— С вас две тысячи четыреста рублей. Кассир посмотрела на меня поверх очков. В этом взгляде читалось всё: и моя скромная куртка, и пенсионное удостоверение в руке, и немой вопрос — «мать, ты уверена?». Я кивнула и приложила карту. Для моей пенсии в двадцать одну тысячу это не просто дорого. Это дыра в бюджете на полмесяца. Но на прилавке лежал такой кусок форели — плотный, с мраморными прожилками, настоящий, что я не устояла. Сын не приезжал три месяца. Работа, ипотека, вечная гонка. А тут позвонил сам: «Мам, будем в субботу. С Леной». Я летела домой, не чувствуя сумок. Достала парадную скатерть, ту самую, с мережкой, которую берегу. Натерла бокалы. Рыбу засолила сама: с лимончиком, укропом и капелькой пятизвездочного для аромата. Как Пашка любит. Вы же знаете это чувство? Когда ждешь детей, хочется не просто накормить. Хочется отогреть. Чтобы они зашли с холодной улицы, вдохнули запах дома и плечи у них расслабились. Звонок в дверь. Сердце подпрыгнуло. — Привет, мам! — Пашка, мой медв
«Вы это руками трогали?»: Невестка протерла тарелку стерильной салфеткой. Ужинать ей пришлось из банки
9 минут
1987 прочтений
9 мес