Альтернативная история
Декабрь 1999 года. Страна.
Мужик в гастрономе смотрит на ценник на водку, потом на телевизор, где и.о. Путин что-то сухо говорит про стабилизацию.
— Опять стабилизация, — бормочет мужик. — Щас как стабилизируемся… уже пятую точку не продохнуть.
По телеку мелькает Жириновский. Кричит, топает ногой, макет подводной лодки разбивает об стену:
— Да завтра же водка по три рубля будет! Я всем доллары из-под подушек конфискую и в печку! Бабы рожать будут! Порядок наведу!
Мужик хмыкает:
— Ну, этот хоть веселый. Че терять-то?
Март 2000. Инаугурация.
В Кремле — непередаваемая атмосфера. Протокол в шоке. Жириновский вместо строгого костюма явился в мундир адмирала (свой дизайн), при нем — шашка. Клятву на конституции зачитал с выражением, как монолог Гамлета, и в конце крикнул: «Ну, что, погнали!»
Первые сто дней.
Указ №1: «О всеобщем веселье». Чиновникам предписано встречать граждан с улыбкой. Не улыбнешься — штраф. В Сбербанке на неделю установилась паника: кассирши в истерике строили гримасы, народ пугался.
Указ №2: «О справедливой цене на радость». Водку действительно опустили до пяти рублей. Но только одну бутылку в руки. И продавали её в специальных «пунктах выдачи народного довольствия» с лекцией о вреде алкоголизма и обязательным сеансом похмельной яичницы. Очередь за дешевой водкой стала главным местом политических дискуссий.
Внешняя политика.
Позвонил Жириновский Клинтону.
— Билл! — кричит в трубку. — Хватит вокруг нас со своим НАТО похаживать! Я тебе завтра на Аляске учения проведу! У меня там деды землю пахали!
Клинтон, говорят, десять минут молчал, потом спросил у переводчика: «Это он всерьез или у вас там уже все?»
В МИДе волосы седели пачками. Министр иностранных дел Игорь Иванов стал ходить с большой табличкой «ЛИЧНО ПРЕЗИДЕНТА НЕ ОЗНАЧАЕТ ПОЗИЦИЮ СТРАНЫ», которую пытался показывать зарубежным коллегам.
Быт.
Объявили «Неделю чистых подъездов». Президент лично поехал с проверкой в Люберцы. В одном подъезде нашел сломанную лампочку.
— Кто староста?! — громыхал на всю парадную.
Вышел дед Пётр, в тапочках.
— Я, Владимир Вольфович.
— Почему темно?!
— Да лампочку, батенька, вкрутить некому. Молодежь в Москву…
— Не дело! — заорал Жириновский. — Завтра сюда рота десантников прибудет! Они вам и лампочку вкрутят, и стены побелют! И чтобы пахло пирогами!
Через день в подъезде действительно появились трое смущенных десантников с ведром побелки. А дед Пётр их чаем поил и рассказывал про войну.
Экономика (очень страшно).
Решил Жириновский олигархов проучить. Вызвал их всех в Кремль.
— Так, — говорит. — Хватит народ обдирать. Давайте ваши яхты, виллы и доллары. На общественные нужды.
Олигархи переглянулись. Один, самый хитрый, выдвинулся:
— Владимир Вольфович, а давайте лучше… мы вам личный дирижабль построим? С золотым орлом. И кабинет для переговоров в виде былинной ладьи.
Жириновский задумался.
— Дирижабль говорите? С пушками?
— С лазерами! — быстро добавил олигарх.
— Ну, ладно… — смягчился президент. — С лазерами — это давайте. А народ… народ потом.
Идея с дирижаблем захватила его на полгода. Пока он выбирал цвет обивки кресел (обязательно бардовый), экономика медленно плыла, как тот самый незаконченный дирижабль, в неясном направлении.
Культура.
Объявили конкурс на новый государственный гимн. Жириновский потребовал, чтобы было «боево и с душой». Победила песня в стиле «шансон» группы «Лесоповал» со словами «От Калининграда до Находки шагает русский мужичок…». Первые такты на официальных мероприятиях вызывали у дипломатов конвульсии.
Чем всё кончилось?
К 2002 году даже самым терпеливым стало понятно: жить так нельзя, но скучно не было ни дня.
Главный кремлёвский повар (ключевая фигура!) не выдержал. Президент требовал на завтрак то пельмени с ананасом, то селёдку под шоколадом «для укрепления духа».
Повар пошёл жаловаться к главе охраны. Тот — к главе администрации. Собрался тихий «комитет усталых людей». Решили мягко отвлечь Жириновского.
— Владимир Вольфович, — сказали ему.
— В Антарктиде пингвины обижают наших полярников! Там без вас не разобраться!
— Что?! — вспыхнул президент. — Пингвины? Да я им… Собирайте экспедицию! Мне белый китель с меховым воротником!
Пока он с энтузиазмом готовился к плаванию на ледоколе, «комитет» тихо собрал внеочередное заседание Думы, Совета Федерации и Коллегии мудрейших бабушек с райцентров. Объявили: «Президент убыл в стратегическую командировку по защите национальных интересов в южном полушарии. На время его отсутствия исполняющим обязанности назначается…»
И назначили молчаливого, сурового генерала из Совбеза, который первым делом отменил Указ про улыбки, водку вернул в обычные магазины, а гимн — к старой мелодии.
Жириновский же, доплыв до Антарктиды и разобравшись с пингвинами, получил по спутниковой связи весть, что его «командировка» продлена на неопределенный срок. Для утешения ему выделили личный островок с попугаями, которым он с упоением читал пятичасовые лекции о геополитике.
А народ, вспоминая то время, говорил:
— Ну, было жарко. Весело. Как в цирке. Но чтобы каждый день… нет, уж лучше как-то спокойнее. Пусть лучше начальство не улыбается, зато водку без лекции про похмелье купить можно.
Так страна, пережив четырёхлетний лихорадочный сон с участием адмирала, дирижабля и боевых пингвинов, с облегчением вернулась к привычной, хоть и скучноватой, реальности. Но иногда кто-нибудь в думе, слушая очередной сухой отчет, тихо вздыхал: «А помнишь, как Владимир Вольфович чиновникам тапком в телик кидал?.. Эх, искры не хватает».