С первых дней нового 2026 года в роддоме № 1 Новокузнецка (Кемеровская область) произошла череда трагических событий — СМИ облетела информация о девяти случаях смертей новорождённых детей. За этой леденящей душу статистикой стоят разбитые надежды и непроходящая боль семей, которые с трепетом ожидали появления на свет своих малышей.
Как разворачивалась ситуация в новокузнецком роддоме
История о череде смертей новорождённых в роддоме № 1 Новокузнецка началась задолго до январской трагедии. Как отмечает «КП», ещё в сентябре 2025 года в медиапространстве разгорелся скандал: в сети появилось видео, где женщина рассказывала о чудовищном происшествии с её сестрой. По словам заявительницы, беременная поступила в роддом на 21‑й неделе, и во время родов медики якобы грубо извлекли недоношенного младенца, в результате чего ребёнку оторвали руку — малыш погиб. Больница тогда опровергла информацию о нарушениях, однако дело передали следователям; на момент описываемых событий оно всё ещё находилось в производстве.
Конец 2025 — начало 2026: роковой период. С 1 декабря 2025 года по 11 января 2026 года в роддоме № 1 Новокузнецка появились на свет 234 младенца — такие данные привёл региональный Минздрав. Учреждение, расположенное в четырёхэтажном кирпичном здании, позиционировалось как крупный перинатальный центр при областной клинической больнице. Сюда направляли рожениц со всего юга Кузбасса: женщин с преждевременными схватками, осложнениями и патологиями, а также тех, кто подхватил инфекцию на поздних сроках беременности.
Несмотря на косметический ремонт внутри и недавнюю закупку современного оборудования (прикроватные мониторы, УЗИ‑аппараты, система круглосуточного наблюдения за детьми), ситуация вышла из‑под контроля.
Первые данные о смертях: 4–8 января 2026 года. В эти дни зафиксировали три летальных исхода. Согласно разъяснениям Минздрава, после родов 32 младенца попали в отделение реанимации и интенсивной терапии, причём 17 из них находились в крайне тяжёлом состоянии. У всех диагностировали тяжёлую внутриутробную инфекцию, а у одного ребёнка выявили первичный иммунодефицит. Первые смерти произошли именно в реанимационном отделении.
9 января: из жизни ушли ещё три младенца. В этот день официально подтвердили смерть ещё трёх новорождённых. Среди них — сын жительницы Новокузнецка Виктории. Её состояние резко ухудшилось 6 января: подскочило давление, срок беременности составлял 7,5 месяцев. Родственники срочно доставили женщину в роддом, где врачи констатировали угрозу для плода и приняли решение о кесаревом сечении.
Малыш родился 7 января, но его сразу увезли в отделение интенсивной терапии — медики объяснили это недоношенностью и состоянием матери. 8 января женщине разрешили взглянуть на ребёнка, а утром 9 января медсестра сообщила о его смерти. Семья до сих пор не получила чёткого объяснения причин гибели младенца, а тело ребёнка им не выдали.
11 января: в этот день скончались также трое новорождённых. Итого, по данным Минздрава, девять детей не выжили. Всем оказывали помощь в соответствии с клиническими рекомендациями. Четверо младенцев оставались в реанимации, ещё четверых перевели в Кузбасскую детскую клиническую больницу имени профессора Ю. Е. Малаховского.
Среди умерших оказалась дочь многодетной матери из Новокузнецка. По её словам, роды проходили в нестандартной позиции — стоя; медсестра едва успела подхватить ребёнка. Девочке назначили антибиотики, затем отменили их. После введения карантина сестру роженицы выписали, но к ребёнку её не допускали. 11 января семье сообщили о смерти малышки.
Реакция властей и начало проверок: 12–13 января. 12 января в официальной группе Первой больницы Новокузнецка появилось сообщение о приостановке госпитализации в роддом № 1 по санитарно‑эпидемиологическим показаниям. Объявили о проведении карантинных мероприятий, при этом подчеркнули отсутствие дефицита кадров в стационаре. О гибели детей в публикации не упоминалось.
13 января Следственный комитет по Кемеровской области начал доследственную проверку по факту возможной халатности должностных лиц роддома. Поводом послужили многочисленные публикации в СМИ. Одновременно прокуратура региона инициировала проверку соблюдения законодательства в сфере здравоохранения. К работе подключили Роспотребнадзор и Росздравнадзор: были взяты смывы с рук всех сотрудников, однако предварительные результаты не подтвердили массовое инфицирование персонала.
В тот же день Министерство здравоохранения Кузбасса официально подтвердило гибель девяти младенцев с начала января и обнародовало данные о количестве детей, попавших в реанимацию.
Губернатор Илья Середюк 13 января принял решение временно отстранить от должности главного врача Новокузнецкой городской клинической больницы № 1 Виталия Хераскова, занимавшего пост с декабря 2024 года. Ранее он работал заместителем министра здравоохранения, имел степень кандидата медицинских наук и опыт врача‑анестезиолога‑реаниматолога. Временным руководителем назначили его заместительницу Юлию Ковалёву.
Херасков заявил, что врачи не нарушали норм оказания помощи, а опасной вирусной инфекции в роддоме не обнаружено. Он подчеркнул, что с начала эпидсезона в учреждении действовал масочный режим, а при повышении температуры у детей контакт с посторонними ограничивали.
В тот же день возбудили уголовное дело по двум статьям:
- ч. 3 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности);
- ч. 3 ст. 293 УК РФ (халатность).
Начались экспертизы и допросы. Прокуратура Кемеровской области взяла расследование под свой контроль.
По поручению министра здравоохранения России Михаила Мурашко в Кемеровскую область направили группу специалистов НМИЦ акушерства, гинекологии и перинатологии им. Кулакова и Санкт‑Петербургского педиатрического университета. Возглавила комиссию руководитель Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения Алла Самойлова.
Следователи местного отделения провели осмотр помещений роддома: палат, родильных залов, изучили документацию. Уполномоченный при президенте РФ по правам ребёнка Мария Львова‑Белова направила запрос в региональный Минздрав и предложила организовать психологическую поддержку семьям, потерявшим детей.
13 января опубликовали предварительный список диагнозов погибших новорождённых. Основной версией причины смерти оставалась внутриутробная инфекция. Председатель Следственного комитета России распорядился передать дело в центральный аппарат ведомства. К расследованию привлекли опытных федеральных следователей. Помимо гибели девяти детей, они изучали и ранее поступавшие сообщения о травмировании младенцев в роддоме. Губернатор поручил провести проверку всех роддомов и перинатальных центров региона, чтобы исключить повторение подобной трагедии.
Эксперты ищут причины трагедии в новокузнецком роддоме
Трагические события в роддоме № 1 Новокузнецка не перестают быть предметом пристального внимания — как общественности, так и профессионального медицинского сообщества. Специалисты пытаются разобраться, какая именно инфекция могла стать причиной гибели девяти новорождённых детей. «АиФ-Кузбасс» ранее публиковала комментарии экспертов, в которых они выразили свои предположения.
София Столярова, врач‑педиатр с полувековым стажем, убеждена: этой трагедии можно было избежать при наличии грамотно организованной системы резервных пунктов для госпитализации рожениц. Она категорически отвергает версию случайного стечения обстоятельств, указывая на ряд тревожных факторов:
- возможный непрофессионализм медицинского персонала;
- риск занесения инфекции извне;
- системные сбои в организации родовспоможения.
Столярова обращает внимание на географическую близость городов Кузбасса — многие из них расположены в часе езды друг от друга. Это, по её мнению, позволяло оперативно перенаправлять рожениц в другие медучреждения. Особую озабоченность у эксперта вызвала информация о несоблюдении трудовой дисциплины: в сеть попали фотографии сотрудницы роддома, отмечавшей последнюю смену 2025 года за накрытым столом с алкоголем.
Анализируя диагнозы погибших детей (генерализованный инфекционный процесс, ДВС‑синдром, неонатальная инфекция, врождённая пневмония, респираторный дистресс‑синдром, гемоторакс с осложнением лёгкого), Столярова подчёркивает:
— Они встречаются каждый месяц. В определённых условиях даже таких сложных детей выхаживают. Странно то, что смерти выглядят как эпидемия или вспышка инфекционного заболевания. Причину массовой гибели новорождённых нужно искать.
Юлия Статных, акушер‑гинеколог высшей категории, предлагает иную трактовку событий. Она сомневается в связи трагедии с нарушениями эпидемиологических норм, аргументируя это тем, что при системных сбоях пострадали бы и доношенные дети (например, через развитие больничной пневмонии).
По её версии, каждая смерть обусловлена индивидуальными факторами — специфическими инфекциями у матерей, спровоцировавшими преждевременные роды. Таким образом, речь идёт не о единой причине, а о совокупности независимых случаев.
Игорь Кузнецов, сибирский политтехнолог, рассматривает трагедию как симптом глубокого регионального кризиса. Он указывает на статистически значимый рост детской смертности:
- в январе 2025 года в Кузбассе умерло 6 детей до года;
- в январе 2024 года — 5 детей.
Эксперт связывает это с последствиями оптимизации здравоохранения, которая, наложившись на хронический кадровый дефицит, лишила систему необходимого запаса прочности. В результате медучреждения оказались не готовы к пиковым нагрузкам. Отдельным пунктом здесь также можно упомянуть отмену региональной выплаты в 10 тысяч рублей за ребёнка, родившегося в праздник (её не стало с Нового года). Программа «Родился ребёнок», действовавшая с 2000 года, предусматривала поощрения шесть раз в год (в День матери, на Новый год и Рождество, в Международный женский день, День защиты детей и День России).
Георгий Бовт, политолог, призывает не торопиться с обвинениями медперсонала. Он акцентирует внимание на системных рисках:
— Неправильно, наверное, делать во всём виноватыми только врачей и медсестер. Внутрибольничные инфекции — это риск для российских роддомов, их распространению способствуют устаревшая материально-техническая база и здания, не отвечающие современным санитарным требованиям. А укрупнение роддомов тоже может способствовать распространению инфекций.
Таким образом, трагедия в Новокузнецке обнажила комплекс проблем — от организационных недочётов до инфраструктурных ограничений, требующих комплексного решения на региональном и федеральном уровнях.
Негативный фон: отзывы рожениц и история жалоб
Как отмечает в своем материале «АиФ», многие женщины, прошедшие через роды в этом роддоме, характеризуют его крайне негативно, отмечая равнодушие и небрежность со стороны медперсонала. Репутация учреждения давно вызывает вопросы — это подтверждается и низкой оценкой в онлайн‑сервисах, таких как Яндекс Карты.
В интернете можно найти множество тревожных свидетельств:
- Анастасия К. рассказала о случае, произошедшем в сентябре 2025 года: по её словам, акушерки якобы повредили руку новорождённой девочке, после чего обвинили саму роженицу в рождении мёртвого ребёнка. В ответ на публикацию больница заявила, что женщина отказалась от лечения, а размещённые в сети сведения не соответствуют действительности. По данному инциденту проводилась проверка Следственного комитета.
- Мария К. поделилась историей о гибели племянницы: ребёнок упал, месяц провёл в реанимации и скончался. Она также упомянула, что во время её собственных родов медперсонал перепутал лекарства, едва не подвергая опасности жизнь её сына.
- Анна Ф. описала ситуацию, когда её четвёртый ребёнок сразу после рождения посинел, а перед выпиской необходимые анализы не провели. На третий день после возвращения домой младенца экстренно госпитализировали в реанимацию — у него выявили дефицит калия, кальция, магния и натрия.
- Эмма Б. вспомнила о потере дочери в 2016 году и реакции заведующей, которая, по словам сибирячки, лишь кратко отметила: «Мы не виноваты».
- Мария Б. сообщила о занесённой инфекции и ошибочном диагнозе «аппендицит» в выписке.
- Татьяна Ц. кратко, но ёмко охарактеризовала опыт: «Ужас, нет слов, малышу сломали ключицу».
- Об этом свидетельствовала и собеседница редакции «АиФ» Алина, которая так прокомментировала случаи переломов костей новорожденным:
— Пока я лежала, у двух женщин детям сломали ключицы. Конечно, я не знаю, как роды проходили, какая была ситуация. Но кажется, что так не должно быть.
Девушка также поделилась тем, что у её малыша обнаружили низкий гемоглобин по счастливой случайности.
— Ребенку перед выпиской чисто случайно взяли анализы, оказалось, у него критически низкий гемоглобин. Анализы взяли только из-за меня, потому что у меня начался лактостаз. Когда я сказала, что у меня температура, в патологии запереживали, что я принесла какой-то вирус. У нас взяли кровь на утро, готовили к выписке. А когда нас должны были выписывать, приходят и говорят, что у ребенка гемоглобин низкий. Никто за состоянием ребенка не следил. Взяли анализы только из-за меня, — также девушка добавила, что отношение персонала роддома было не самым лучшим, а места, куда ставили уколы и катетеры, были покрыты синяками и шишками, которые не заживали ещё несколько недель после выписки.
На фоне общего негатива встречаются и иные мнения. Некоторые женщины выражают благодарность персоналу:
«Рожала в 2024 году, тоже все говорили: "ужасный роддом". Нормальное отношение, очень переживала перед кесаревым, врач приходила и интересовалась мной. И акушерка даже дородового отделения пришла и узнала, как всё прошло», – рассказала Кристина А.
«Я родила в 1 роддоме дочь 4.07.2025. Всё прошло прекрасно! Замечательное отношение как со стороны медсестёр, так и со стороны врачей и к матери и к младенцу! Хотя начитавшись отзывов о нём, очень боялась туда ехать», – написала Татьяна К.
Следователи продолжают работу: изымают медицинскую документацию, проводят допросы сотрудников роддома, назначают судебно‑медицинские экспертизы для установления точных причин смерти младенцев. Всё это происходит на фоне глубокого общественного резонанса и требований ужесточить контроль за качеством медицинской помощи в роддомах.