Чем знаменита альпинистка Элисон Харгривз.
В истории альпинизма есть человеческие имена — вершины. А есть другие — не менее значимые, но будто скрытые за облаками. Имя британки Элисон Харгривз из вторых. Эта женщина шла туда, куда большинство мужчин не решалось идти в одиночку, выходила на маршруты, считавшиеся смертельными, будучи беременной. И навсегда осталась в горах, оставив после себя не только рекорды.
Детство с горами
Элисон родилась в 1962 году в Дербишире, в семье далеких от экстремального спорта людей. Родители были математиками, много гуляли пешком и с ранних лет приучали дочь к долгим переходам по холмам Англии и Шотландии.
Подростком Харгривз увлеклась скалолазанием. В школе на неё обратила внимание учительница физкультуры Хиллари Коллинз, которая не просто дала доступ к веревке и карабинам, а научила работать со страхом и усталостью.
В университете Элисон никто не ждал, поэтому в 18 лет она устроилась в магазин туристического снаряжения. Там познакомилась с альпинистом Джеймсом Баллардом. Он был старше на 16 лет и быстро стал для неё входным билетом в профессиональную среду. Вместе они открыли небольшую компанию по производству горного снаряжения и уехали ближе к Альпам.
Беременность и северная стена Эйгера
В 1988 году Харгривз впервые оказалась в центре внимания британской прессы. На пятом месяце беременности она прошла северную стену Эйгера — один из самых опасных и технически сложных маршрутов в Альпах.
Врач советовал ей «просто поехать в Альпы» вместо более экстремальных планов. Но упрямая женщина не послушалась. После восхождения она признавалась, что почти не спала на биваках, ноги отекали, а каждое движение давалось тяжелее обычного. Но маршрут был пройден. Она стала первой женщиной из Великобритании, справившейся с Эйгером в таком состоянии.
Общественная реакция оказалась предсказуемой: обвинения в безответственности, разговоры о риске для ребенка, попытки вынести моральный приговор.
«Я была беременна, а не больна», — парировала Харгривз.
Соло восхождения и рекорды
После рождения детей Элисон не ушла из альпинизма. Напротив, именно в начале 1990-х она нашла свой главный формат — одиночные восхождения. В 1993 году Харгривз в одиночку за один сезон прошла шесть классических северных стен Альп: Маттерхорн, Тре-Чиме, Пти-Дрю, Пиз Бадиле, Эйгер и Гранд-Жорас. Этот маршрут до сих пор считается одним из самых сложных в альпийской практике — вне зависимости от пола и эпохи.
Её семья в это время жила рядом. Муж и дети сопровождали экспедиции, ожидали в долинах, переезжали вслед за маршрутами.
Эверест без кислорода и чужой помощи
Весной 1995 года Харгривз вышла на Эверест по маршруту Северное седло — Северо-Восточный гребень. Не было кислорода, шерпов и заранее провешенных перил.
13 мая она поднялась на вершину в одиночку. До неё подобное удавалось лишь одному человеку — Райнхольду Месснеру. Для британской прессы это был повод для триумфа.
К2 и последняя попытка
Через три месяца после Эвереста Элисон отправилась в Пакистан. К2 — вторая по высоте гора мира и первая по уровню смертности. Лето 1995 года выдалось тяжёлым: штормы, срывы, вынужденные откаты.
В дневнике она писала о сомнениях, усталости и желании вернуться к детям. Но 13 августа вместе с другими альпинистами вышла на вершину. Связь с базовым лагерем прервалась вскоре после сообщения о начале спуска. Ни один из шести человек, поднявшихся в тот день, не вернулся.
Тело Элисон так и осталось на склонах К2. Эвакуации с восьмитысячников редки и опасны, а в тот год погодное окно так и не открылось.
Семья после гор
Сын Элисон, Том Баллард, вырос и стал одним из сильнейших альпинистов своего поколения. В 2015 году он в одиночку и зимой прошел те же шесть северных стен Альп, которые его мать покорила в 1993-м. В 2019 году Том погиб на Нанга-Парбат. Ему было 30 лет.
Дочь, Кейт Баллард, тоже не ушла далеко от гор. Весной 2025 года она оказалась в опасной ситуации во Французских Альпах, когда внезапно сошла лавина. Кейт удалось спастись благодаря скоростному крылу, которое позволило уйти с траектории схода снега.
Позже она выложила видео и призналась, что в тот момент подумала о матери и брате. По её словам, чувство опасности появилось ещё до схода лавины.
«Мама присматривала за мной», — сказала потом девушка.