Помните 2019 год? Заголовки всех мировых СМИ взорвала абсурдная, на первый взгляд, новость: президент США Дональд Трамп всерьёз интересовался покупкой Гренландии. Дании это показалось оскорбительной шуткой, а миру — очередной эксцентричной выходкой. Но в политике и геологии нет шуток. За этим «предложением» стоял холодный, стратегический расчёт на ресурсы, которые стоят дороже любой территории. США заглянули под лёд и увидели там ключ к господству в XXI веке. И вот в 2026 опять заголовки пестрят толи покупка толи захват с целью защитить Арктику от России и Китая!
Почему Трампу или США нужен кусок льда? Не нефть, а кое-что важнее.
Вопреки стереотипам, главная цель — не нефть и газ. Будущее принадлежит технологиям, а для них нужны особые «витамины» земли — редкоземельные элементы и критические металлы. И Гренландия — их потенциальная кладовая №1 в мире.
- Редкоземельные элементы (церий, неодим, диспрозий). Без них немыслим ни один электромобиль (мощные магниты), смартфон, истребитель пятого поколения или система точного наведения. Китай контролирует 80% их мировой добычи, что даёт ему рычаги давления. Гренландские месторождения, такие как Кванефьельд, — это шанс разбить эту монополию.
- Кобальт и никель. Основа литий-ионных аккумуляторов. Глобальный переход на электрокары упрётся в дефицит этих металлов. Гренландия может стать «стратегическим НПЗ» для аккумуляторов всего Запада.
- Уран. Запасы, способные обеспечить атомную энергетику на десятилетия.
Для Трампа, с его лозунгом «America First» (Америка прежде всего), контроль над таким ресурсным Эльдорадо был бы геостратегическим триумфом. Купить остров — значит получить всё это разом, минуя хрупкие договоры с местными властями.
«Сделка века» по-трамповски: Почему покупка была логичной (для него)
Идея покупки территорий не нова — США купили у России Аляску в 1867 году. Трамп мыслил теми же категориями: большая сделка, разовая оплата, полный и бессрочный суверенитет.
- Военно-стратегический контроль. База Туле в Гренландии — ключевой объект ПРО США. Контроль над всем островом давал бы абсолютное господство в Арктике, новом театре противостояния с Россией.
- Обход политических рисков. Автономное правительство Гренландии жёстко регулирует добычу, требуя высоких экологических стандарт и долю прибыли. Быть хозяином земли — значит диктовать свои правила.
- Личный бренд. Представьте заголовки: «Трамп привёз Америке самый большой остров в мире и спас её технологическую независимость». Это был бы исторический legacy (наследие), о котором он мечтал.
Провал покупки — не конец игры. Новые ходы США
Дания ответила резким отказом, назвав саму идею «абсурдной». Но США не отступили. Провал «сделки» лишь сменил тактику с прямого захвата на точечное проникновение:
- Финансовая экспансия. Американские компании и фонды активно скупают доли в перспективных горных проектах Гренландии.
- Дипломатическое давление. США открыли консульство в столице Гренландии, Нууке, что является беспрецедентным шагом для города с населением в 50 000 человек. Это прямой сигнал: «Мы здесь, мы наблюдаем, мы инвестируем».
- Политическая работа. Активные консультации с местными властями, обещания инвестиций и поддержки — США играют в долгую игру, чтобы стать незаменимым партнёром.
Чем это грозит миру, Китаю и России?
Интерес Трампа обнажил главное: битва за Гренландию — это пролог к большой войне за ресурсы будущего.
- Для России это прямая угроза. Если США получат доступ к гренландским редкоземелям, их зависимость от российских или китайских поставок исчезнет. Это усилит технологический разрыв и ослабит одну из немногих рыночных карт России.
- Для Китая — прямая стратегическая угроза, так как она грозит подорвать его ключевые монополии. Разработка гренландских месторождений редкоземельных элементов и критических металлов (кобальта, никеля) создаст Западу независимую от Китая ресурсную базу. Это лишит Пекин мощного инструмента экономического давления, ослабит его позиции в производстве аккумуляторов и «зелёных» технологий, усилит географическое окружение через укрепление позиций США/НАТО в Арктике и может вытеснить китайский капитал из перспективных проектов, ударив по долгосрочной ресурсной стратегии КНР.
- Для Гренландии — дилемма. С одной стороны, инвестиции и шанс на независимость от Дании. С другой — риск стать «сырьевым придатком» и полигоном для горнодобывающих гигантов с потерей уникальной экосистемы.
- Для мира — ускорение «Великой арктической гонки». Регион, который был территорией науки, становится полем жёсткой конкуренции сверхдержав.
Вывод: Что осталось от «мечты Трампа»?
Прямо купить Гренландию не вышло. Но «шутка» Трампа выполнила важнейшую задачу — она громко и чётко обозначила миру стратегический интерес США к ресурсам острова. Она сняла табу с обсуждения этого вопроса.
Сегодня гонка продолжается в тихих кабинетах горнодобывающих корпораций и дипломатических миссий. Идея Трампа, кажущаяся абсурдной, на самом деле была лишь грубым, прямым выражением того, что все крупные игроки хотят получить от Гренландии: контроль над сокровищами, которые решат, кто будет править технологическим миром завтра.
Лёд в Арктике тает, открывая не только воду, но и истинные аппетиты мировых держав. И первый, кто громко заявил о них, был Дональд Трамп. Теперь игра идёт по его правилам — правилам жёсткой борьбы за ресурсы. И кто знает может дойдет и до силового захват острова.
Венесуэла, на очереди Гренландия. Кто следующий! Канада?