Вчера в украинских СМИ было выложено большое интервью «главкома Сырского», который путая русские слова т украинские на неестественно диком суржике рассказывал как он собирается руководить ВСУ в наступившем 2026 году.
И даже на украинских каналах больше всего недоумений вызвала его фраза, что «выиграть войну только обороной нельзя», а потому армия киевского режима планирует проводить в текущем году наступательные операции. С главной задачей сорвать наступление русских армий.
Логика в этом, безусловно есть. Особенно с учетом безальтернативности поражения в случае тупого сидения в глухой обороне, когда идет война на истощение. Которую, Киев явно уже проигрывает. А в 2026 году этот проигрыш станет еще более явным. Что в т.ч. следует и из заявленных Сырским предположений, что число выпускаемых Россией дальних дронов, которыми мы выносим экономический потенциал противника, должно увеличиться примерно в 2,5 раза.
Итак, каким же все-таки оно может быт, это самое наступление ВСУ?..
Как было раньше.
Опыт стратегических наступательных действий в этой войне у ВСУ есть.
В августе — октябре 2022 года они провели такую операцию в Харьковской области. В тот момент у ВСУ было большое численное превосходство. Плюс была явная недооценка сил противника со стороны нашего командования (и как результат явно запоздалое решение по мобилизации). По итогу наше тяжелое поражение в Харьковской области и отход из ее пределов.
Вытащили тогда все наши мобилизованные, которых прямо «с колес» пришлось бросать в бой.
На Херсонском направлении, в ноябре все того же бурного 2022 года, генерального сражения так и не получилось (в виду нашего отвода сил без боя на левый берег Днепра).
В 2023 году ВСУ проводили одну стратегическую наступательную операцию в районе Запорожья. Командование противника, как и Гитлер весной 1943 года понимало, что боевой потенциал ВС РФ быстро растет и то преимущество, которое у них еще есть, к концу года окончательно и навсегда исчезнет. А отсюда только нанесение нам поражения стратегического масштаба могло что-то в этой формуле изменить.
Задача была прорвать оборону ВС РФ в полосе 58А и далее рассечь наш фронт до Азовского моря. По итогу кампании планировалось выйти на границы Крыма (или даже его оккупировать), а также вернуть контроль над Мариуполем.
И эти планы разбились о хорошо организованную командармом Иваном Поповым оборону и стойкость бойцов его армии.
В 2024 году у ВСУ уже явно не было ни человеческого, ни технического ресурса для серьезных наступательных операций даже оперативно-тактического масштаба. Все изменил случай и наши просчеты.
Удар под Курском, как я выяснил позднее, общаясь с пленными солдатами противника, первоначально не был попыткой большого наступления. Но распавшийся (из-за наших просчетов) от одного удара фронт заставил командование ВСУ срочно перебрасывать сюда резервы и развивать этот успех (чтобы попытаться воспользоваться неожиданно предоставившимся случаем). Насколько сумели. И результат показал, что сил у них не было даже на это.
По итогу, уже в сентябре противник окончательно здесь выдохся и далее только оборонялся. А в марте 2025-го подразделения ВСУ окончательно на Курщине были разгромлены и боевые действия были перенесены на территорию Сумской области.
В кампании 2025 года, имея еще меньше сил для наступления, но имея опыт успешного удара по Курщине, противник готовил подобную операцию в районе Брянщины. Причем, задача была примерно та же — сорвать наши наступательные операции на других участках фронта и заставить нас перебрасывать уже наши резервы с фронта на фронт. Его там ждали, но все сорвал наш летний очень успешный прорыв в районе Доброполья. И все резервы, которые готовились противником для удара по Брянщине, были переброшены на его закрытие. И там были израсходованы.
Откуда ВСУ брать резервы в 2026-ом...
Итак с историей разобрались. Чего можно ожидать в году наступившем.
Очевидно, что сил у противника еще меньше, чем годом ранее. Как бы не рассказывал Сырский об увеличении количества мобилизованных и падении потерь его армии, все там с точностью до наоборот. Одних дезертиров за 2025 год у противника более 200 000 человек. И к концу 2026 года ежемесячное их увеличение заметно перевалило за 20 000 человек. И это только официально.
При этом количество передаваемого в состав ВСУ ТЦК «мяса» с примерно 30 000 в месяц в начале 2025 года «усохлось» до менее 20 000 в его конце. И эти тенденции только нарастают. Спасать ситуацию получается пока только за счет перевода в пехоту тыловых подразделений, а также отправке на фронт десятков тысяч полицейских. Но этот ресурс не безграничный. Но не это самое проблемное. Главное, что все это пополнение невозможно использовать в наступлении.
И потому, например, по заявлениям днепропетровского нациста-волонтера Бутусова в контрнаступлении Драпатого под Купянском основную роль сыграли колумбийские и бразильские наемники. И не случайно по итогу этой частично-успешной операции «иностранный легион ВСУ» весь был переведен в штурмовики.
А других «штурмовиков» у Сырского просто нет. На сегодня только остатки наемников и очень небольшое количество частей «старой гвардии» способны наступать. Чисто физически и психологически. Но этого может хватить только для активной обороны. Причем разбросаны они по всему фронту. И любая попытка их собрать в кулак, безвариантно перекинется большими проблемами на других участках фронта (затыкать дыры на которых будет просто некем).
И это большой на самом деле для противника риск. Тем более с учетом постоянного роста численности нашей действующей армии, которая в 2026 году вполне должна перевалить за 1 млн. человек.
А потому я даже не уверен, что «наступление Сырского» в 2026 году для нас это самый плохой вариант. И если мы точно сумеем вычислить его место и время, то его вполне можно обратить даже в обвал фронта ВСУ по итогу кампании 2026 года.
Вот о чем говорят расчеты и опыт предыдущих сражений.