Они накапливаются. Сначала — маленькое избегание. Потом — привычка. Потом — привязанность, которую со временем начинают называть «характером». Но правда в другом. Страсть становится укрытием. Не потому что она даёт радость, а потому что страшно без неё. Страшно остаться без опоры. Без знакомого напряжения. Без роли, к которой привык. И тогда отказ от страсти ощущается как риск. Но именно здесь и начинается выход. Выйти из страсти можно только через страх. Не ломая себя. А проходя через то, что давно откладывал. Страх в этом месте — не враг. Он — обнуление. Точка, где зависимость теряет силу и возвращается выбор. Иногда, чтобы перестать хотеть лишнего, перестань убегать.
Страсти не появляются сразу.
Они накапливаются.
Сначала — маленькое избегание.
Потом — привычка.
Потом — привязанность,
которую со временем начинают называть «характером».
Но правда в другом.
Страсть становится укрытием.
Не потому что она даёт радость,
а потому что страшно без неё.
Страшно остаться без опоры.
Без знакомого напряжения.
Без роли, к которой привык.
И тогда
отказ от страсти ощущается как риск.
Но именно здесь и начинается выход.
Выйти из страсти можно только через страх.
Не ломая себя.
А проходя через то, что давно откладывал.
Страх в этом месте — не враг.
Он — обнуление.
Точка, где зависимость теряет силу
и возвращается выбор.
Иногда,
чтобы перестать хотеть лишнего,
перестань убегать.
