Россия продолжает сражаться с горами собственного мусора, и в этой битве сроки капитуляции старых полигонов постоянно сдвигаются. Недавно стало известно о новом важном решении: эксплуатацию устаревших свалок, которые должны были закрыться еще несколько лет назад, официально продлили до 1 января 2028 года. Это решение касается объектов, введенных в строй до 2019 года и не имеющих современной документации, а также тех полигонов, чья проектная вместимость уже давно превышена. По сути, страна получила еще два года «страховки от мусорного коллапса», поскольку замещающая инфраструктура в регионах строится гораздо медленнее, чем планировалось изначально.
История этих отсрочек наглядно иллюстрирует масштаб системного кризиса. Сначала старые полигоны планировали закрыть к 2023 году, затем срок перенесли на 2026-й, и вот теперь – на 2028-й. Причина банальна: вывозить отходы просто некуда. По данным на конец 2024 года, в 14 регионах из 26, где действуют временные свалки, существует реальный риск срыва сроков строительства новых объектов. В «красной зоне» оказались Омская и Тверская области, Ямало-Ненецкий автономный округ, Краснодарский край и Крым. В некоторых из этих субъектов строительство замещающих мощностей теперь официально отодвинуто на 2029 год.
Экономика и география мусорного вопроса
Проблема усугубляется тем, что объем образования отходов в стране неуклонно растет. Ежегодно в России образуется более 70 млн тонн твердых коммунальных отходов (ТКО), и лишь мизерная их часть – по разным данным от 3% до 7% – отправляется на переработку. Остальные 90% и более по-прежнему оседают на полигонах, общая площадь которых уже превысила 4 млн гектаров, что сопоставимо с территорией Швейцарии или Нидерландов. Более того, каждый год эта «мусорная страна» прирастает еще на 300-400 тысяч гектаров.
Интересно, что данные о количестве свалок в официальных источниках часто противоречат друг другу, что подчеркивает непрозрачность отрасли. Например, Росприроднадзор фиксировал чуть более 1000 полигонов, в то время как Роспотребнадзор насчитывал их более 4600, а региональные власти – почти 4000. К этому стоит добавить десятки тысяч несанкционированных свалок, которые вообще не входят в статистику, но занимают огромные площади. Такая разница в цифрах объясняется отсутствием единой достоверной системы мониторинга и учета отходов.
На этом фоне выделяется деятельность «Российского экологического оператора» (РЭО), который за 2021-2024 годы профинансировал 20 крупных проектов на сумму 106,7 млрд рублей. Это позволило создать мощности по обработке и утилизации более чем на 10 млн тонн отходов в год. Однако эксперты отмечают интересную смену стратегии:
- Если в 2021-2024 годах ставка делалась на гигантские комплексы мощностью свыше 200 тысяч тонн в год (они составили 84% проектов), то план на 2025 год ориентирован на малые и средние объекты.
- Доля небольших заводов мощностью до 200 тысяч тонн в 2025 году должна вырасти до 75%, что позволит создать распределенную сеть переработки даже в отдаленных регионах Сибири, Дальнего Востока и Крайнего Севера.
Социальный градус
Мусорный кризис давно перестал быть только технической или экологической проблемой, превратившись в мощный социальный триггер. Самыми громкими стали протесты в Подмосковье и на станции Шиес в Архангельской области, где тысячи людей выходили на митинги против ввоза столичного мусора и расширения свалок. В 2018-2019 годах «мусорные протесты» охватили до 30 регионов страны, став символом борьбы граждан за право на здоровую окружающую среду. Токсичные испарения старых полигонов, по оценкам прокуратуры, угрожают здоровью более 17 млн человек.
При этом российское общество демонстрирует удивительный парадокс: при высоком уровне недоверия к действиям властей, 90% жителей страны заявляют о готовности к раздельному сбору мусора, если для этого будет создана удобная инфраструктура. Люди хотят сортировать отходы, но часто сталкиваются с тем, что даже раздельно собранный мусор в итоге сваливается в один кузов и уезжает на тот же старый полигон. Для реального прорыва нужны не только заводы, но и технологические инновации, а также жесткий контроль за потоками отходов.
Сегодня перед государством стоит амбициозная цель: к 2030 году сортировать 100% образуемых отходов и вдвое снизить объем их захоронения. Однако текущие темпы показывают, что путь к «экономике замкнутого цикла» будет долгим. Продление работы старых свалок до 2028 года – это признание того, что система пока не справляется с нагрузкой, а строительство новых мощностей требует гигантских инвестиций, объем которых оценивается в 5 трлн рублей. Пока эти деньги и технологии не дойдут до каждого региона, старые полигоны останутся неизбежным, хоть и крайне болезненным элементом российской действительности.