Всем привет. Меня зовут Марфа, я работаю — точнее, уже работала — в мебельном салоне, и в какой-то момент у меня поехала крыша. Не в буквальном смысле над головой, а та самая, которая в голове.
Уже семь лет у меня был собственный бизнес. Я жила в режиме 24/7, без пауз и передышек. Последние полгода я безуспешно боролась с бессонницей, не брала выходных и видела мужа в лучшем случае по вечерам. Каждый день был точной копией предыдущего. Настоящий день сурка — холодный, серый и абсолютно без эмоций. Утро, душ, кофе, такси, работа, магазин, дом, ужин, ночь — и снова по кругу.
Все началось именно с бессонницы. Она словно выползла из темного угла спальни, как Чеширский Кот. Немного позже к ночным посиделкам присоединилась ее напарница — тревога.
Очень быстро тревога перестала быть только ночной гостьей и перебралась в дневную жизнь. Она заполняла меня целиком. Я переживала из-за всего и без причины. Иногда доходило до дрожи в руках и давления под 180. Обычные рабочие задачи, с которыми раньше я справлялась легко, теперь казались неподъемными и вызывали истерики снова и снова.
Появились слезы. Я — когда-то собранная и сильная женщина — могла разрыдаться из-за мультфильма или рекламы. Мне было за это стыдно. Я пряталась в ванной, лишь бы муж не видел, как я разваливаюсь на части.
Затем в мою жизнь пришли усталость и сонливость. Одна настойчиво закрывала мне глаза, другая будто сковывала тело. Любое движение давалось с огромным трудом. Даже разговоры утомляли.
Я взяла недельный отпуск. Но легче не стало. Днем я либо лежала без сил, либо спала, а ночью появились новые «гости» — панические атаки. С каждым днем становилось только хуже.
Я вернулась к работе. Коллеги начали что-то замечать. Головные боли стали ежедневными.
Я вдруг осознала, что больше не получаю удовольствия ни от еды, ни от напитков, ни от покупок, ни от фильмов. Забросила спортзал. Все стало безразличным.
Пришло отчаяние. Я разговаривала сама с собой: «Что с тобой происходит? Депрессия? Возраст? Болезнь? У тебя есть муж, бизнес, квартира, машина, кот. У многих нет и этого. Почему ты не радуешься? Ты зажралась. Соберись!» А потом возникал вопрос: «А если так будет всегда?» — и ответа не было.
Настроение стало нестабильным. Вспышки гнева срывались на мужа, сотрудников, всех вокруг.
Параллельно дела в компании начали ухудшаться. Я закрыла два магазина из трех. Без сожалений, без слез. Мне было все равно. Я смотрела в пустоту, а пустота — на меня.
Поймала себя на тревожных мыслях и начала искать специалиста. Нашла. Тайком от мужа ходила на приемы. Мне поставили депрессию и назначили лекарства.
Месяц я держалась относительно ровно. А потом снова провал. Все началось с того, что в темном углу спальни я снова увидела знакомый силуэт. Ну здравствуй, бессонница. Проходи, располагайся.
Я снова оказалась в своем личном аду.
Однажды муж вернулся с работы раньше обычного и застал меня на кухне в рабочем платье. Я сидела с кружкой кофе и читала новости. Он начал издалека.
— Ты сегодня ела?
— Не помню… кажется, индейку с гречкой.
— Индейка с гречкой была две недели назад. Сейчас дома суп, пюре и тефтели, но ощущение такое, будто ем их только я. Зато кофе и молоко исчезают очень быстро. Ты вообще ешь на работе?
— Да… да, ем.
— На работе… Ладно. А косметичка где?
— В сумке, наверное…
— В тумбочке. Уже месяца три или четыре. Ты ею не пользуешься.
— Какой ты наблюдательный, — попыталась я пошутить. — Вот поэтому я тебе и не изменяю.
— Ты бы и не смогла. Ты ходишь с грязной головой, в мятой одежде. Посмотри на платье — на нем пятно, и тебе это не помешало в нем пойти на работу. А теперь ты в нем же сидишь и пьешь кофе. Ты почти не ешь, молчишь, стала неухоженной. Где моя жена? Куда ты ее дела? Моя жена была красивой, шумной, веселой. Каблуки, платья, прически, маникюр, смех. Ты такой была двенадцать лет. Что произошло?
Я не выдержала и рассказала все. Самое страшное признание в жизни. Признание слабости и поражения. Я плакала при нем, не сдерживаясь. Даже врач не смог вытащить меня из этого состояния. Я предложила развод — та женщина, которую он полюбил, будто исчезла. Зачем мучить друг друга?
Он молча слушал, внимательно глядя своими строгими серыми глазами — я всегда их любила и мечтала, чтобы у наших будущих детей были такие же. А потом он крепко обнял меня, целовал мое опухшее лицо и красный нос.
Мы разговаривали до глубокой ночи. И он спросил:
— А если представить, что у тебя вдруг появилось много свободного времени, чем бы ты хотела заняться?
— Хочу второе высшее. Хочу подтянуть английский. Хочу поехать в Канаду. Хочу переехать в другой город или страну. Хочу наконец получить права. Хочу детей.
— А что тебе мешает?
— Моя фирма… Подожди… Я поняла. Я давно ненавижу этот бизнес. Я больше не хочу этим заниматься. Эта мебель, клиенты, отчетность, ответственность — все это меня выжало. Работа перестала вдохновлять. Я хожу туда через силу. Если бы у меня были бензин и спички, я бы все это сожгла и радовалась. Я боялась себе в этом признаться, поэтому подсознательно делала все, чтобы бизнес сам умер. Я просто выгорела.
На следующее утро я подала документы на ликвидацию компании. Добби свободен. Я снова чувствую жизнь. Уже два месяца мы живем в другом городе, и я ищу новое вдохновение.
Одна большая глава моей жизни закрылась. Впереди — новые.
Спасибо, что дочитали статью до конца!
***
