Патрис Лумумба (1925—1961). На голове у Лумумбы национальный головной убор — леопардовая шапочка. Потом такую шапочку станет 30 лет своего правления носить тот, кто получил наибольшие плоды от убийства Лумумбы — «леопардовый маршал» Мобуту
17 января — день убийства первого премьер-министра Конго Патриса Лумумбы (1925—1961). Он стал символом борьбы за независимость не только для народов Африки, но и «третьего мира» в целом. Печальная судьба африканского лидера показывает, что может ждать тех, кто реально борется за независимость своих народов. И судьбы других таких деятелей в последующие годы — Сальвадора Альенде, Томаса Санкары... — это подтверждают.
Сейчас уже официально признано, что в его жестоком убийстве (перед смертью бывшего премьера пытали и оскальпировали) приняли участие и офицер британской спецслужбы МI-6 Дафна Парк, и резидент ЦРУ Ларри Девлин, прятавший потом труп премьера в багажнике своей машины, и четыре бельгийских офицера. Ранее президент США Дуайт Эйзенхауэр также одобрил планы физической ликвидации Лумумбы с помощью огнестрельного оружия и яда. Знал о планах убийства и король Бельгии Бодуэн.
В этой связи поговорим немного о судьбах бельгийской монархии... какой след она оставила в истории.
Бытует мнение, что европейские короли в XX веке — это такие безобидные няшки, чисто церемониальные фигуры, милые реликты прошлого, вроде живых музейных экспонатов, которые ничего не решают и страшно далеки от реальной политики. Но, как видим, бельгийский конституционный король был причастен даже и к мокрым уголовно-политическим делам! К такому выводу спустя 41 год после убийства пришла специальная комиссия парламента Бельгии, изучавшая вопрос.
Годом ранее в присутствии Бодуэна Лумумба произнёс пламенную речь, которая вошла в историю как «Мы больше не ваши обезьяны!» («Nous ne sommes plus vos singes»), хотя, говорят, буквально этой фразы там и не было.
Тут надо заметить, что венценосный предок Бодуэна, бельгийский король Леопольд сто с небольшим лет назад считался всей мировой общественностью одним из главных людоедов человечества, поскольку под властью его короны за два десятка лет до 1908 года погибло около 10 миллионов жителей Конго. Не в ходе войны, а просто в результате выжимания всех соков в процессе трудовой эксплуатации. Памятник этому королю до недавнего времени гордо высился в Арлоне, в центре Бельгии, и вдобавок со следующей циничной надписью: «Я начал работу в Конго в интересах цивилизации и ради блага Бельгии».
А это жертвы благотворной цивилизационной работы Его Величества — дети, молодые люди и старики с отрезанными руками за невыработку норм по сбору каучука:
Лишь в 2020 году, в ходе общемировых протестов BLM, памятники этому королю были сперва измазаны красной краской, а потом снесены.
Но король Бодуэн, надо признать, проявил себя достойным потомком короля Леопольда, приняв участие в планах убийства Лумумбы!
А ещё был в истории бельгийской монархии любопытный момент после Второй мировой войны, когда она всерьёз зашаталась, поскольку скомпрометировала себя сотрудничеством с нацистами. И по улицам бельгийской столицы маршировали толпы трудящихся под не очень верноподданным лозунгом «На в*селицу короля!». Речь шла тогда об августейшем отце Бодуэна, короле Леопольде III (1901—1983).
Об этом статья русско-американского журналиста А. Ветлугина (1897—1953), напечатанная в советской прессе в 1950 году.
«На в*селицу короля!»
«Шторы на окнах юоролевского дворца в Лакене опущены. Король не ищет шума, блеска, славы. Сейчас ему не до этого. Король жаждет тишины и забвения. Он испуганно вздрагивает даже тогда, когда в лакейской проносится подобострастный шёпот. Он знает, что за окнами сейчас раздаётся мощный возглас: «На в*селицу короля!». Он боится даже своей собственной тени. Ибо Леопольду III, экс-королю Бельгии, вопреки воле народа возложили на голову корону.
Некогда он резвился на запятках колесницы Гитлера, а шесть лет назад бежал от гнева народного в Швейцарию. Но дело не только в старом грехе. Леопольд согрешил вновь. И на этот раз ещё более непристойно. Он пристроился на запятках колесницы Трумэна, которая катится теми же путями, что и гитлеровская. Королю напялили на голову корону не для забавы, а для устрашения: вот вам, бельгийцы, король, знайте, что за него горой стоит вся нечистая заокеанская сила.
Восшествие на престол произошло внезапно. Это было даже не восшествие, а налёт на престол. Во время мартовского референдума по королевскому вопросу народ энергично сказал Леопольду: «Нет!» (По официальным данным, 57% избирателей проголосовали за возвращение короля, но в столице страны, Брюсселе, 52% проголосовали «против». — А.М.). Но за короля горой встала трумэновская челядь в лице католиков и правых социалистов. Они верноподданно попросили Леопольда пожаловать в Брюссель.
Ранним утром 22 июля в столицу Бельгии прилетела стая воронов: девять истребителей сопровождали самолёт «его величества». На другом самолёте предусмотрительно следовал наследный принц Бодуэн. На аэродроме помазанника Уолл-стрита встретили ликующими возгласами полицейские. Они и сопроводили его в во дворец. Впереди ехали двадцать полицейских машин, в середине — семь чёрных, совершенно одинаковых лимузинов, в одном из которых спрятался король, сзади бронемашины и снова полицейские на мотоциклах.
Прокравшись во дворец, отдышавшись от испута, Леопольд приказал поднять над дворцом королевский флаг. Вот тогда-то народ и начал оказывать «почести». Фабрики и заводы прекратили работу, поезда, автобусы и такси приостановили движение. Страну охватила забастовка.
Леопольд подошёл к микрофону, но попытка побеседовать народом явно не удалась. В воздухе запахло порохом. На Брюссель двинулись колонны рабочих с лозунгами: «Долой Леопольда!», «На в*селицу Леопольда!»
Вот тут-то и пригодился королю наследный принц Бодуэн, На время, пока минует буря… Леопольд сделал ещё один «королевский жест». Он торжественно объявил, что «передаёт королевские полномочия» принцу Бодуэну и остаётся главой Бельгии лишь до совершеннолетия принца, всего лишь до сентября будущего года.
«На в*селицу короля!» — снова ответил народ.
Тогда на выручку опять пришла трумэновская челядь. Верноподданные Уолл-стрита поспешно организовали церемонию присяги Бодуэна в парламенте. Сойдёт, мол, и сынок Леопольда: весь в папашу!
Но торжественность церемонии была нарушена энергичными возгласами с левых скамей. Поднялся вождь трудящихся Бельгии Жульен Ляо (председатель Компартии Бельгии. — А.М.) и воскликнул: «Да здравствует республика!»
Наёмники Трумэна отомстили Жульену Ляо. Он зверски убит (застрелен через неделю после описанных событий двумя неизвестными, как потом выяснилось, монархистами. Убийцы остались безнаказанными. — А.М.). По его крови Леопольд прошагал к трону.
Тревожно в королевском дворце. Король-убийца, опасливо поглядывая на запасной выход, дрожит на престоле. Иногда он подкрадывается к окнам, и на опущенных шторах мелькает его тень. За окнами слышны новые взрывы негодовання. Ибо это тень кровавого Трумэна».