Началось все с пальца. Врос ноготь на ноге, раздуло так, что в кроссовок не влезает. Пошел в поликлинику районную. Очередь — как в Мавзолей. Бабки сидят, талоны в руках мусолят, глаза злые. В регистратуре хамка сидит:
— Карточку потеряли, идите в 105-й, там спросите.
Кое-как доковылял. Захожу. Там медсестра, лет сорока в грязном халате.
— Я только спросить, — говорю. — У меня палец...
— Садитесь, — рявкает. — Рукав закатывайте.
— Какой рукав? У меня нога!
— Сказано — рукав! Распоряжение Минздрава. Вакцинация от нового штамма КОВИД. Без укола хирург не принимает.
— Да вы офигели? У меня конституционные права!
Она даже не слушает. Подошла, шприц достала — игла толстая, как гвоздь. Жидкость внутри мутная, желтая.
— Либо колем, либо охрану зову. А охранник у нас Валера, он контуженный на всю голову, сначала бьет, потом спрашивает.
Я дернулся, но тут сзади меня кто-то за плечи схватил. Оборачиваюсь — санитар. Здоровенный детина, морда кирпичом, халат на бицепсах трещит. Прижал меня к кушетке.
— Не дёргайся, больной!
Медсестра подошла и с размаху мне в плечо иглу вогнала. Боль адская, будто кипяток внурь влили.
— Всё, свободен.
— А палец?
— Хирург в отпуске. Через месяц приходите.
Вышел я оттуда злой, как черт. Плечо горит, нога пульсирует. Доковылял до дома, упал на диван, открыл пивко. Сижу, поцеживаю. Вдруг слышу — щелчок. Будто реле сработало.
И голос. Прямо в голове.
«Объект 45-Б в сети. Геолокация подтверждена. Синхронизация нейромодуля... 20%».
Я аж пивом поперхнулся. Оглядываюсь — телевизор выключен. Может у соседей? Прислушался. Да вроде у них тихо.
«Синхронизация 40%. Загрузка протокола лояльности».
— Кто здесь? — спрашиваю в пустоту.
«Объект проявляет признаки паники. Увеличить дозу седативного».
И тут меня накрыло. Веки отяжелели, тело ватное стало. Моментально вырубился.
Просыпаюсь от грохота. Дверь входную железную, кто-то с петель выносит. Влетает тот самый санитар из поликлиники. В руках — монтировка. Глаза бешеные.
— Где он?! Где чип?!
Я с дивана сползаю, ноготь задел — искры от боли из глаз посыпались.
— Ты че, мужик творишь?
Он подбегает, хватает меня за грудки, трясет как грушу.
— Они мне сказали, это витамины! А я слышу их! Они в голове! Приказывают, кого убивать!
— Кто?!
— Рептилоиды! С Нибиру! Вакцина — это метка! Чтобы мы их рабами стали! Я список видел!
Он достает нож. Обычный кухонный, но заточенный, как бритва.
— Я тебя спасу, братан. Сейчас вырежем. Где кололи?
— В плечо... Стой! Не надо!
Он валит меня на пол. Прижимает коленом. Вонь от него — спиртом и безумием.
— Потерпи, сейчас связь оборвем.
Заносит нож. Я ору. И тут он замирает. Смотрит в телефон свой, который из кармана выпал.
— Погоди... Петров Иван Сергеевич? Кв. 42?
— Я Сидоров! Квартира 43! Ты дверью ошибся, дебил!
Санитар моргает. Смотрит на меня, на нож, на телефон.
— Мля. Неудобно вышло.
Встает с меня. Отряхивается.
— Ну ты это... извини. Навигатор у меня немножко сбоит.
Идет к двери. Оборачивается:
— А палец свой содой парь. Помогает.
И уходит.
Я лежу на полу. Плечо болит, нога болит.
А в голове голос, спокойный такой, механический:
«Тест на стрессоустойчивость не пройден. Субъект Сидоров признан годным к биореактору. Ожидайте бригаду утилизации».
В дверь кто-то позвонил.