Лондонский отель «Савой», июль 1923 года. Половина третьего ночи. В коридоре раздаются три выстрела – резкие и оглушительные в ночной тишине, как удары хлыста. Портье врывается в номер и в ужасе застывает на пороге: на полу лежит молодой египтянин в луже крови, а над ним возвышается изящная женщина с пистолетом в дрожащей руке. Она даже не пытается бежать. Маргерит Алиберт только что убила своего мужа, и это преступление войдет в историю как одно из самых скандальных в истории столетия. Но это убийство окажется лишь верхушкой айсберга, ибо за ним скрывалась тайна, способная потрясти сами устои британской монархии.
От монастырских стен до парижских салонов
Маргерит родилась в 1890 году в Париже, в семье, где про сытую жизнь читали разве что в газетах, не говоря уже про жизнь богатую. Её мать убиралась в чужих домах, а отец работал кучером. Но почему-то эта нищая девчонка с самых ранних лет считала, что рождена для жизни иной: для увеселений, шикарных нарядов и больших денег. Амбиции Маргерит столкнулись с жестокой реальностью, когда родители отказались от нее и отправили в монастырь Сестер Марии. Причиной стала трагедия: младший брат, за которым она присматривала, выбежал на дорогу и попал под колеса повозки. Убитые горем, родители обвинили в смерти горячо любимого, долгожданного сына старшую дочь.
В монастыре Маргерит тоже пришлось несладко: монахини не щадили воспитанниц, применяя как психологическое давление, так и физические наказания. Впрочем, драконовские меры оказались не слишком эффективными: уже в шестнадцать лет она забеременела от сына аристократа.
Родители юноши пришли в ужас от перспективы брака с простолюдинкой и запретили сыну даже думать о женитьбе. Маргерит родила дочь Раймонду, но оставить ребёнка себе не смогла – девочку отправили в деревню на воспитание к чужим людям.
Вот так и случилось, что к 16 юным годам девушка осталась одна, преданная и опустошенная, всеми покинутая. И приняла решение, которое определило весь её дальнейший путь. Она погрузилась в мир парижского полусвета, где красивые женщины становились спутницами богатых мужчин. У Маргерит оказался редкий талант: внезапно выяснилось, что она умела очаровывать мужчин и заставлять влюбляться в себя без памяти. К 1907 году она уже не просто выживала – она процветала. Её любовниками становились влиятельные фигуры французской элиты, осыпавшие её подарками и деньгами.
Шесть лет Маргерит провела с Андре Мела, виноторговцем вдвое старше её. Он содержал её в роскоши, а она носила его фамилию и убеждала всех, что они муж и жена. Но богатство без любви быстро приедается, а мы с вами уже поняли, что наша героиня была весьма амбициозна и жаждала большего. И это большее пришло, в 1917 году, в облике человека, чьё имя гремело по всей Европе.
Принц, война и опасные письма
Эдуард, принц Уэльский, будущий король Великобритании, был в то время молодым офицером, которого во время Первой Мировой войны командировали во Францию. Скованный протоколом и королевскими обязанностями, этот молодой и горячий человек искал свободы и страсти. Маргерит дала ему и то, и другое. Их роман вспыхнул как пожар и длился около года – короткий, но интенсивный период, наполненный тайными встречами и запретными удовольствиями.
Влюблённый принц писал Маргерит письма, десятки писем, в которых изливал душу. Он делился с ней не только чувствами, но и своими мыслями о королевской семье, высказывал нелицеприятные мнения о родственниках. Хуже того, в некоторых письмах содержалась конфиденциальная военная информация. Эдуард не думал о последствиях – он просто доверял женщине, которая сводила его с ума.
Когда роман закончился и принц переключился на других любовниц, Маргерит не стала устраивать сцен. Но на всякий случай девушка предусмотрительно сохранила все письма. Эдуард попытался вернуть их, отправил доверенное лицо, но это доверенное лицо так никто и не встретил. Как так вышло, ума не приложу. В письме другу принц писал в буквальном отчаянии:
«О, эти проклятые письма! Как я проклинаю себя сейчас, хотя если я смогу уладить этот случай, это будет последний раз, так как она единственная женщина, которой я когда-либо писал».
Маргерит прекрасно понимала цену этих бумаг: пока письма оставались у неё, она обладала властью над одним из самых влиятельных людей Европы.
Принцесса-самозванка и её тиран
В 1921 году Маргерит встретила Али Фахми Бея – богатого египетского плейбоя, на десять лет младше её. Али был очарован этой опытной европейской красавицей, начал регулярно с ней встречаться и вскоре предложил ей руку и сердце. Для Маргерит это был шанс получить настоящий титул и богатство. Был, конечно, один маленький нюанс: Али не был настоящим принцем. Его отец носил титул бея – губернатора, что было почётно, но не делало сына членом королевской семьи. Впрочем, Маргерит и Али решили не беспокоиться о мелочах и начали представляться принцем и принцессой Фахми.
Увы, с первых дней семейная жизнь не задалась. Али ожидал, что европейская жена примет египетские обычаи: будет одеваться скромно, повиноваться мужу, вести себя покорно. Да, он свято верил, что богатая куртизанка будет вести себя как правоверная ухт ишка. Маргерит, привыкшая к независимости и власти над мужчинами, категорически отказалась играть роль послушной супруги. Нашла коса на камень.
Али ответил на непокорность жены жестокостью. Он заводил других женщин, унижал Маргерит публично, а их ссоры становились настолько скандальными, что знакомые прозвали их «дерущимися Фахми». В одном из своих писем Али написал откровенно:
«Сейчас я занят её дрессировкой. Вчера, для начала, я не пришёл ни на обед, ни на ужин, а также оставил её в театре. С женщинами нужно действовать энергично и сурово. Никаких дурных привычек».
Это письмо, возможно, было написано с долей чёрного юмора, но оно раскрывало истинное отношение Али к браку: он видел в жене собственность, которую нужно контролировать и подчинять. Маргерит рассчитывала на быстрый развод с щедрой компенсацией, но план провалился – Али не собирался её отпускать.
Три выстрела в «Савое»
Девятого июля 1923 года супруги Фахми находились в Лондоне, остановившись в легендарном, роскошном отеле «Савой». Вечером они посетили театральное представление «Весёлая вдова», после чего направились обратно в отель. По дороге к ним подошёл уличный музыкант и предложил Маргерит послушать музыку. Её ответ поверг его в шок: она отказалась, объяснив, что её муж планирует убить её этой ночью.
Вернувшись в номер, пара вновь начала ссориться. Крики становились всё громче, напряжение нарастало. Около половины третьего ночи тишину отеля разорвали три выстрела. Персонал ворвался в апартаменты и обнаружил Али лежащим на полу – пули попали ему в шею, спину и голову. Маргерит стояла рядом с пистолетом в руках, не делая ни малейшей попытки скрыться. Её арестовали на месте, а Али отвезли в больницу, где он скончался от ран.
Казалось, дело было предельно ясным: жена застрелила мужа в их гостиничном номере, свидетели слышали выстрелы, оружие найдено. Маргерит грозила виселица.
Суд, который потряс Лондон
Десятого сентября 1923 года в Олд-Бейли, одном из самых известных судов Лондона, начался процесс, который приковал к себе внимание всей Европы. Толпы людей заполнили улицы вокруг здания суда, пытаясь хоть краем глаза увидеть скандальную убийцу. Журналисты из Британии, Франции и других стран съехались, чтобы смаковать на страницах желтушных газетенок каждую минуту заседания. Это был не просто суд – это было настоящее шоу.
Защиту Маргерит вел сэр Эдвард Маршалл Холл, легендарный адвокат, прославившийся своими театральными выступлениями и способностью переворачивать самые безнадёжные дела. Обвинение представлял сэр Трэвис Хамфрис, не менее талантливый юрист, перед которым стояла задача доказать преднамеренное убийство. На бумаге всё выглядело очевидным, но Маршалл Холл знал, как превратить черное в белое, ну или хотя бы в светло-серое.
Стратегия защиты строилась на том, чтобы представить Маргерит жертвой. Холл рисовал картину жестокого брака, где утончённая европейская женщина страдала от рук деспотичного восточного мужа. Свидетели рассказывали о публичных унижениях, синяках на теле Маргерит, угрозах Али. Защита утверждала, что муж подвергал жену физическому и психологическому насилию, заставлял её совершать «противоестественные интимные акты» – обвинение настолько шокирующее для той эпохи, что зал суда замирал в напряжённой тишине.
Маршалл Холл мастерски использовал предрассудки своего времени. Он изображал Али варваром с Востока, неспособным понять европейские ценности и обращавшимся с женой как с рабыней. Защита не брезговала расистскими стереотипами, намекала на связи Али с другими молодыми людьми (запрещено в РФ). Присяжные-британцы видели перед собой «свою» женщину, пострадавшую от рук «чужака».
Маргерит держалась в зале суда как истинная актриса. Она плакала в нужные моменты, её голос дрожал, когда она описывала свои невероятные страдания. Она выглядела хрупкой, загнанной в угол, вынужденной защищать собственную жизнь. Симпатия присяжных росла с каждой минутой.
Обвинение пыталось представить её расчётливой убийцей, женщиной, которая вышла замуж за деньги и избавилась от мужа, когда он ей надоел. Но эти аргументы тонули в волне эмоций, которую создавал Маршалл Холл. Одновременно за кулисами разворачивалась совсем другая игра.
Тайная сделка с короной
Пока юристы сражались в зале суда, в тени происходило нечто гораздо более интригующее. Британский истеблишмент прекрасно знал о существовании писем принца Уэльского. Если бы Маргерит была признана виновной и приговорена к смерти, что помешало бы ей обнародовать эти письма? Скандал был бы чудовищным: будущий король Великобритании, писавший любовные послания женщине с пониженной социальной ответственностью, делившийся военными секретами, оскорблявший собственную семью.
Историк Эндрю Роуз, исследовавший это дело десятилетия спустя, обнаружил доказательства тайной договорённости. Внук Маргерит рассказал, что в её личных дневниках, которые он унаследовал, описывалась сделка: если она будет оправдана, то уничтожит все письма принца Эдуарда. Оправдание в обмен на молчание – вот истинная цена её свободы.
15 сентября 1923 года, после всего лишь получаса совещания, присяжные вынесли вердикт: невиновна. Зал суда взорвался аплодисментами. Маргерит была свободна. Представители британской монархии тоже выдохнули – у них на то была своя причина.
Цена победы
Маргерит избежала виселицы, но победа оказалась с привкусом горечи. По египетским законам она не имела права на наследство мужа – всё его состояние перешло к родственникам. Женщина осталась практически без средств. Она вернулась в Париж, пыталась восстановить своё положение в высшем свете, но репутация убийцы преследовала её. Двери, которые когда-то открывались перед ней, теперь оставались наглухо запертыми.
Маргерит прожила ещё почти пятьдесят лет, до 1971 года, но её звёздный час давно миновал. Она никогда больше публично не упоминала о письмах – сделка была заключена, и она её соблюдала. Когда-то она держала в руках судьбу королевства, шантажировала принца, выходила сухой из воды после любых своих бесчинств. Теперь она превратилась в молчаливую тень прошлой себя.
Маргерит Алиберт ушла в темноте, тишине и нищите. Вот такая печальная история, зеркало своего времени: яркая, талантливая, умная, амбициозная женщина лишь из-за своего низкого происхождения была вынуждена торговать собой и играть в сомнительные игры, которые в итоге все равно провалила.
Буду рада вашему мнению: а были ли у этой выдающейся личности вообще какие-нибудь альтернативы?