Яркий свет разрезает темноту. Лось вылетает из машины.
-Ну что, нашла? Куда светить? - слишком громко и эмоционально. Она почти жалеет, что он приехал. На секунду ей показалось, что невозможное возможно.
Она выдыхает сожаление и глупую надежду.
-Туда, на горку возле кустов. Я там сидела. Вроде.
-Вот бабы! Вроде! Ничего доверить нельзя, - ворчит парень и забирается обратно в салон. Машина урчит, чуть разворачивается, вспыхивает дальний свет, заливая пустырь. Чуть качаются ветки кустов, еле уловимый сквозь ворчание движка звук мнущейся травы. Она готова голову дать на отсечение, что слышит. Что это не плод ее воображения. Хотя, как говорила мама, голова в ее случае больше для красоты. Можно и без нее.
Вместо того, чтоб искать гильзы, она смотрит на кусты, выхваченные из черноты ночи белым светом. Как то слишком символично. Она согласна на любой знак. Только чтоб точно знать, что не сходит с ума и не выдумывает. Что он правда жив. До конца не понимая, что будет делать с этой новостью. Ей просто нужно знать. Если бы это был кто-то чужой, он бы завалил Лысого не раздумывая, ведь так? Не пожалел бы. Потому что пожалеть его мог только тот, кто знал, что Димка глупый, но безобидный. И очень добрый. Кто еще всякий раз будет спешить на помощь, зная, чем для него это закончится.
-Мил! Ты замерзла что ли? Или думаешь, гильзы сами с неба упадут? - окликает ее Лось, - говори, куда светить.
-Может и упадут, - бормочет она под нос, нехотя присаживаясь на корточки и водя бесцельно руками по траве. Глаза по прежнему шарят по кустам.
-Ну что?
-Ничего, - ворчит она, - свети!
Щелк!
Что-то твердое отлетает от земли и приземляется ей почти в руку. Она машинально сжимает пальцы. И тут же испуганно разжимает. В ладони гильза. Теплая.
Щелк! Шуршит ветка, вторая гильза приходит следом. Как там ЛОсь сказал? С неба сами упадут. Почти.
-Семен, - шепчет она, косясь назад. Хруст. Легкий, еле слышный, - спасибо.
Если гильзы теплые, то кто-то держал их в руках. Она гладит пальцем скользкую поверхность.
-Нууу? - не терпится ее спутникам.
-Нашла! Две штуки. Третьей нет, - рапортует она дрожащим голосом. Две у нее, третья у него.
-Ну и хватит, погнали, Макс второй раз звонил. Мне еще влетит за тебя.
Она медленно поднимается на ноги. Оставаться нет смысла. Тот, кто бы за кустами, ушел. Она не услышала, но почувствовала. Еще мама ее ругала: "Много ты там чувствуешь, хватит выдумывать". Но ведь гильзы кто-то бросил. Подал ей знак. Чтоб она не думала, что сошла с ума. Хотя ..
Предыдущая глава здесь ⬇️
-Давай сюда! - Лось протягивает руку, забирает трофей, - а то опять потеряешь. Чего руки такие холодные?
-Замерзла.
-Мил, у тебя такой вид, будто ты не замерзла, а призрака встретила, - замечает Димка. Надо же какие все внимательные стали. В темноте да с заднего сиденья!
-Нормальный у меня вид! Целый день на ногах, и плечо болит. Сам то выспался, - хамит она привычно, как обычно, когда не знает, что сказать. Лысый не обижается. Потягивает ей бутылку с газировкой.
-Пить не хочешь?
-Давай. Где Макс?
-В морге.
На языке крутятся нехорошие слова, но она находит в себе силы промолчать. Надо же, даже после смерти Кристина не отдает его, так и тянет к себе.
-А мы куда?
-В мотель, он сказал, там ждать. Странно да, что этот чувак Димана не пришил? Он же вроде как свидетель получился, - размышляет вслух Лось, - типа не хочет лишних жертв или что?
-Просто я хороший человек, вот так, - влезает Лысый.
-Эй, хорошие люди! - подает голос их пленник, - может, я уже пойду? Мне так то домой надо. У меня мать болеет, а батя бухает. Я все рассказал, чего знал.
-Старший сказал доставить. Живым или мертвым. Ты как предпочитаешь? - скалится Лось.
Слушать очередную перепалку двух баранов нет смысла. Если Семён каким то образом выжил, а это очень похоже на правду и пришел убить Крис, то он на чьей стороне? Или он пришел мстить?
-Я сам по себе, свой собственный! Но тебе, ослу стадному, это не понять! - голос парня слишком громкий, чтоб его игнорировать. Но он, как не странно, кажется ответил на вопрос в ее голове. Сам по себе. Сам решает, сам делает. Ни с кем не советуется. И только ему известно, кто следующий.
Становится не по себе. А если следующий Макс? Или она? За то, что выбрала не его? Почему живые люди доставляют столько проблем и переживаний?
-Мил, отгадай загадку, - толкает ее локтем Лось, - много говорил, старшим дерзил, без головы остался. Кто это?
-Майор без головы, - сипит парень с заднего сиденья.
-Чего?
-Майор, который деда сторожа завалил, а ему Седой башку отрезал за это. Весь район знает, - сообщает их новый знакомый.
-Прям весь район так и знает? И откуда, если даже милиция не в курсе? - подает голос Лысый.
-А твоя милиция знает только то, что уже никому не нужно. А против Седого идти кишка тонка. Вот и делают вид, что ничего не знают. Проще! - философски заканчивает он.
-Много ты понимаешь! - обижается Лысый, - по закону это тебе не по понятиям. Доказательства собрать надо..
-Ага! Конечно! А против своих зачем собирать? Своих прикрывать надо. А у Седого все по честному: виноват - плати! На том и держится! Не удивлюсь, что эту бабу тоже он убрать велел.
-Что то ты много знаешь для случайного прохожего, - бормочет она себе под нос.
-Чего сказала? - переспрашивает Лось.
-Холодно, говорю, печку включи.
Иногда она удивляется, как мужики мнят себя умными и крутыми, а очевидного не замечают. Почему то слова их пассажира о том, что сам Седой приговорил Крис, кажутся очень логичными. Он мог ее использовать, а теперь решил избавиться, чтоб лишнего не болтала. Тем более, что все попытки убрать Макса провалились и он начал подозревать неладное. Мог выйти через нее на Седого. Если еще не вышел. Не просто там же позвал Крис на ненастоящую сходку. Один позвал, другой пристрелил. Был человек - и одна табличка на кладбище осталась.
Но как сюда попал Семён? Неужели он на стороне Седого? Пошел против бывшего друга, мстит за то, что тот пытался его убить? Хотя, она бы тоже такое не простила, чего уж.
Макс ждёт возле морга. На лице ни одной эмоции. Лишь горка окурков под ногами намекает, что он не в лучшем настроении.
-Привез?
Лось кладет ему в ладонь гильзы и выталкивает из машины пацана. Тот молча запихивает руки в карманы и никак не реагирует.
-Здорово, братан! - Макс хмуро рассматривает гильзы, - не хилый калибр, похоже они, там голову разнесло будь здоров. Ты видел, кто стрелял?
Пацан продолжает молчать. Будто его все это не касается. Скользит взглядом по кирпичной стене и замазанному краской окну.
-Глухой что ли?
Лось сильно пинает своего пленника между лопаток.
-Отвечай, когда с тобой старший разговаривает! А то закончу то, что начали, ты меня давно достал.
-Он мне не старший!
-А кто твой старший?
-Ты же говорил, что ты сам по себе! - влезает она в разговор.
-Мила!
-Что Мила? Он все врет! Спроси его, кто Кристину твою заказал. Он считает, что Седой. И про майора , чью башку мы таскали за собой, тоже знает. Странно, да?
-Мила! Рот прикрой! - грубо обрывает он.
-Да подумаешь! - она обиженно отворачивается к машине, рассматривая свое отражение в стекле. Поправляет волосы. Свет фонаря красиво очерчивает линию скул в ночном полумраке, скрывая прыщи и синяки под глазами.
Она так увлечена своим отражением, что не замечает тёмную тень в углу. Тень, которая бесшумно отделяется от стены, вскидывает руку. Сухой щелчок. Она вздрагивает, не сразу понимая, что это было. Растерянно оглядывается. Парень, чьего имени они так и не узнали, валится спиной на асфальт. По центру лба темнеет черная метка, из которой сочится кровь тонкой струйкой.
-Ааааа! - не узнает свой голос, ставший странно высоким и визгливо срывающимся, - мамааааа!
Защитная реакция звать маму в самой непонятной ситуации у нас с детства. Она не уходит, не трансформируется. Даже если ты уже взрослый, а мамы давно нет. Она все равно тот стержень, та опора, за которую хочется ухватиться в самые страшные мгновения. Крик как оберег. За мной придет мама, я не боюсь!