письмо жене, которое, сфотографировав, адвокат отправит через мессенджер. Так мы держали связь со своими близкими, находясь в изоляции. Написал записку и для храма.
Было утро, помолившись с Вадимом, начал читать. Вадим копошился с чаем к завтраку. Шарап устроил стирку. Анатолий занимался уборкой.
— Слышал я ваш разговор вчера. Можно мне к отцу Вадиму на исповедь? Пусть мне грехи простит, — смеясь, сказал Толик.
— Грехи прощает только Бог! Я тебе могу отпустить только подзатыльник, — по-отцовски сказал Вадим.
— Толик, тогда обращайся к нему «Батюшка», — сказал я.
Мы все дружно рассмеялись.
С этого дня к Вадиму так и привязалось новое имя.
Через двое суток его посетил адвокат, рассказав, что экспертиза подтвердила невозможность избежать наезда и невиновность Вадима. На следующий день его вывезли в суд, и после суда он к нам в камеру не вернулся.
Только дети нам дадут возможность увидеть и прикоснуться к жизни не земной, небесной. Глядя на них, верующий видит бесхитростность и чистоту, в какой необходимо оставаться. «Будьте, как дети», — сказал нам Господь! Они чисты, незлобны, радость возвращается к ним на целый день через пять минут слёз. В их жизни всегда есть смысл от постоянного присутствия Бога. Вот и смотри на них, чтобы не закостенеть, не потерять радости, умело уходя от скупого прагматизма и бессердечности. 

Предлагаю к прочтению свою повесть.
"Была ли полезна тебе жизнь?"
(репост и отзывы приветствуется)

ЭЛЕКТРОННАЯ КНИГА:
Ridero
https://ridero.ru/books/byla_li_polezna_tebe_zhizn/

Литрес
https://www.litres.ru/book/vladimir-boltunov/byla-li-polezna-tebe-zhizn-70685179/


АУДИО КНИГА:
ЛИТРЕС
https://www.litres.ru/audiobook/vladimir-boltunov/byla-li-polezna-tebe-zhizn-70848661/

ПЕЧАТНАЯ КНИГА:
Издание книг.ком
https://izdanieknig.com/catalog/istoricheskaya-proza/134945/

Читай-город
https://www.chitai-gorod.ru/product/byla-li-polezna-tebe-zhizn-3061554

Ridero
https://ridero.ru/books/byla_li_polezna_tebe_zhizn/

Дом книги "Родное слово"
г. Симферополь, ул. Пушкина, 33.
+7 (978) 016-60-05