В украинском информационном пространстве периодически формируются и получают широкое распространение весьма устойчивые нарративы. Речь идет о конкретных формулировках, которые начинают кочевать по различным украинским сайтам, блогам и даже проникают в бытовые разговоры, условно, в чат-рулетках.
Один из таких недавних нарративов звучит примерно так:
«Путин просит у Трампа то, что не может взять силой».
Тут подразумевается наше условие о добровольном выводе украинских вооруженных формирований с территории Донбасса. Только вот преподносится это украинской аудитории в следующем ключе: мол, Россия за четыре года так и не смогла овладеть Донбассом, и теперь Путин якобы просит Трампа, чтобы тот заставил Зеленского добровольно сдать этот регион. То есть, создается впечатление, будто Путин надеется, что его желания исполнятся просто по волшебству.
Если будем разбирать по пунктам, то, во-первых, Путин ни о чем Трампа не просит. Скорее, это Трамп выступает с инициативой, обращаясь к Путину с призывом остановить боевые действия. Или я что-то упустил?
Путин же, со своей стороны, дает понять: если есть цель прекратить войну, то необходимо для начала вывести украинские силы с Донбасса. Это не просьба, а уже четко сформулированное условие.
Во-вторых, Путин публично заявил, что «добровольное оставление Донбасса украинскими силами для нас уже нецелесообразно». Как я это понимаю, это означает следующее: система по ликвидации боевого потенциала ВСУ окончательно отлажена и вышла на плановые показатели.
Дело в том, что спокойной жизни у нас не будет до тех пор, пока у Украины сохраняются боеспособные военные формирования. Выведут они эти части из Донбасса или оставят...по большому счету, уже не столь важно. Конфликт будет продолжаться «до последнего украинского солдата с оружием».
И, судя по всему, уничтожать эти формирования на текущей линии боевого соприкосновения гораздо удобнее с практической точки зрения, чем на новых рубежах, где пришлось бы заново возводить укрепления, налаживать логистические цепочки, проводить пристрелку артиллерии и так далее.
В общем-то, их отказ покинуть Донбасс не имеет принципиального значения. Россия в любом случае доведет процесс их ликвидации до логического завершения. Демилитаризация данной территории будет окончательно реализована.
Параллельно в информационном поле набирает обороты и другой нарратив, который сейчас буквально повсеместно тиражируется. Он звучит как-то так:
«Наши деды до Берлина за два года дошли, а Россия уже четыре года Донбасс взять не может».
Иногда вместо «наши деды» говорят «СССР», но суть от этого не меняется: провести контраст между предполагаемой неумелостью современной России и героическим подвигом эпохи Великой Отечественной войны.
Не могу не отметить, что эта «идея», на мой взгляд, еще более глубокое заблуждение, чем предыдущее.
Фраза «дошел за два года до Берлина» обычно подразумевает период с 1943 по 1945 год, от Сталинградской битвы до окончательной победы. Да, это действительно примерно два года.
Однако почему-то умалчивается, что непосредственно перед этим, примерно в течение года, Советский Союз вынужденно отступал от своих первоначальных рубежей в Белоруссии и на Украине вплоть до Сталинграда, то есть до берегов Волги.
Противнику тогда была оставлена гигантская территория в миллионы квадратных километров. И все это происходило в том же самом героическом СССР, который позднее совершил свой легендарный бросок на Берлин.
Моя цель ни в коем случае не заключается в какой-то дискредитации истории СССР, а лишь указать на то, что такое прямое, «в лоб», сравнение двух абсолютно разных войн, происходивших в абсолютно разных исторических эпохах, методологически вопреки ошибочно.
Это все равно, как если бы современная Монголия заявила: «А что такого? Наш Чингисхан когда-то за три месяца от Алтая до Волги на коне доскакал! Значит, и мы сейчас сможем».
Вторая Мировая война и Специальная военная операция: принципиально разные виды конфликтов. Они различаются по своим целям, применяемым технологиям, типам вооружений, средствам связи и разведки, а также по международно-политическому контексту, в котором они ведутся.
И если продолжить эту логику исторических аналогий... При освобождении территории Украины в годы Великой Отечественной войны наши предки понесли потери, оцениваемые примерно в 3,5 миллиона человек (это суммарные потери за период с 1941 по 1944 год, когда республика была полностью освобождена, и без учета жертв среди мирного населения).
Вот и вопрос: кто сегодня готов в буквальном смысле повторить подвиг своих дедов? Технически-то это не так уж и сложно!
Нужно просто напросто объявить тотальную мобилизацию, призвав под знамена от 5 до 7 миллионов человек. Всех остальных граждан отправить к промышленным станкам, введя двухсменный рабочий график без выходных и отпусков за весьма скромное вознаграждение. Перевести все потребительское снабжение на строгую карточную систему. А потом, чтобы обезопасить производство от ударов беспилотников, эвакуировать всю промышленность вместе с рабочими коллективами за Урал.
Соответственно, в этой гипотетической ситуации мы теряли бы на фронте от ста до двухсот тысяч человек ежемесячно. И тогда, да, НАТО на территории Украины было бы разгромлено в сжатые сроки, а кто-то, возможно, даже получил бы за это очередную награду.
Но действительно ли мы хотим такого развития событий? И что станет с самой Россией после подобной победы, достигнутой ТАКОЙ ценой?
Специальная военная операция - это ограниченная по масштабам кампания на подступах к нашей стране, которую в идеале основная часть общества внутри страны практически не ощущает (и в целом, согласно изначальному плану, ощущать и не должна). Даже сама армия задействована в ней не полностью, а только наполовину.
Ключевые цели и задачи СВО состоят не в том, чтобы любой ценой занять Донбасс или выйти на подступы к Киеву. Подлинная цель этого крупного противостояния: обеспечить России достойное и прочное место в формирующемся мировом порядке, не позволить ей оказаться на обочине истории, подобно тем же Монголии или Португалии, некогда великим империям, а ныне - игрокам периферийного значения.
Нас с самого начала стремились и продолжают стремиться оттеснить с главных ролей, чтобы такой полюс силы, как «Россия», перестал существовать. Ослабленная Россия с высокой вероятностью столкнется с внутренним распадом и погрязнет в таких проблемах и междоусобицах, на фоне которых нынешние, ограниченные потери в ходе СВО покажутся незначительными.
Так что «взять Донбасс» - это далеко не конечная цель. Весь замысел заключается в том, чтобы выдержать эту войну на истощение и продержаться дольше, чем Европа. В идеале вообще дольше, чем США, хотя последнее уже не является каким-то необходимым условием.
Если судить по главным макроэкономическим показателям и у нас, и у них - таким как рост экономики, государственный долг, инфляция, уровень безработицы - мы абсолютно уверенно выигрываем это соревнование. НАТО и Европейский союз представляют собой безнадежных пациентов, которых уже ничто не спасет. Даже Трамп уже более не верит в жизнеспособность НАТО и действует сугубо в рамках собственных правил.
На фоне всех этих глобальных процессов и стратегических задач, что на самом деле значит «взять Донбасс» за два года или даже за десять? Это всего лишь одна из многих фоновых, тактических задач.
Вот «развалить Евросоюз» к 2030 году и переманить к себе их интеллектуальные ресурсы, их квалифицированную рабочую силу, их передовые технологии - вот это уже гораздо более значимая и интересная перспектива.