Старику пора на покой, думал Сталин, но этот старый дурак не понимает тяжести своей болезни. Будучи генеральным секретарем ЦК партии Сталин заботился о сохранении единства в партии, о продолжении дела социализма, о строительстве новой индустриальной экономики. СССР ещё только предстояло перейти от отсталой аграрной экономики к передовому промышленному развитию. Этот путь был не из лёгких, и предполагал полную концентрацию ресурсов, в том числе и политической власти.
Этот тяжёлый процесс не может возглавить больной человек, у которого постоянные инсульты, который теряет дар речи, не способен мыслить, ходить, теряет возможность читать и писать. Ленин во время своих инсультов превращался в инвалида, и Сталину было понятно, что Ильич уже не восстановится.
Когда именно Сталину пришло понимание, что Ленина придётся не мытьём так катаньем отстранять от власти, трудно сказать. Скорее всего это произошло примерно в июле-августе 1922 года, во время продолжительного пребывания Ленина в Горках в связи с его болезнью. Сталин думал, что Ленин уже не вернётся к полноценной работе, и таким образом вопрос решится сам собой.
Однако Ильич был одержим властью, вся его жизнь была посвящена политической работе либо в качестве оппозиционера, либо в качестве главы правительства. Теперь когда власть была в руках его партии, он естественно не хотел отстраняться от дел. Наоборот он хотел возглавлять процесс во что бы то ни стало.
В октябре 1922 года, к удивлению Сталина, Ленин возвращается к работе. Однако проблема состояла в том, что Сталин уже рассчитывая на политическую смерть Ленина, полностью выстроил партийную иерархию под себя. Люди в регионах, люди в наркоматах, люди в ЦК, в оргбюро, политбюро, вся эта система теперь работала на Сталина. Он естественно пока не обладал той единоличной властью, которую он обретёт к середине 1930-х годов, но он уже был первым среди равных, его авторитет как лидера партии признавали все тогдашние крупнейшие политические игроки.
Ленин в целом не сопротивлялся этому процессу, потому что он считал что Сталин, как верный его ученик, передаст бразды правления Ленину, как только Ленин вернётся к полноценной политической работе. Однако когда в октябре 1922 года Ленин наконец вернулся в Кремль, он к своему удивлению обнаружил, что Сталин не передаёт ему бразды правления, а выступает фактически как равноправный Ленину политический игрок. Сталин выдвигал собственные тезисы и по поводу территориального устройства СССР, и по поводу монополии государства во внешней торговле, и хотя он в конце концов уступал Ленину в этих вопросах, тем не менее было понятно, что это уже не поведение подчинённого. Сталин претендовал на собственную политическую роль. Это сильно раздражало Ленина.
Ситуация вылилась в открытый политический конфликт в декабре 1922 года, Ленину снова стало плохо, очередной инсульт, и хотя положение его было не безнадёжным, Сталин провёл через ЦК резолюцию о политическом отстранении Ленина от управления государством и вообще от любой политической информации. Но этого генсеку показалось не достаточным, и он ещё на всякий случай провёл резолюцию о контроле политической изоляции Ленина, и возложил на себя бремя ответственности за контроль политической изоляции Ленина. Это фактически был домашний арест Ленина с жёстким контролем любых его действий, а его тюремным надзирателем становился Сталин.
Ленин всеми силами пытался выбраться из удушающих объятий Сталина, он требует отстранить Сталина с должности генсека. Ленин хитёр, он делает это очень дипломатично, через закрытое письмо к съезду, прекрасно понимая, что секретари доложат о содержании этого письма членам политбюро. Он и самих членов политбюро и влиятельных членов ЦК обвиняет в нерешительности и бездействии, в небольшевизме, намекая на то, что сейчас нужно действовать очень решительно. Необходимо немедленно отстранить Сталина.
Естественно всё происходит так, как и ожидал Ленин. О его письме к съезду секретарь Фотиева информирует влиятельных членов политбюро и ЦК. Однако к огромному удивлению Ленина, это не производит никакого эффекта, его уже никто не слушает, все думают о предстоящей борьбе за власть после смерти Ленина.
В марте 1923 Ленин делает последнюю попытку сместить Сталина, он пишет ему угрожающее письмо, обвиняя в грубости по отношению к своей жене Крупской. Он требует от Сталина извинений, и угрожает полным разрывом отношений. Бедный Ленин не понимает своего положения, его власть внутри партии почти полностью растаяла, его уже никто не воспринимает как реального лидера, а вот с влиятельным генсеком партии как раз таки все хотят дружить. Эта попытка настолько жалкая, что уже сама Крупская вынуждена остановить Ильича, она успокаивает больного Ленина, убеждая его, что её конфликт со Сталиным уже давно исчерпан. Крупская в отличие от Ленина понимает реальное положение дел, и она уже тоже не хочет ссориться с влиятельным генсеком партии.
Таким образом, преданный партийными друзьями, коллегами и даже собственной женой, Ленин в полном отчаянии и политическом одиночестве доживал свой век. В этой тяжелейшей политической борьбе не на жизнь а насмерть он уступил генеральному секретарю. Сталин оказался способным учеником Ленина, и как это часто бывает ученик превзошёл учителя.
После смерти Ленина Сталин начал продуманную политику возведение культа личности Ленина. Это делалось с двумя целями. Первая цель для народа: показать, что Сталин является главным учеником и продолжателем дела великого вождя русской революции Ленина. То есть своего рода легитимация власти Сталина через наследование Ленину.
Но была и другая цель, внутрипартийная: показать влиятельным членам политбюро и ЦК какого гиганта политической мысли сумел победить Сталин. Чтобы в будущем эти влиятельные члены ЦК не решились пойти войной против генсека.
История как известно пошла своим путём, и без внутренней политической борьбы естественно не обошлось, однако именно эта первая победа Сталина, одержанная над великим вождём русской революции Лениным, дала Сталину силы уничтожать своих последующих политических врагов. Если я справился с Лениным, то раздавить Троцкого, Зиновьева, Бухарина - это сущий пустяк. Так рассуждал генсек, и как мы знаем из истории, он оказался абсолютно прав.