Ольга сидела на кухне, смотрела на телефон и не верила своим глазам. Мама прислала фото: она в белом платье, улыбается. Подпись: «Завтра роспись! Приезжайте, если успеете».
«Если успеете». Как будто речь шла о походе в кино, а не о свадьбе собственной матери.
Ольга положила телефон и посмотрела на кухню: в раковине гора посуды, на полу разбросаны игрушки, из комнаты доносится плач младшего. Старший орёт, что хочет мультики. Муж ещё на работе. А мама, которая раньше прибегала по первому зову, теперь выходит замуж и даже не предупредила заранее.
Всё началось четыре года назад. Тогда Ольге было тридцать два, она работала менеджером в небольшой фирме, жила с мужем в съёмной квартире и особо не думала о детях. Мама же думала за двоих.
– Оленька, ну когда? – спрашивала она каждый раз, когда они виделись. – Тебе уже за тридцать. Часики тикают.
– Мам, мы ещё не готовы, – отвечала Ольга. – Хотим сначала накопить на своё жильё.
– Накопите потом, – мама махала рукой. – Главное – родить, пока здоровье есть. Я вот тебя в двадцать два родила. А ты всё карьеру строишь.
Какая карьера – непонятно. Зарплата копеечная, перспективы туманные. Но мама не унималась.
– Без детей женщина неполноценная, – говорила она. – Ты потом пожалеешь. Вот увидишь.
Ольга сопротивлялась, но однажды сдалась. Мама пообещала:
– Я помогу. Буду нянчить, сидеть, забирать из садика. Мы вместе справимся. Ты же знаешь, я всю жизнь мечтала о внуках.
Ольга родила сына Мишу. Мама первые месяцы не отходила: приезжала каждый день, гуляла с коляской, готовила обеды, стирала. Ольга привыкла, расслабилась. Через два года родила дочку Варю. И снова мама была рядом: забирала Мишу из садика, сидела с Варей, пока Ольга бегала по магазинам.
– Вот видишь, – говорила она, – я же обещала. Мы команда.
Ольга верила, что так будет всегда.
А потом мама съездила в санаторий. Вернулась какая‑то другая: оживлённая, с блеском в глазах. За ужином рассказала:
– Познакомилась там с одним мужчиной. Виктор зовут. Вдовец, как и я. Интересный такой.
Ольга обрадовалась:
– Мам, это здорово! Тебе давно пора личную жизнь наладить.
Она тогда не понимала, что это начало конца.
Сначала мама стала реже приезжать. Ольга звонила:
– Мам, можешь завтра Мишу из садика забрать? У меня запись к врачу с Варей.
– Не могу, Оленька, – отвечала мама. – У меня планы. С Виктором встречаемся.
– Ну мам, это же один раз...
– Оль, это твои дети. Ты и разбирайся. Попроси мужа.
Муж работал допоздна. Ольга вызвонила подругу, та кое‑как согласилась помочь.
Потом мама начала пропускать дни рождения внуков. Мише исполнилось четыре, мама пришла на полчаса, привезла торт и убежала:
– Простите, у нас с Виктором билеты в театр.
Ольга проглотила обиду. Старалась понять: мама имеет право на счастье.
Но когда та объявила, что выходит замуж и переезжает к Виктору на другой конец города, Ольга почувствовала, что её предали.
– Мам, – сказала она, приехав к матери на следующий день, – а как же мы?
– Что «мы»? – мама собирала вещи в коробки.
– Ну дети. Ты же помогала. Мы на тебя рассчитывали.
Мама выпрямилась, посмотрела на дочь:
– Оленька, я помогала три года. Я своё отработала. Теперь хочу жить для себя.
– «Отработала»? – Ольга не поверила своим ушам. – Мам, ты сама меня уговаривала рожать! Говорила, что будем вместе растить!
– Ну я и помогала, – мама пожала плечами. – А что, теперь мне до конца жизни с внуками сидеть?
– Но ты обещала...
– Оля, я не нанималась быть няней, – мама говорила спокойно, но жёстко. – Я бабушка. Я имею право видеться с внуками, когда хочу, а не когда ты требуешь.
– Я не требую! – голос Ольги дрожал. – Я просто... мам, ну как же так? Ты же сама просила внуков. Всё твердила: роди, роди. А теперь бросаешь нас?
– Я тебя не бросаю, – мама закрыла коробку скотчем. – Просто больше не буду приезжать каждый день. У меня теперь другая жизнь.
– С Виктором, – горько сказала Ольга.
– Да, с Виктором, – мама посмотрела ей в глаза. – И мне не стыдно. Я тоже имею право быть счастливой.
Ольга ушла, хлопнув дверью.
Дома она разрыдалась. Муж, вернувшись с работы, застал её на кухне с красными глазами.
– Что случилось? – он сел рядом.
– Мама выходит замуж, – всхлипнула Ольга. – И переезжает. И больше не будет нам помогать.
Муж вздохнул:
– Оль, ну... это её право.
– Её право?! – Ольга посмотрела на него. – Серёж, она три года мне мозг выносила, чтобы я рожала. Обещала помогать. А теперь сбежала!
– Она не сбежала, – он говорил осторожно. – Просто нашла мужчину. Это нормально.
– Нормально бросить внуков?
– Она их не бросает, – возразил муж. – Оль, мы вообще‑то взрослые люди. Должны сами справляться.
– Легко говорить, – Ольга встала. – Ты на работе с утра до вечера. А я одна с двумя детьми. Миша после садика каждые две недели болеет. Варя ещё маленькая. Мне физически не успеть всё.
– Давай няню наймём, – предложил он.
– На какие деньги? – она устало села обратно. – У нас и так еле хватает.
Муж промолчал. Он знал, что жена права.
Через неделю мама вышла замуж. Ольга приехала на роспись с детьми, поздравила, улыбалась через силу. Мама светилась от счастья, Виктор оказался приятным дядечкой лет шестидесяти. Он подарил Мише машинку, Варе – куклу.
– Какие замечательные внуки, – сказал он.
Ольга хотела ответить: «Тогда приезжайте чаще», но промолчала.
После свадьбы мама переехала. Звонила раз в неделю, спрашивала, как дела. Иногда приезжала в гости – с конфетами, игрушками, но ненадолго.
– Нам с Витей в театр, – говорила она. – Или на выставку.
Ольга молчала, но внутри кипело.
Однажды Миша заболел. Температура, кашель, врач велел сидеть дома. В садик нельзя, Варю не с кем оставить, у мужа на работе аврал. Ольга позвонила маме:
– Мам, можешь приехать? Мне надо в аптеку, а Мишу одного не оставишь.
– Оленька, у меня сегодня маникюр, – ответила мама. – А потом мы с Витей в гости идём.
– Мам, ну отмени, – попросила Ольга. – Ребёнок болеет.
– Оль, я не могу всё бросать, когда тебе нужно, – мама вздохнула. – Ты взрослая. Справишься.
Ольга положила трубку, не попрощавшись.
Вечером позвонила снова:
– Мама, нам надо поговорить.
– О чём? – голос матери был настороженный.
– О том, что ты обещала помогать. А сама исчезла.
– Оля, я не исчезла, – мама говорила раздражённо. – Я просто не могу жить только внуками. У меня теперь есть муж, своя жизнь.
– А у меня есть дети, которых ты сама просила! – не выдержала Ольга. – Ты три года мне долбила: роди, роди, я помогу. А теперь что? Я одна разрываюсь, а ты в театры ходишь?
– Оля, – мама говорила холодно, – я своё отработала. Вас с братом вырастила. Теперь моя очередь жить.
– Отработала, – повторила Ольга. – Как на заводе.
– Именно, – не смутилась мама. – Я сорок лет жила для других. Теперь хочу для себя. И имею право.
– А я что, не имею права на помощь?
– Имеешь. Но не от меня, – мама вздохнула. – Оля, найми няню. Или попроси мужа. Или сама как‑то устраивайся. Но перестань вешать на меня ответственность за твоих детей.
– Моих? – Ольга почувствовала, как к горлу подкатывает ком. – Ты же сама хотела внуков!
– Хотела видеть их по праздникам, – ответила мама. – А не быть бесплатной няней. Оля, я люблю Мишу и Варю. Но это твои дети. Ты за них отвечаешь.
Ольга бросила трубку.
Несколько недель они не общались. Потом мама прислала сообщение: «Как дети?». Ольга ответила коротко: «Нормально».
Внутри она чувствовала смесь обиды и злости. С одной стороны, понимала: мама действительно имеет право на личную жизнь. С другой – не могла простить, что та уговорила её на детей, обещая поддержку, а потом ушла в свой новый мир, оставив дочь одну.
Муж пытался утешить:
– Оль, ну, мы как‑нибудь справимся.
Но «как‑нибудь» означало бессонные ночи, вечную усталость и ощущение, что жизнь проходит мимо.
Однажды мама приехала в гости. Привезла торт, поиграла с детьми, похвалила Мишины рисунки.
– Какие они у тебя умнички, – сказала она.
Ольга промолчала.
– Оль, ты на меня обижаешься? – мама посмотрела внимательно.
– Нет, – соврала Ольга.
– Обижаешься, – мама вздохнула. – Но ты пойми: я не железная. Я устала. Я всю жизнь кого‑то растила, за кем‑то ухаживала. Сначала вас с братом, потом отца, когда он болел. Теперь хочу пожить спокойно.
Ольга посмотрела на неё. Мама действительно выглядела счастливой: помолодевшей, ухоженной, довольной.
– А мне плохо, – тихо сказала Ольга.
– Оленька, – мама взяла её за руку, – ты справишься. Ты сильная. Я в тебя верю.
Но Ольга не чувствовала себя сильной. Она чувствовала себя брошенной.
Мама ушла, оставив за собой запах духов. Ольга сидела на диване и думала: может, не стоило спешить со вторым ребёнком? Может, надо было настоять на своём и подождать? Но теперь уже поздно. Миша и Варя здесь, они требуют внимания, заботы, сил. А помогать некому. Потому что мама, которая так просила внуков, теперь живёт своей новой жизнью.