Жители хутора Лобакин Михаил Иванович и Зинаида Михайловна Сыцевич прожили долгую, полную трудов и забот жизнь. В ноябре 2025 года они отметили 60-летнюю годовщину свадьбы, что стало поводом для нашей встречи. Слушая их рассказ, я позавидовал и искренне порадовался за людей, которым повезло найти свою половинку в огромном мире и сумевших за годы совместной жизни сохранить любовь и уважение друг к другу.
– Я родилась в хуторе Евсеев, — начала рассказ Зинаида Михайловна. – Для моих родителей, Михаила Венедиктовича и Анны Исаевны Чебаковых, это была вторая семья. Первый муж мамы пропал без вести где-то под Ростовом, а у отца умерла жена, и после демобилизации в 1946 году его, как моториста, направили в Евсеев, где надо было обеспечить полив плантаций. Там они и познакомились, а через год у них уже родилась я – ребёнок первого послевоенного поколения.
Отец воевал, дошёл до Германии, потом попал на войну с японцами. Две войны прошёл! А трагически погиб дома на хуторе: шёл с работы, и его машина задавила. Так мама второй раз потеряла мужа, а мы, четверо детей, – отца. Мне, самой старшей, тогда исполнилось 13 лет, а младшей сестре было всего 3 года.
После школы сразу пришлось идти работать – кормить нас особо было некому. Мне дали выкармливать группу телят, а я была совсем молодая, мелкая… И вот однажды зимой тяну, кантую тюк соломы – поднять-то его не могу, труд для меня непосильный, слышу сзади шаги, вижу чью-то обувь и слышу голос: «Помочь?» Поднимаю голову – парень! Какой красивый, думаю. А он: «Куда нести?» Взял этот тюк и отнёс мне в телятник.
Как потом выяснилось, Миша тогда работал в Добринке, а после его перевели к нам в Евсеев. А я ж никуда не ходила, даже в клуб – только дом и работа. Из всех развлечений подружка с его земляком приходила, в карты играли. А тот мне говорит: «Можно я товарища приведу? Он в общежитии один, будем вчетвером играть». Так и познакомились. В 1965 году сыграли свадьбу, в 1966 родилась дочь. В апреле она родилась, а в сентябре его в армию забрали. И я его два с лишним года ждала.
– Я сам из Белоруссии, – вступает в разговор Михаил Иванович. – Из вашей школы механизации, СПТУ-43, к нам приезжали вербовщики, приглашали на учёбу. Приехал, тут учился, потом на практике со своим преподавателем Василием Александровичем Бреховым работал, был у него помощником комбайнёра. Оставаться и не думал, но тут не хватало механизаторов, некому было работать, и нас попросили помочь. Потом призвали в армию, я, как и отец, попал служить в Германию. Кстати, наши отцы воевали и в Германии, и в Японии, может, даже где-то встречались. Друзья разъехались кто куда, а я вернулся в Евсеев, к жене и дочке, – кивает в сторону Зинаиды Михайловны.
– Про свадьбу свою что-то расскажете? Сейчас-то они совсем по-другому проходят. Что больше всего запомнилось?
– Поженились мы очень молодыми: мне 17-ти не было, ему всего 18, – вспоминает Зинаида Михайловна. – Ну, какая там у нас свадьба? Никто нас не расписал, его родители в Белоруссии, у меня отец погиб, мама одна осталась. Вот ей огромное спасибо: человек сорок всё равно собрала, самых родных, стол накрыла… Был 1965 год, ноябрь – снег с дождём, а нас ведут в клуб. Я в свадебном платье, он в костюмчике, куртки лишь накинули. Ну, ничего, не замерзли. Поздравили нас, хорошо и красиво всё было и – домой, к застолью!
Мама заказала фотографа, а он приехал на второй день. Наряжаться снова мама не позволила: плохая примета, фотографируй, в чём есть! Миша надел костюм, галстук, а я в обычном платье была. Так он нас и сфотографировал. Настоящую свадьбу нам уже дети в этом году на 60-летний юбилей супружеской жизни сделали. Сноха у нас продвинутая: «На свадьбе не пришлось вам сфотографироваться, но мы всё это сейчас исправим!» Фату на меня надела, фотографию сделала с помощью искусственного интеллекта и в рамочке подарила: муж в бабочке несёт меня на руках, а я в туфлях на каблуках – каких сроду не носила!
– Вспомните самый счастливый момент в вашей совместной жизни? – задаю интересующий вопрос.
– Когда муж из армии пришёл, вот это было настоящее счастье! – даже спустя много лет настроение Зинаиды Михайловны заметно улучшается. – Он же мне письмо прислал, что его оставили до весны… Я так ждала, а эта новость меня буквально подкосила: рыдаю, ничего делать не могу – всё из рук валится. Домой пришла, мама спрашивает: что случилось? А я плачу не могу остановиться: «Миша прислал письмо, что только весной его демобилизуют…»
– Это был 68-й год, – поясняет Михаил Иванович. – Как раз в Чехословакию ввели войска из СССР и Германии. Вот и мы в нашей группе войск с автоматами сидели, ждали приказ. Я письмо отправил, а тут всё отменили и отправили в Союз, по домам…
– Мама гадала, успокаивала: не плачь, говорит, он лишь не дома, скоро должен прибыть, – продолжает рассказ Зинаида Михайловна. – А я не верю. В тот день пошла на работу – телята у меня болели. Пропаиваю их дубовой корой, слышу, какой-то мужчина там шумит: «Вы не видели Зину Чебакову? Пускай бежит домой, там Мишу везут». Доярки меня кинулись качать, я их этой дубовый корой облила, всё бросила и бегом домой. Ничего не вижу, а его, оказывается, сзади на машине везут. Прибежала домой, давай быстрее дочку одевать – дитёнку почти три года, она папку-то и не знает. Костюм одевала наизнанку. Мама говорит, ты иди встречай, я сама её одену. Я вышла сама не своя, а тут народу собралось, все его обнимают. И Миша, чемодан поставил в сторонку, со всеми обнимается. Так я впопыхах скорее схватила чемодан и домой – вообще не понимала, что делаю.
– Правильно, чемодан-то красивый, с наклейками, – смеётся Михаил Иванович.
– Комедия, но столько радости сразу больше не припомню, – подтверждает супруга. – Вот это и был самый счастливый момент, когда он пришёл из армии. Хорошо отгуляли, я-то рыдала: полгода ещё ждать, хорошо мама, огромное ей спасибо, готовилась. Потом он повёз меня знакомить с родителями, Иваном Прокофьевичем и Евдокией Степановной, в Белоруссию – мы же до армии поженились, я их до того и не видела.
Вернулись домой, вроде бы время жить-обустраиваться, а наш хутор стал приходить в упадок. У кого деньги были, те дома где-то купили и уехали, а нам куда? И Миша пошёл пешком с Евсеевки в Лобакино, зимой 50 с лишним километров. Дали нам квартиру, и мы, прямо среди зимы, а у нас уже второй ребёнок родился, переехали сюда, в хутор Лобакин. Я устроилась в детский сад поваром и проработала там 33 года.
– Был уже 1973 год, – опять уточняет Михаил Иванович. – Приглашали и в Добринку, и в Лобакин, а меня в Евсеевском всё не отпускали. Я когда в Лобакин пришёл, меня Мануйлов, он тогда председателем в колхозе имени Ленина был, без документов принял. Мы и переехали, а документы я только через три месяца забрал, когда меня рассчитали. Меня за ними наш парторг Иван Васильевич Кожанов возил.
Кем я только не был: комбайнёром, трактористом, мастером-наладчиком и механиком... С Иваном Варфоломеевичем Петровым 20 лет бригадиром проработал.
– В 28 лет он орден «Трудовой славы» третьей степени получил, – с гордостью говорит про мужа Зинаида Михайловна. – На комбайне «Нива» больше всех зерна намолотил – 10 тысяч тонн!
– Мы тогда иначе работали, – продолжает вспоминать Михаил Иванович. – Вставали рано, до двенадцати часов ночи работали, а на стану вагончик стоял, там матрасы привозили, чтобы можно было хоть немного поспать. И так практически до конца уборки.
Когда работал, вставал в 5 часов. А стал бригадиром, так ещё не рассвело, садился в машину и ехал объезжать поля, где работали ночные смены: в 7 часов планёрка, я председателю докладываю, как и что, это если раньше там не встретились. И так до самого темна, а если вспашка или уборка, то вообще до 12 часов. Тяжело, но я любил работу и до сих пор не могу сидеть на месте, мне всё время надо чем-то заниматься. Машине уход нужен? На рыбалку надо? А сад, бахча, огород руки приложить требуют? Иначе на столе ни помидоров с картошкой, ни фруктов для детворы не будет. Вот я и не сижу…
– Знакомые идут, дети приехали – все удивляются: кто вспахал? — осуждающе кивает головой Зинаида Михайловна. – А это Миша который год всё сам вскапывает. Лопатой!
– Уже на пенсии, правда, инженером два сезона отработал, — не отвлекается от темы Михаил Иванович. – Петров как раз заболел, говорит мне: «Михаил, ты не уходи. Видишь, молодёжь остаётся, помоги им хоть какое-то время». Вот и помогал, ведь сын его Александр ещё со школы у меня два сезона работал штурвальным, потом механиком. Я его учил, потом он поступился в сельхозинститут в Волгограде и дорос до председателя. «Я, говорит, тебе к началу сезона новую «Ниву» взял, приходи, проведём посевную». Хорошо, прихожу – начинали вроде бы с посевной, а тут уж уборка заканчивается. «Ну что, давай вспашем? Потом посеем?» И так по кругу…
– Я раз с председателем про выходные заговорила, мол, выходных не дают, а дети, семья, да и отдохнуть хочется, – вступает в разговор Зинаида Михайловна. – А он в ответ: «Ты гордись своими мужиками, они у тебя трудяги, что муж, что сын. Вот и гордись ими, а выходные будут. Обязательно». И, правда, не обманул: наши выходные уже второй десяток лет продолжаются – пенсия… Раз в неделю точно бываем у детей в Суровикино. Летом чаще, зимой… Сами понимаете: возраст, дорога. Скучаем… Зато дети к нам ездят часто, правнуки, их у нас пока четверо – Миша, Роман, самый младшенький Вова и Настенька, вообще обожают у нас гостить. Приезжают с цветами, обнимают и целуют, особенно правнучка, которая сейчас учится в третьем классе.
И гордиться Михаилу Ивановичу и Зинаиде Михайловне, действительно, можно не только своим трудом на благо ставшего давным-давно родным колхоза. Детей у семьи Сыцевич двое: дочь Светлана и сын Леонид, четверо внуков и четверо правнуков. Сын по примеру отца работает механизатором в хозяйстве Игоря Бескороваева. На втором открытом чемпионате России по пахоте в 2013 году тракторист-машинист из хутора Лобакин Леонид Сыцевич занял третье место и получил диплом Минсельхоза России «Лучший по профессии».
Интересуюсь, что они могут посоветовать молодым людям, чтобы создать крепкую семью и прожить вместе 60 лет? Зинаида Михайловна советует:
– Во-первых, надо любить и уважать друг друга. Во-вторых, нельзя критиковать. Сейчас молодежь начинает ругаться, оскорблять друг друга, искать всякие изъяны и пороки, а так нельзя делать. Мы – советские дети, нас родители не так воспитывали. Возник небольшой конфликт, лучше молча отойти, успокоиться, а потом разобраться вдвоём без крика и ругани. Чтобы сберечь любовь, нельзя на гнев наводить до такой степени, что уже ненавидеть друг друга начинают. Нет, так нельзя.
– Надо больше работать, чтобы меньше встречаться, – то ли шутит, то ли всерьёз добавляет Михаил Иванович. – Тогда будете скучать друг по другу, ценить проведённое вместе время и на глупости его тратить не захотите. Главное, чтобы здоровье не подводило!
Николай Панчишкин, наш корр.
Фото из семейного архива