В мире, где тренды мимолетны, а слава изменчива, лишь единицам удается не просто уловить дух времени, а диктовать его на протяжении десятилетий. Анна Винтур — именно такая фигура. Более 35 лет она стоит у руля американского Vogue, будучи не просто главным редактором, а живым символом индустрии, ее бескомпромиссным судьей и безжалостным архитектором. Ее жизнь — это не просто хроника модных показов, это история о власти, трансформации медиа и создании собственной, непререкаемой легенды.
Ранние годы: закалка в лондонских туманах
Анна Винтур родилась 3 ноября 1949 года в Лондоне, в семье, далекой от гламура. Ее отец, Чарльз Винтур, был влиятельным редактором газеты Evening Standard, а мать, Элинор «Нони» Трегуб, — дочерью профессора Гарварда. Именно от отца Анна унаследовала титаническую работоспособность, ясный, почти безэмоциональный ум и понимание механизмов медиа. Ее детство и юность не были безоблачными: сложные отношения с матерью, вражда с сестрой, ранний уход из престижной школы Норт-Лондон Коллигиат. Уже в 15 лет Анна заявила о своем бунтарском духе, сделав знаменитую стрижку боб, которая станет ее пожизненной визитной карточкой.
Она начала карьеру в 1970-х в лондонском бутике Biba, а затем — в журналах Harper’s & Queen и Viva. Но настоящая школа выживания ждала ее в Нью-Йорке. Работа в Harper’s Bazaar закончилась увольнением — ее стиль сочли слишком радикальным. Период в Savvy и New York был непростым, но закалил характер. Винтур училась главному: понимать, чего хочет читатель, часто даже до того, как он сам это осознает.
Восхождение на трон: революция в Condé Nast
Ее звездный час наступил в 1983 году, когда она возглавила британский Vogue. Здесь она впервые в полной мере проявила свой метод: смешение высокой моды и масс-маркета на обложке (снимок модели в джинсовой куртке, украшенной бриллиантами), ставка на личности, а не просто на одежду, и безупречное чувство момента. Но настоящую революцию она совершила, возглавив в 1988 году американский Vogue.
Ее первая обложка стала выстрелом в устои: на ней была фотография модели Майклы Беркут в дешевых джинсах от Guess и футболке Christian Lacroix с жемчугом, стоимостью 10 000 долларов. Это был манифест: доступное и роскошное, повседневное и возвышенное могут и должны сосуществовать. За первые несколько лет она увеличила прибыль журнала на 300%, превратив его не просто в глянец, а в культурную, политическую и социальную силу.
«Царица льда»: миф, метод и скандалы
Именно здесь родился ее образ «ядовитой Анны» — холодной, недоступной, безжалостной критикессы в темных очках. Этот образ был мастерски гиперболизирован в романе Лорен Вайсбергер «Дьявол носит Prada» и одноименном фильме, где Мирил Стрип сыграла властную Миранду Пристли, прототипом которой стала Винтур. Сама Анна отнеслась к этому с присущим ей прагматизмом, увидев в этом возможность привлечь новую аудиторию. Но миф имеет реальную основу:
· Беспощадность к сотрудникам: истории о том, как она молча рассматривает неудачный наряд или увольняет людей взглядом, стали легендой индустрии. Её знаменитое «Нет» — лаконичное и окончательное — способно разрушить карьеру дизайнера.
· Скандалы с обложками: обложка с 14-летней Машей Новиковой в роскошном наряде и с бутылкой «Кристалл» в руках (2007) была расценена как пропаганда алкоголя среди подростков. Обложка с Ким Кардашьян и Канье Уэстом (2014) вызвала бурю негодования у консервативной аудитории, но Винтур защищала ее как отражение современной культуры знаменитостей.
· Конфликт с дизайнерами: ее сложные отношения с Джоном Гальяно, публичная критика коллекций и умение «возвышать» или «низвергать» бренды создали ей репутацию пугающе влиятельной фигуры.
За очками: власть, филантропия и личная жизнь
Но сводить Анну Винтур только к карикатурному образу — ошибка. Она — гениальный стратег и менеджер.
· Меценат и филантроп: она — движущая сила ежегодного Met Gala, превратившегося из светского раута в глобальное медиасобытие, собирающее миллионы долларов для Института костюма Метрополитен-музея. Она активно собирает средства на борьбу со СПИДом через CFDA/Vogue Fashion Fund.
· Политический игрок: она использует страницы Vogue как политическую трибуну, поддерживая кандидатов от Демократической партии (Барака Обаму, Хиллари Клинтон, Джо Байдена). Интервью с Мишель Обамой и знаменитая обложка с первой леди в платье от Jason Wu стали историческими моментами.
· Мать индустрии: несмотря на холодность, она известна как лояльный покровитель талантов. Она открыла дорогу таким дизайнерам, как Марк Джейкобс, Александр Маккуин, Джон Гальяно, и бесчисленному количеству моделей, включая Наоми Кэмпбелл и Кейт Мосс.
· Личная крепость: ее личная жизнь тщательно охраняется. Длительные отношения с психиатром Шелби Брайаном, двое детей — Чарли и Би — почти никогда не становятся достоянием прессы. Это та сфера, куда она не пускает даже объективы самых настойчивых папарацци.
Наследие и будущее
Сегодня, в эпоху доминирования цифровых медиа и инклюзивности, Анна Винтур, будучи главным редакционным директором всей группы Condé Nast, продолжает адаптироваться. Она поддержала приход на обложки плюс-сайз моделей, транссексуалов, активистов. Но делает это всегда с оглядкой на коммерческий успех и ауру желательности.
Ее биография — это история о том, как амбиция, интеллект и бескомпромиссный вкус могут создать абсолютную власть в, казалось бы, легкомысленном мире. Она превратила моду из развлечения для избранных в глобальную многомиллиардную индустрию, где пересекаются искусство, коммерция, политика и культура. Анна Винтур — не просто редактор. Она — институция. И пока она в своем неизменном бобе и очках сидит в первом ряду на показе, весь мир моды затаив дыхание ждет ее вердикта, потому что этот вердикт по-прежнему определяет правила игры.