Вы наверняка видели эту душераздирающую картину поздней осенью или в начале зимы. Городской пруд уже схвачен первым льдом, а на середине, у чёрной полыньи, сидит одна-единственная утка. Чаще всего это селезень кряквы с характерным изумрудным, отливающим синим, оперением головы. Он мёрзнет, дрожит, выглядит беспомощным и обречённым. Сердце сжимается. Первый порыв — спасти, забрать, накормить. Но стоп. Давайте разберёмся, что на самом деле происходит. Почему «здоровые с виду» утки остаются? И главное — нуждаются ли они в нашей помощи так, как мы себе это представляем?
Миф номер один: они больные или покалеченные («Серые шейки»)
Само это выражение — «серая шейка» — пришло к нам из детской сказки Мамина-Сибиряка, где уточка не смогла улететь из-за сломанного крыла. Это создало в массовом сознании устойчивый стереотип: остаются только инвалиды. В реальности это не совсем так, а точнее, совсем не так.
Основная причина, по которой здоровые, полноценные утки остаются зимовать в городах — это антропогенная (созданная человеком) экологическая ниша, которая оказалась для них выгоднее рискованного перелёта.
Представьте себе дикую утку. Её годовой цикл диктуется двумя вещами: доступностью пищи и безопасностью. Перелёт на юг — это не туристическая поездка, а изнурительный, смертельно опасный марафон длиной в тысячи километров. Птицы гибнут от хищников, истощения, охотников, попадают в грозы, теряют курс. Это колоссальная трата энергии и огромный риск.
А теперь взгляните на городской пруд, речку или даже канализационный сток зимой:
1. Неиссякаемый источник пищи. Люди подкармливают их хлебом (о хлебе — отдельный и важный разговор) круглый год. Кроме того, в незамерзающих из-за теплых стоков водах сохраняется естественная кормовая база: водоросли, личинки насекомых, мелкие рачки.
2. Отсутствие естественных хищников. В городе редко встретишь лису или норку, которые бы регулярно охотились на уток. Бродячие собаки — угроза, но к ней можно приспособиться.
3. Микроклимат. Города, особенно крупные, — это «острова тепла». Температура в центре мегаполиса всегда на 3-7 градусов выше, чем в окружающей сельской местности. Водоёмы замерзают позже, а многие и вовсе не замерзают всю зиму благодаря сбросу теплой воды или активному течению.
Вывод: Для части популяции уток эволюционно выгоднее стало не лететь, а освоить эту новую, комфортную и безопасную среду обитания. Это не «больные особи», а, по сути, новая экологическая форма — урбанизированная, оседлая популяция кряквы. Они здоровы, полны сил, но их инстинкты адаптировались под новые условия. Они не «забыли» как летать — они сознательно не улетают.
Миф номер два: они замёрзнут и погибнут без нашей помощи
Это самый эмоциональный и потому самый опасный миф. Наши действия, продиктованные жалостью, часто причиняют больше вреда, чем пользы.
Физиология утки — это шедевр инженерной мысли природы, созданный для холода.
· Оперение. У уток невероятно плотное, водонепроницаемое оперение. Между перьями и пухом находится слой воздуха, который работает как идеальный термос. Утка постоянно ухаживает за перьями, смазывая их жиром из копчиковой железы, что обеспечивает абсолютную гидроизоляцию. Под пухом — слой подкожного жира.
· Лапы. Вам больно смотреть на их красные лапы, стоящие на льду? А это — гениальная система теплообмена «противоточный обменник». Кровь, идущая по артериям в лапы, уже охлаждённая, а венозная кровь, возвращающаяся от ледяной поверхности, успевает нагреться от артериальной. Лапы практически не имеют нервных окончаний и мышц, которые чувствительны к холоду. Они всегда холодные, но это не позволяет теплу тела уходить в лед. Утка не чувствует холода лапами так, как мы.
· Обмен веществ. Зимой у уток ускоряется метаболизм, чтобы производить больше внутреннего тепла.
Реальная опасность для зимующей утки — не холод, а три вещи:
1. Отсутствие доступа к открытой воде. Им обязательно нужно пить, чистить перья и просто плавать, чтобы поддерживать оперение в порядке. Если полынья замерзнет полностью, птица действительно погибнет. Но в городах такие места часто знают и либо поддерживают полыньи, либо отлавливают птиц для передержки.
2. Неправильная подкормка (ХЛЕБ). Это — главное зло. Белый хлеб, булки, печенье — для утки это яд. Пищеварительная система водоплавающих птиц не приспособлена для переработки дрожжей, соли и простых углеводов в таких количествах. Это приводит к катастрофическим последствиям:
· «Ангельское крыло» — необратимая деформация крыла у молодых птиц, вызванная несбалансированным питанием. Крыло торчит в сторону, и птица навсегда теряет способность к полёту.
· Болезни ЖКТ, ожирение, снижение иммунитета. Сытый утёнок, наевшийся хлеба, не учится добывать естественную пищу.
· Загрязнение водоёмов. Несъеденный хлеб гниёт, вызывает цветение токсичных водорослей и убивает саму экосистему пруда.
3. Хищники (собаки, вороны, крысы) и стресс от слишком близкого контакта с человеком. Постоянное преследование «спасателей» с сачками — огромный стресс, который истощает силы птицы больше, чем холод.
Так кто же всё-таки эти «подлинные Серые Шейки»?
Они есть, но их меньшинство. Это действительно раненые или больные птицы:
· С травмированным крылом (часто — результат столкновения с машиной, проводом или того самого «ангельского крыла»).
· С отравлением (опять же, часто из-за неправильной подкормки).
· Слишком молодые и слабые особи, не успевшие набрать жир к сезону.
· Особи, застрявшие в первом льду из-за позднего вывода (городские утки часто делают две кладки за сезон).
Их отличительные признаки: они находятся вдали от воды, на берегу, не пытаются убежать при приближении человека, выглядят вялыми, взъерошенными, могут иметь видимые повреждения. Вот им помощь действительно нужна, но она должна быть квалифицированной: отлов и передача в специализированный реабилитационный центр для диких птиц.
Что делать, если вы видите утку на зимнем пруду? Алгоритм действий
1. Оцените ситуацию. Птица в открытой полынье, активна, чистит перья, при вашем появлении уплывает или улетает? Поздравляем, вы встретили абсолютно здоровую, приспособленную к зимовке особь. Ваша помощь ей не требуется. Просто идите мимо и радуйтесь за неё.
2. Если решили подкормить (в сильные морозы ниже -15°C это может быть оправдано), кормите ПРАВИЛЬНО. Забудьте слово «хлеб».
· Можно и нужно: сырая или отварная перловка, овсянка (не мгновенного приготовления!), пшеница, ячмень, овощи (мелко нарезанная капуста, морковь, салат), специальный комбикорм для уток. Лучше всего — запаренное зерно.
3. Если птица явно ранена или больна (лежит на берегу, не двигается, не реагирует) — не пытайтесь лечить сами! Найдите контакты местных орнитологов, зоозащитных организаций или реабилитационных центров для диких птиц. Аккуратно (в толстых перчатках, чтобы не пораниться об клюв и крылья) поместите её в коробку с воздушными отверстиями и отнесите специалистам. Держите в тёмном, тихом и прохладном месте — тепло для стрессующей птицы смертельно опасно.
4. Если полынья вот-вот замёрзнет — можно сообщить в коммунальные службы или МЧС. Иногда они организуют дежурство для поддержания проруби.
Итог. Философия «не навреди» в действии
Феномен зимующих в городах уток — это ярчайший пример того, как природа гибко реагирует на изменения, созданные человеком. Мы создали для них искусственный рай с неиссякаемой кормушкой и безопасностью. Они ответили на это изменением миграционного поведения.
Наша ошибка — очеловечивание. Мы смотрим на дрожащую (а она дрожит не от холода, а для быстрого согрева мышц — это физиологический механизм) птицу на льду и проецируем на неё свои ощущения: «Бедняжка, она мёрзнет и ждёт помощи». На самом деле, она просто пережидает короткий световой день, чтобы с рассветом снова заняться своими утиными делами: чистить перья, искать пищу и избегать излишнего внимания со стороны сентиментальных двуногих.
Правда в том, что здоровые городские утки — не жертвы. Они — умные opportunists (оппортунисты), освоившие новую экологическую нишу. Настоящая «серая шейка» сегодня — это не та птица, которая осталась, а та, которая, возможно, отравилась вчерашней булкой, брошенной ей «добрым» человеком.
Поэтому самый гуманный поступок, который вы можете совершить, глядя на утку в зимней полынье, — это оставить её в покое. Признать её право на эту стратегию выживания. И если уж совсем невмоготу, то принести ей горсть правильного зерна, а не свою жалость и булку. Позвольте природе, даже такой урбанизированной, быть собой. Это и есть высшая форма уважения и реальной помощи.