Как и говрил, вот и пост. Не с утра, как раньше, просто возникли трудности утром, вот и пришлось затянуть. Но тем не менее я всё ещё на коне. Ну что ж, очень благодарен я Эл, рассказы с ней у меня прям легко идут. Персонаж свежий, идей много. Очень жду наконец полноценной возможности поработать над её внешностью, поведением и прочим более глубоко. Как по мне, персонаж заслуживает хорошего внимания с моей стороны. Что ж, затягивать не буду. Заставка, свет - тухнет, голос тише, вжух
"Старинный портрет"
Анатолий Барьянов, 23 года
Возвращаясь вечером домой на первом этаже, я столкнулся со старухой. В своём коридоре, через который приходилось проходить всем жильцам, она вывешивала новую картину. В её пучке из волос на затылке торчала кисть, но та была сухой. В голове мелькнула шутка, что она начала использовать такое ношение кисти не только для удобства и чтобы этот инструмент был у неё под рукой, но и как часть своего образа.
За некоторое время проживания тут я свыкся с её немного чудаковатым внешним видом, списав это на старческие причуды.
Так как я просто не мог не попасться ей на глаза, то пришлось ощутить на себе её укоряющий взгляд. Это выглядело так, будто я что-то сделал не так. Но вместо того, чтобы испытывать сожаление, во мне возникало чувство раздражения.
— Когда будет оплата?
Про себя я отругал эту женщину за то, что ничего, кроме денег и своих картин, она ничего не знала. Разговоры с ней у меня возникли лишь по этим темам. И каждую из них начинала именно она. Именно с такой фразы.
— На, Karga, забирай. И оставь уже в покое. Дай хотя бы пару дней отдохнуть. — С этими словами я показал небольшую пачку денег с купюрами разного номинала, но с нужной суммой.
— Даже не мечтай. — на мои слова она лишь покосилась. — Забуду один день, затем два. Такими темпами вы начнёте просить у меня отсрочку уплаты, полностью наплевав на оплату. Вас всех следует держать в строгости.
Прежде чем выхватить у меня деньги, она быстро закурила, одарив меня клубом дыма. Я через силу подавил в себе желание вырвать эту сигарету и кинуть её на землю. В первые дни моего проживания тут я так и делал. Но вскоре об этом пожалел, из-за чего на такой поступок больше не решался. Этой женщине хватало лишь покраситься на меня, как я уже физически ощущал сумму, которую она в уме прикидывала добавить к моему платежу.
Взявшись пересчитывать деньги, Эл жестом меня попросила, хотя скорее заставила, остановиться и подождать, пока она не пересчитает деньги. Протяжно взглянув, пришлось подчиниться и ждать. Почесам щетину на своём лице я скрестил руки и уставился на то, как её тонкие и бледные пальцы пересчитывают купюры. Она изредка останавливалась на несколько секунд, видно делая остановку на подсчёт в уме.
Если дело касало денег, то эта женщина была крайне точна и не любила пренебрегать никакими формальностями, делая всё с особой дотошностью.
Ища глазами, чем бы себя занять, я вспомнил про картину, которую она повесила. Она сильно отличалась от всех тех, что висели у неё.
Это было то, что в самом деле можно было бы назвать картиной. На её холсте был изображён мужчина с суровым лицом и таким же взглядом. Если бы я был в фильме ужасов, то поставил бы те деньги, которые сейчас пересчитывала Эл, на то, что его глаза возьмут и резко повернутся в мою сторону. Его лицо было заросшим, густая светлая борода, как и его волосы, скрывали всю шею. Я просто поверить не мог, что эту картину нарисовала эта женщина. Дело было не в том, что она не рисовала портреты, а в том, что все они были посвящены только ей самой.
В конечном итоге я это прекрасно понимал, ведь сам бы не смог спокойно усидеть в одной комнате с этой женщиной, пока она несколько часов будет сидеть и рисовать меня, то и дело злобно косясь и направляя кисть, словно нож.
Когда она закончила пересчёт и недовольно фыркнула себе под нос, из-за того, что всё было хорошо, то заметила мой пристальный взгляд на свежевывешенную картину.
— Тебе она чем-то не нравится? Смотри дырку в ней не прожги.
— Откуда у тебя эта картина? — на момент мне показалось, что я это спрашиваю так, словно эту картину написал я сам и теперь удивляюсь тому, как она смогла её приобрести. — Просто не вериться, что её нарисовала ты сама.
— Тц, прямолинейности тебе не занимать. Тебе-то какое дело? Нарисовала ли я её сама или украла у кого-то. Деньги заплатил, а значит можешь тут больше не стоять.
— Сумасшедшая старуха... Ничего кроме своих денег и не знаешь. — после этих слов я развернулся и направился к лестнице.
— Неотёсанный мальчишка... Постой, подойди сюда.
Она говорила с присущей ей сварливостью, и мне показалось, что сейчас она начнёт меня отчитывать и поучать. А то и вовсе возьмёт за ухо, как какого ребёнка. Тем не менее я развернулся и сделал несколько шагов, пока сильно не замедлил шаг, видя, как старуха смотрела не на меня, а на портрет. Видно, причина того, чтобы остановить меня и подозвать, была именно в этой картине.
Подойдя к ней с небольшой нерешительностью, я встал позади неё, молча дожидаясь, пока она что-то скажет.
Судя по тому, как её голова чуть дёргалась и она закидывала голову то на правый бок, то на левый, было понятно, что её глаза бегают по этому холсту. А пальцы скрещенных рук на груди тихо стучали, выдавая активный ход её мыслей.
— Как ты думаешь, что с этой картиной не так?
— В каком смысле? — я ответил с искренним непониманием, но ответа не последовало. То ли вопрос был риторический, то ли она хотела, чтобы я ответил сам. — Ты прекрасно знаешь, я не разбираюсь в живописи.
— А ты подумай своей головой. Как старух оскорблять — у тебя голова работает, а что касается нудных вещей — так ты в живописи не разбираешься. — Не поворачивая головы, она передразнила меня и продолжила смотреть, а я же стал искренне всматриваться в портрет.
— Тут. — потянув руку и пальцем указав на деталь в картине, я словил удар по своей кисти руки, а вместе с этим и укоризненный взгляд. Мол, чтобы я и пальцем не смел трогать. — Одежда какая-то... Сильно размытая.
— Отлично, глаза, значит, видят ещё. Это явный признак подделки. Хотя тут есть ещё вещи, что на это указывает.
— Поздравляю тебя с этим приобретением. Если ты знаешь, что это подделка, то не стыдно такое вешать?
— Знаешь сколько этой картине лет? — взглянув на меня, она так и не догадалась никакого ответа и потому протяжно вздохнула. Выдохнув дым себе под ноги, она продолжила смотреть на эту картину. — Один мой родственник участвовал в торгах, где разловали содержимое старого дома, в числе этих вещей была и эта картина. В ходе проверок, уже после покупки, ему стало ясно, что эта картина подделка. Но подделали её не абы когда, а более двух столетий.
— К чему ты хоть всё это? Нет, спасибо тебе, бабушка, за урок истории, но теперь-то отпустишь меня?
Я сразу же словил на себе её пронзительный взгляд. Взгляд, который явно давал понять, что в следующий раз мне придётся заплатить чуть больше, чем сейчас.
— Я это к тому, что хоть это подделка, но время сделало её также частью искусства. Возможно, она даже стоит больше, чем подлинник.
— Предлагаешь мне подделать твои картины и через двести лет выгодно продать? Спасибо, но я боюсь, что не смогу дожить и помру аккурат к тому моменту, как они вырастут в цене.
— Уйди с глаз моих. И про деньги не забывай. — бросив на меня последний взгляд, эта женщина принялась дальше рассматривать картину, попутно, время от времени, выпуская дым из носа и встряхивая пепел напол.