Автор этих строк очень не любит депутата от «Справедливой России» Михаила Геннадьевича Делягина и считает его одним из главных распространителей экономического невежества среди населения. Но в пользу Михаила Геннадьевича скажу: насколько он плохой экономист, настолько он грамотный юрист.
И тут мы обсудим его законопроект, который заслуживает справедливой оценки: «Ах, какой хороший законопроект!». Теперь к делу.
Речь идёт о внесении дополнительного параграфа в ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса («Недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств»). Далее — сам текст предлагаемых изменений (выделен жирным).
2. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Если лицо не знало и не могло знать об обмане потерпевшего
третьими лицами, а равно потерпевший намерено умолчал об
обстоятельствах сделки (влиянии на его волю третьих лиц), сделка
не может быть признана судом недействительной, а лицо, к которому
обращена сделка, считается добросовестным приобретателем, пока
не доказано иное
Переводя с бюрократического на русский: суд не может отменить сделку, пока не будут предоставлены доказательства того, что покупатель мог знать о происходящем обмане.