Европа долго убеждала себя, что отказ от российского газа — это путь к свободе. Сегодня в Брюсселе всё чаще задаются другим вопросом: а не поменяли ли они одну зависимость на другую — более жёсткую и куда менее предсказуемую?
Когда газ — это рычаг
Последний виток напряжённости показал, насколько условной оказалась европейская «энергетическая страховка».
Дональд Трамп вновь напомнил союзникам, что экономика и политика — вещи взаимосвязанные. Угрозы новых торговых пошлин против Франции, Германии, Дании и Великобритании прозвучали в связке с экстравагантной, но показательной темой — покупкой Гренландии.
В ЕС заговорили об ответных мерах. Но, как признают сами европейские источники, эти меры выглядят скорее декларативными. Потому что в реальности у Вашингтона есть куда более действенный инструмент давления — газовый вентиль.
«Зависимость от США есть, и мы вынуждены её терпеть. Другого выхода просто нет», — откровенно признаёт один из высокопоставленных чиновников в Брюсселе.
Фраза, которая ещё пару лет назад показалась бы немыслимой.
Цифры, от которых не уйти
Аналитика подтверждает тревожные ощущения. По данным центра Bruegel, в 2021 году Россия обеспечивала около 50% газового импорта ЕС, тогда как доля США составляла лишь 5%.
Сегодня картина почти зеркальная: российский газ — около 12%, американский СПГ — 27%.
К 2030 году, по тем же оценкам, США могут обеспечивать до 40% всего газового импорта Европы.
Это уже не партнёрство. Это системная зависимость.
Альтернативы, которых нет
В Брюсселе пытаются искать выходы. На бумаге всё выглядит многообещающе: Катар, ОАЭ, возобновляемые источники энергии, ускоренный энергопереход. На практике — сплошные «но».
- Норвегия близка к пределу добычи.
- Алжир ограничен и политически нестабилен.
- Катар и ОАЭ — перспектива 2030-х годов.
- ВИЭ и атом — это годы, огромные инвестиции и новая инфраструктура.
Европа опоздала. У неё нет ни времени, ни денег на быстрый энергетический разворот.
Их предупреждали
Вся эта ситуация не стала неожиданностью. О ней говорили ещё до 2022 года. Европейская модель десятилетиями держалась на трёх опорах: дешёвый российский трубопроводный газ, конкурентоспособная промышленность и американский зонтик безопасности.
После начала СВО ЕС сделал выбор — и выбрал неправильно. Самым «незначительным» элементом системы показались именно российские энергоносители. Их и убрали первыми. Но именно они обеспечивали экономическую устойчивость всей конструкции.
Заменить трубопроводные объёмы быстро можно было только СПГ. А единственный поставщик, способный оперативно дать объёмы, флот и инфраструктуру, — США.
Отсюда и мантра Брюсселя: «альтернативы нет».
Итог без морализаторства
Европа привыкла быть экономическим гигантом, опираясь на внешние ресурсы и внешнюю безопасность. В мире жёсткого торга такая модель неизбежно делает игрока зависимым. Особенно если и энергия, и безопасность сосредоточены в одних руках.
Россия в этой истории выглядит не причиной кризиса, а его утраченной стабилизирующей опорой. И чем дольше Европа будет это отрицать, тем болезненнее окажется возвращение к реальности.
Свобода, построенная на чужом вентиле, — это не свобода. Это отсроченная уязвимость.
Понравилось? Поставь лайк и подпишись. В следующих публикациях ещё больше интересного!