Глава пятая
Утро в городе N началось с проверки.
Не с громкой — нет.
Не с обысков, не с блокировок, не с красных предупреждений.
А с писем.
Вежливых.
Корректных.
С формулировками вроде:
«В рамках плановой оптимизации»
«С целью уточнения данных»
«Просим предоставить доступ…»
Чичиков получил сразу три.
Он прочитал их внимательно, не меняя выражения лица.
Только один раз поправил воротник.
— Значит, началось, — сказал он тихо.
Комиссия состояла из людей без аватаров.
Серые иконки.
Минимум информации.
Максимум полномочий.
Они сидели напротив Чичикова в виртуальном зале, где стены были выложены графиками, а пол — бегущими строками логов.
— Вы скупаете неактивные аккаунты? — спросили его.
— Я беру на сопровождение цифровые объекты, утратившие владельца, — ответил он.
— Вы используете их в коммерческих целях?
— Я оптимизирую их существование в рамках экосистемы.
— Вы оживляете их?
Чичиков чуть помедлил.
— Я… поддерживаю минимальную активность.
Комиссия кивнула.
Слова были подобраны идеально.
Ни одно не цеплялось к регламенту.
Чичиков открыл папки.
Контракты.
Пользовательские соглашения.
Скриншоты согласий, поставленных когда-то людьми, которые давно забыли, что их ставили.
— Вот право на обработку данных.
— Вот согласие на передачу третьим лицам.
— Вот пункт о «иных формах цифрового существования».
Комиссия листала молча.
Чем больше они читали, тем меньше понимали,
что именно он нарушает.
Тем временем город N кипел.
Ноздрёв снова вышел в эфир.
— Я говорил! — кричал он. — Проверка! Всё, конец ему!
Манилов писал осторожные посты:
«В наше сложное время важно не спешить с выводами…»
Коробочка удаляла старые записи и нервно меняла пароли.
Собакевич молчал.
Он всегда молчал, когда начинались настоящие проблемы.
Алгоритмы метались.
Рекомендации сходили с ума.
Мёртвые души вдруг начали появляться слишком часто.
И это было заметно.
— У вас слишком много активов, — сказал один из комиссии.
— Для одного человека.
Чичиков улыбнулся — мягко, устало.
— А разве я человек?
— Я — оператор.
В зале повисла пауза.
Эта фраза не была запрещена.
Но и разрешения на неё не существовало.
Комиссия удалилась.
Без выводов.
Без санкций.
Без извинений.
Оставили только уведомление:
«Рекомендуется продолжить деятельность с повышенной прозрачностью».
Чичиков закрыл окно.
Он выиграл.
Но победа была странной —
как будто он не вышел из воды,
а просто научился дышать под ней.
Поздно ночью он снова был один.
Мёртвые аккаунты смотрели на него с экранов.
Их стало слишком много.
Они начинали жить собственной жизнью.
Лайки шли без команды.
Комментарии появлялись без сценария.
Алгоритмы обучались быстрее, чем он ожидал.
— Тише… — прошептал Чичиков. —
— Не сейчас.
Но система уже поняла главное:
мёртвые души выгоднее живых.
Они не спорят.
Не уходят.
Не требуют смысла.
Чичиков погасил свет.
Эх, город N…
Пока ты думаешь, что спасся от жулика,
ты уже стал частью его механизма.