В эти дни исполняется 6 лет правительству Михаила Мишустина: 16 января 2020 года Госдума одобрила его назначение премьером (383 депутата поддержали, 41 воздержался, против не проголосовал никто), а 21 января президент утвердил представленные им (в тот же день) состав и структуру правительства.
Ему выпало руководить правительством в беспрецедентных условиях распространения коронавируса и затем проведения специальной военной операции и перехода Запада от ограниченного санкционного давления к всеобъемлющей политической (то есть ведущейся всеми способами, кроме прямого военного противостояния) войне на уничтожение России.
В более широком смысле премьер Мишустин руководит правительством в условиях распада прежнего, глобализованного мира, в котором больше не действуют никакие правила вообще (а отнюдь не только пресловутое убитое в 1999 году «международное право»), а все кажущиеся естественными закономерности и причинно-следственные связи постоянно ставятся под сомнение.
В ситуации полной неопределенности, когда несколько раз исчезала, казалось бы, даже сама система координат, правительство Мишустина не только сумело сохранить стабильность и управляемость социально-экономической системы, но и обеспечило уверенное развитие страны.
Именно благодаря усилиям премьера Мишустина (и теперь, годы спустя, стратегический замысел выбравшего его кандидатуру президента В.В. Путина становится вполне очевидным и оправдавшимся) Россия стала бесспорным мировым лидером в деле цифровизации государственного управления.
Этот скучный термин означает практически полное преобразование всей его системы переводом в качественно иной, опережающий наше время платформенный формат. Это без каких бы то ни было потрясений и (что является особенностью стиля Мишустина) без какой-либо рекламной шумихи обеспечило качественный рост его эффективности и позволило не просто выстоять в длящемся с начала распространения коронавируса «идеальном шторме», но и обеспечить всестороннее развитие.
Платформенный характер госуправления так повысил эффективность использования бюджетных средств, что точечное предоставление их и разнообразных льгот позволило во многом компенсировать разрушительность либеральной финансовой политики и западных санкций.
Поразительным достижением премьера Мишустина стало создание системы ответственности членов правительства, включая даже вице-премьеров, за состояние дел в соответствующих сферах и регионах, а также жесткий контроль за поручениями.
Хаотически создававшийся в предшествующие годы набор институтов стимулирования экономического развития был упорядочен и сведен в единую систему, вся активность государства формализована в рамках национальных целей развития, стратегий, национальных проектов, государственных программ и федеральных проектов, приоритетных программ и проектов.
Премьер Мишустин создал систему гибкого и многоуровневого стратегического планирования, которая в ряде случаев обеспечивала даже усмирение зарвавшихся монополистов (так, в ходе социальной газификации задравшие было стоимость газового оборудования поставщики были быстро призваны к порядку).
О результатах правительства Мишустина лучше всего говорит сухая статистика. В головоломных и, за исключением редких передышек, катастрофических условиях ВВП за 6 лет увеличился более чем на 11%, промышленное производство – более чем на 16%, инвестиции в основной капитал – почти в 1,4 раза, реальные доходы населения – почти на треть. Доля людей с доходами ниже прожиточного минимума упала вдвое – с 12,4 до примерно 6%.
Новые условия требуют расширения используемых мер государственной политики и, в частности, ограничения финансовых спекуляций для обеспечения доступности кредита. Есть все основания полагать, что надежды, возлагаемые Россией и президентом В.В. Путиным на это самое эффективное в нынешнем тысячелетии правительство, оправдаются.