Короткая новость о том, что турчанка Неджла Озмен заявила: она - внебрачная дочь Дональда Трампа, и подала в суд на установление отцовства, облетела все мировые СМИ. Собственный корреспондент «Комсомолки» в Турции поспешила разыскать эту женщину.
Мы встретились с Неджлой в самом центре Анкары – на оживленной улице в районе Кызылай. Она пришла не одна, с братом-инвалидом.
Пока выбираем кафе, где можно поговорить, на женщину со всех сторон налетают прохожие: «Это вы дочь Трампа? Чем закончился суд? Трамп вас признал? А можно с вами сфотографироваться?»
Неджла реагирует на это с достоинством: с кем-то фотографируется, а телефоны слишком наглых «папарацци» закрывает рукой.
«У МЕНЯ БЫЛ ТАБЕЛЬНЫЙ ПИСТОЛЕТ»
- Я выросла в Анкаре в бедной семье, была младшей из шести детей, из них двое инвалидов, - говорит Неджла. - Одного вы видите перед собой – его, как и отца, зовут Дурсун. Он родился нормальным, но в детстве переболел менингитом, и ещё у него эпилепсия, постоянно пьёт таблетки. У второго брата тоже была эпилепсия, несколько лет назад во время приступа он умер…
Все мы жили на одну зарплату отца. В молодости он работал в структурах НАТО в Брюсселе, а когда вернулся в Турцию, стал сотрудником министерства образования. Чиновники тогда немного зарабатывали.
Детства и юности у меня, по сути, не было, школу пришлось бросить, чтобы ухаживать за братьями. Моя жизнь – это череда горя и разочарований.
Я работала в частных охранных структурах, но по договору – никто не хотел брать в штат женщину с проблемной семьёй. Отец скончался в 2009-м, стало ещё тяжелее.
- Кем же вы были в охранных структурах?
- Секретарём, вахтёром на входе в государственные здания, больницы, школы. У меня был табельный пистолет, но по улицам за нарушителями я не бегала…
«ТЕБЯ РОДИЛА АМЕРИКАНКА СОФИЯ»
- Как вы узнали о родстве с Трампом?
- В 2017 году мы с мамой, Саты, сидели перед телевизором. На экране был Трамп.
И она вдруг сказала: «Неджла, а ведь это твой настоящий отец. Мы с папой не хотели тебе говорить, чтобы не огорчать, но мы не твои настоящие родители. Тебя родила американка по имени София, которая забеременела от Трампа, когда он ещё был молодым».
- И что вы испытали, когда это услышали?
- У меня был шок. Представляете, узнать такое в 47 лет!
Я маме не поверила, решила, что у неё с головой не в порядке – на тот момент ей было уже под 80. Но она совершенно спокойно и уверенно рассказала, что мой турецкий папа познакомился с американкой, когда работал в структуре НАТО. Эта София, которой тогда было 22-23 года, не раз бывала в Турции, у них с моим отцом были хорошие отношения. И однажды она приехала беременной.
Американка сказала, что не оставит себе ребёнка. Моя приемная мать точно не знает, где именно я родилась – в Турции или в США. Передала София меня не через приют, а напрямую - из рук в руки, при этом показала моим приемным родителям фото Трампа. На тот момент в семье уже было пятеро детей.
«ОНА ЗВОНИЛА, А ПОТОМ УМЕРЛА»
- Зачем же такая большая семья взяла ещё одного ребёнка?
- Турецкие люди милосердные, особенно к брошенным детям. Видимо, отец не мог оставить на произвол судьбы малышку своей хорошей знакомой. К тому же несколько детей моей приёмной мамы умерли в младенчестве, и на тот момент не составляло труда заменить умершего ребенка на живого.
- А как же свидетельства о рождении?
- В то время в Турции была постоянная чехарда с документами. Дети рождались, и их месяцами, а то и годами не регистрировали – родителям некогда было оформить документы, или просто не считали нужным, власти же не слишком этим вопросом интересовались. Поэтому в Турции огромное количество людей, чьи документы были оформлены намного позже их появления на свет, с неправильным датами рождения, неверными данными. Одной из них оказалась я.
В общем, в тот день мир для меня перевернулся. Я осознала, что живу в чужой стране и росла в очень проблемной приёмной семье, и что моя жизнь могла бы быть совершенно другой, если бы София оставила меня у себя.
Но больше они с моим отцом не виделись. По словам моей приёмной матери, София несколько раз звонила отцу из США, спрашивала насчёт меня, а потом мы получили от её родственников известие, что она умерла. Больше никаких контактов с американской стороной у нас не было. А моя турецкая мама скончалась год назад.
«КУДА Я С ДУРСУНОМ ПОЙДУ?»
- После того, как вы узнали, что можете быть дочерью Трампа, вы пытались связаться с ним?
- Конечно. Но я понимала, что на него самого не выйду, тем более после того, как он стал президентом страны. Я пыталась обращаться в газеты, на телевидение, но никто не стал со мной разговаривать - возможно, посчитали городской сумасшедшей. И я оставила все попытки.
Жизнь, казалось, начала налаживаться, мне удалось подкопить денег, я, наконец, познакомилась с мужчиной, которого полюбила и думала, что он любит меня. А он, воспользовавшись моей любовью, украл почти все мои деньги и исчез с ними.
Я подала на него в суд, но его адвокат оказался связан с властями, моё дело постоянно тормозится, мне угрожают, чтобы я отказалась от попыток вернуть свои средства.
На ТВ мне пообещали помочь, я пришла на телепередачу рассказать эту историю, а в результате этот всесильный адвокат подал на них в суд за якобы распространяемую клевету, и телеканал вместо помощи повесил на меня издержки на собственного адвоката…
Я уехала на Северный Кипр и смогла поступить в местный университет на правовой факультет. Проучилась год, и тут умерла моя приёмная мать.
Сёстры все живут своей жизнью в своих семьях, брата-инвалида никто брать себе не хочет. Мне пришлось бросить учёбу и возвращаться в Анкару смотреть за ним. Теперь я хожу с ним везде, его нельзя оставить одного дома. Сдать в дом престарелых не могу – он без меня не сможет.
Теперь сёстры решили продать квартиру отца, где мы с Дурсуном живём, подали в суд на наше выселение. А куда я с ним пойду? У меня нет образования, работы, мы живём на 18000 лир (32 5000 руб.) в месяц пенсии, это за пределами уровня бедности.
«ПРЕДЛОЖИЛИ ЭКСГУМАЦИЮ»
- И вы решили рассказать всем о возможном родстве с президентом США…
- Да, я познакомилась с журналисткой, и она предложила написать про меня статью. Меня опять стали приглашать на телевидение, но они не стараются мне помочь, им главное - получить рейтинг. От таких передач и интервью я стала отказываться.
Несколько раз звонили из европейских стран насчёт интервью, но я не говорю по-английски. Вы – первая иностранная журналистка, с которой свободно общаюсь на родном языке. Русские вообще очень красивые и талантливые. На Кипре много русских, и я знаю от них одно ваше слово «Давай-давай!»
- А что с судом?
- Я подала иск об установлении отцовства в Турции, но суд отказал, турецкая судебная система, к сожалению, политизирована. Здесь мне фактически связали руки.
Конечно, правильнее всего обращаться в судебную систему США. Но для этого мне нужно, чтобы меня там услышали. Я возбудила дело об установлении отцовства, направила документы через американское посольство для передачи в суд по семейным делам в Соединенных Штатах. Пока ответа нет.
Нужен сильный адвокат. Но у меня недостаточно средств, чтобы его нанять и чтобы самой поехать в Америку…
Очень жаль, что я не сделала анализ ДНК матери, пока она была жива. По крайней мере, я бы доказала, что Саты мне не родная мама. Мне предложили произвести эксгумацию для этого анализа, но я не хочу тревожить её останки.
«ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ПОЗВОНИЛ!»
- А чего вы хотите от Трампа - финансовой помощи?
- Моя приёмная мать серьёзно болела. Я выросла, не видя любви. Меня унижали, считали ничтожеством. Мне нужна не только материальная помощь, но и признание, защита. Не всё в этой жизни измеряется деньгами.
Но, несмотря на тяжёлое детство, я не отрекаюсь от приёмных родителей, которые меня воспитали. Если окажется, что нельзя установить мое родство с Трампом, для меня ничего принципиально не изменится. Я просто верю, что между нами есть связь, и надеюсь, что он это признает. А если нет - что ж, значит, такова жизнь.
- Если бы вы встретили Дональда Трампа, что бы вы ему сказали в первую очередь?
- Возможно, он просто ничего не знает. Бывает, что женщины скрывают беременность, рожают и отдают ребёнка.
Я бы просто спросила, знает ли он вообще обо мне. А если он знал, я бы сказала: «Почему ты не позвонил, почему не ответил, когда я пыталась до тебя достучаться? Ведь даже маленькое проявление любви сделало бы меня счастливой».
Я уверена, что после появления статей в СМИ американские службы меня изучают. Мне американцы пишут, что я похожа на Трампа даже больше, чем другие его дети.
ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ
Неджла создала впечатление очень приятной женщины, деликатной собеседницы. Как трепетно она держала руку брата, как заботливо вела его по дороге, помогала спуститься с лестницы… Причём было видно, что это многолетняя привычка, а не позирование перед публикой. В ней нет ни тени возбуждённости от обсуждаемой темы, Неджла готова принять любой поворот своей непростой судьбы. Впрочем, когда она говорила о не слишком теплом отношении к ней турецких родных, на ее глазах выступили слезы.
И она действительно внешне похожа на Трампа.
После интервью мы идём к автобусной остановке, Неджлу снова просят сфотографироваться с ними прохожие.
- Как вы думаете, я похожа на сумасшедшую? – горько усмехается она. – Многие, кто меня не знает, так считают. Но я в своём уме. И надеюсь, что Трамп мне ответит.
КЕМ БЫЛ ТРАМП ВО ВРЕМЯ РОЖДЕНИЯ НЕДЖЛЫ
Называющая себя дочерью президента США турчанка родилась в 1970 году. Тогда Трампу было 23. Он только окончил Уортонскую школу бизнеса и стал вице-президентом компании своего отца Фреда Trump Management, управлявшей арендным жильем в Нью-Йорке.
Тогда Дональд был вовсе не светским львом, а трудоголиком. И никаких роскошных апартаментов у него еще не имелось - он скромно жил в Квинсе в семейном доме, а затем в небольшой квартире. Впрочем, «стремился к высокому» - вложил 70 000 долларов в постановку на Бродвее комедии «Париж отменяется!» о супружеской паре, которая планирует поездку во Францию, но из-за семейных недоразумений и обид всё чуть не срывается. Постановка с треском провалилась.
О романтических увлечениях Трампа в тот период не известно почти ничего. Единственное, бывшая однокурсница Дональда Кэндис Берген рассказывала, как он пытался ее клеить: приехал за ней на бордовом лимузине в бордовом костюме-тройке и бордовых ботинках. За ужином Трамп показался ей очень скучным, девушка его отшила и вернулась домой в 9 вечера.
С первой женой, чешской манекенщицей Иваной Зелничковой, 30-летний Дональд познакомился в 1976-м в популярном нью-йоркском баре. Пригласил ее с подругами за лучший столик, предложил подвезти после вечеринки домой (опять-таки на лимузине). А потом звонил каждые пару дней, присылал по сотне роз и водил в дорогущие рестораны. Они поженились через 9 месяцев после знакомства. В этом браке родились трое детей. Всего у президента США пятеро сыновей и дочек от трех жен.
БЫЛИ ЛИ У ТРАМПА ВНЕБРАЧНЫЕ ДЕТИ?
В былой любвеобильности Дональда сомнений нет, чего стоит только его интрижка с порноактрисой Сторми Дэнилс в период, когда третья жена Трампа Мелания была беременна.
Но единственная сомнительная история с внебрачным ребенком, которую обсуждали в Штатах в начале первого президентского срока Дональда - откровения бывшего швейцара здания «Трамп Ворд Тауэр» Дино Саджудина.
Он позвонил в редакцию газеты National Enquirer с рассказом: его коллеги поведали, что у Трампа в конце восьмидесятых был роман с горничной, родившей от Дональда девочку.
Газета входила в холдинг Американ Медиа Инкорпорейтед, которой руководил друг Трампа Дэвида Пеккер. Руководство холдинга заплатило Саджудину 30 000 долларов за эксклюзивные права на его историю и положила ее под сукно.
В 2018 году история всплыла благодаря расследованиям либеральных СМИ. Они нашли горничную, но женщина заявила: никакого романа с Дональдом не было, отец ее ребенка - простой водитель.