Поздним вечером, когда во дворе девятиэтажки на улице Вишнёвой, 20 в Саратове гаснут последние окна и всё погружается в мягкую тьму, кажется, что в таком тихом спокойном месте просто не может произойти ничего страшного.
Однако именно там 20 сентября 2019 года произошла трагедия, потрясшая весь город...
Яркая и живая
Екатерина Громова родилась в Саратове в 2000 году. Семья, в которой росла девочка и её старшая сестра, была самой обычной. По крайней мере до того момента, пока в конце 2010-х годов супруги не развелись.
Спустя какое-то время семья из трёх человек (Катя, её мать и сестра) переехала на улицу Вишнёвую. Соседи вспоминали Громовых как тихих, вежливых и приятных людей, которые были приветливы и общительны.
Что до Кати, она, как говорят, олицетворяла собой живую энергию. Она быстро сходилась с людьми, умела шутить, помогала другим и заражала окружающих своим настроением.
– Она могла за пять минут поднять весь класс на уши, — рассказывала её бывшая классная руководительница. — Собирала одноклассников вокруг себя, мирила поссорившихся. У неё был талант – чувствовать людей.
Однако, как выяснится позднее, не у всех учеников школы №76, где училась девочка, сложилось о Кате хорошее мнение. Одна из учениц на условиях анонимности описала её куда менее лестно:
– Катя была беспринципная и считала, что ей позволено всё. Она играла на чувствах, особенно мальчиков. Если ей что-то было нужно – шла напролом, не считаясь ни с кем. Её "общительность" была инструментом для манипуляции. Над теми, кто шёл против неё, она насмехалась и распускала слухи. Она только с виду была добренькой...
Возможно, эта тёмная сторона характера и стала причиной того, что в шестнадцать лет Екатерина покинула стены школы. По официальной версии – для поступления в Саратовский техникум отраслевых технологий на специальность "менеджер".
Однако, по словам её подруги, на этом настояла мать Екатерины, потому что школа девушке "опротивела". В техникуме она тоже училась без особого рвения и регулярно появлялась в списках тех, кто пропускал занятия по неуважительным причинам.
Преподаватели отмечали, что на лекциях она могла сидеть с отсутствующим взглядом, листая ленту в телефоне, а на практиках — отвечать односложно или вовсе отмалчиваться.
Тем не менее, назвать её безнадёжной студенткой было нельзя. Несмотря на частые прогулы, к сессии она, как правило, собиралась и с успехом закрывала все экзамены и зачёты.
Отзывы сокурсников о ней были такими же неоднозначными, как и её отношение к учёбе. Кто-то считал её лёгкой в общении и приятной девушкой, с которой можно посмеяться на перемене. Другие держались на расстоянии, ощущая в ней холодную отстранённость.
– На парах я видела её редко – то опоздает, то вообще не придёт. Особо ни с кем не дружила, держалась сама по себе. Было ощущение, что она считает это место и всех нас недостойными её времени и внимания. Любопытно, что когда доходило до экзаменов, Катя вдруг появлялась и спокойно всё сдавала, будто ей это ничего не стоило, – вспоминает о ней один из студентов группы.
Такое поведение породило вокруг Екатерины ауру загадочности и даже некоторой раздражённости со стороны более прилежных одногруппников, которые недоумевали: как можно пропускать полсеместра и всё равно выходить сухой из воды?
Двойная жизнь
Параллельно с учёбой Екатерина подрабатывала продавцом-консультантом в магазине одежды в одном из торговых центров Ленинского района. И здесь, вопреки всем учебным неурядицам, она раскрылась с совершенно иной стороны.
– Катя была прирождённым продавцом, даже больше – стилистом, – с нескрываемым восхищением говорит хозяйка магазина, где работала девушка. – У неё был безупречный вкус и какое-то шестое чувство. Она с первого взгляда понимала, что подойдёт клиенту. Не навязывала, а именно советовала, составляла целые образы. Продажи на её смене взлетали на 30-40%. Ответственная, пунктуальная, с клиентами – золото. Я её очень ценила и всерьёз рассматривала вопрос о назначении её управляющей, как только она получит диплом. Она справлялась блестяще.
Эта работа, судя по всему, стала для Екатерины настоящей отдушиной, где её энергия и амбиции находили позитивный выход. На заработанные деньги она могла позволить себе то, о чём многие её сверстники только мечтали – брендовые вещи, телефоны последней модели и так далее.
Екатерина гордилась тем, что может сама оплачивать свои развлечения, одежду и встречи с друзьями, не оглядываясь на родителей. А развлекаться она любила. Вечерами и по выходным Екатерину часто видели в популярных заведениях города: клубах, барах, караоке и модных кафе на набережной. Она ходила туда в компании подруг, всегда ярко одетая, уверенная в себе и притягивающая взгляды.
Подруги вспоминали, что Катя обожала атмосферу ночного Саратова — музыку, танцы, новые знакомства, ощущение свободы. Она могла танцевать до утра, а потом, почти без сна, выйти на смену в магазин или пойти на учёбу в техникум.
В личной жизни Екатерина придерживалась принципов, которые многие считали смелыми, а кто-то — легкомысленными. Постоянного парня у неё не было. Она предпочитала свободные отношения без обязательств, не желая связывать себя какими-либо рамками.
— Она любила внимание, флирт, лёгкость. Сегодня один кавалер, через неделю – другой. Говорила, что быть ничьей – значит быть свободной. И что мужчины… они тянут вниз, обременяют. Ей нравилось ощущать свою власть над ними, видеть их интерес. Но как только кто-то начинал требовать большего, говорить о чувствах – она холодно обрывала все связи. Некоторых это доводило до белого каления, — делится одна из её подруг.
Таким образом, летом 2019 года на пороге своего девятнадцатилетия Екатерина жила двойной жизнью: с одной стороны — нелюбимая учёба, которая её тяготила, с другой — работа продавцом, ночные развлечения и ощущение полной свободы.
Надпись на стене
Одним августовским вечером 2019 года Екатерина возвращалась к себе домой вместе с близкой подругой. Они смеялись, обсуждали очередную вечеринку и планы на выходные, пока не вошли в подъезд, где их глазам предстала пугающая надпись на стене:
"Катя, если не вернёшь долг 2300 рублей, то тебя найдут на мусорке в пакетах".
На мгновение в подъезде повисла гнетущая тишина. Подруга перевела взгляд на Екатерину, пытаясь понять, как та отреагирует. Затем, стараясь разрядить обстановку, она нервно усмехнулась:
— Прикол. Это что, тебе написано?
Катя даже не вздрогнула. Она лишь мельком взглянула на угрозу, скривила губы и пожала плечами.
— Да, мне, — спокойно ответила она.
Подруга опешила, но Екатерина только махнула рукой.
— Не парься. Это Женька. Он странный, но безобидный. Глупости пишет. Ничего он мне не сделает.
Тогда слова Екатерины прозвучали как попытка отмахнуться от неприятной мелочи. Подруга ей поверила. В то время ни одна из девушек не могла представить, что эта надпись станет важной деталью в будущей криминальной хронике.
Под "Женькой" Екатерина подразумевала Евгения Вербицкого, своего друга детства. Он родился в 2000 году в Саратове и на тот момент жил с родителями в соседнем подъезде той же самой девятиэтажки на улице Вишнёвой, 20. Их окна смотрели на один двор, где когда-то, ещё детьми, они вместе играли в догонялки и прятки.
Катя и Женя учились в одной 76-й школе, хоть и в параллельных классах. В младших и средних классах их связывала тесная дружба: общие компании, прогулки после школы и долгие разговоры на лавочке у подъезда. Но с приходом подросткового возраста пути школьников разошлись. У Екатерины появились новые интересы, новые друзья и ночные тусовки. Евгений же замкнулся в себе.
К старшим классам их отношения превратились в поверхностное общение — "привет-пока" во дворе и редкие разговоры ни о чём. Дружба постепенно сошла на нет, оставив после себя лишь воспоминания.
Окружающие описывали Евгения как человека сложного и закрытого. Он редко делился своими мыслями, избегал больших компаний и предпочитал держаться "волком-одиночкой", как его называли приятели.
— С виду Женя абсолютно безобидный, тихий парень, — рассказывает пенсионерка Валентина Ивановна, живущая этажом ниже. — Вежливый, "здравствуйте-до свидания". Но глаза пустые какие-то. И понять, что у него в голове, было невозможно. Иногда встречаешь его — он будто сквозь тебя смотрит.
После 9 класса, в отличие от Кати, Евгений поступил в престижную Саратовскую государственную юридическую академию. Но учёба давалась ему тяжело. Он числился среди отстающих студентов, и летом 2019 года парня едва не отчислили за неуспеваемость — его спасла лишь пересдача.
Именно в этот период его отношения с Екатериной снова обострились. Причиной, как нетрудно догадаться, стали вышеупомянутые 2300 рублей...
Последнее предупреждение
История с долгом между Екатериной Громовой и Евгением Вербицким так и осталась одной из самых мутных и противоречивых в этом деле. Даже следователи потом не смогли однозначно восстановить картину произошедшего.
Неизвестно, когда именно и при каких обстоятельствах Екатерина якобы взяла у Евгения 2300 рублей. Никто из их общих знакомых не видел этого, никто не слышал разговора, никто не присутствовал при возможной передаче наличных. Всё, что осталось, — это слова самого Вербицкого и полное отрицание со стороны Громовой.
В разговорах с друзьями Евгений утверждал, что это произошло ещё в начале лета 2019 года. По его версии, речь шла не просто о займе, а фактически о краже. Он рассказывал, что Екатерина была у него дома — в той самой квартире в соседнем подъезде — и именно там исчезли деньги.
Своё видение ситуации он изложил Екатерине в резком, эмоциональном сообщении, которое позже оказалось в материалах дела:
— Ты вытащила у меня из кошелька 2300, в моей же хате, — именно так я это вижу. Ты говорила, что мы кореша, и ещё много чего. Затем я тебя спокойно попросил вернуть долг, надеясь, что у тебя есть совесть, на что ты даже не удосужилась ответить хотя бы одним словом. Теперь я, конечно, понимаю, что ты меня в грош не ставишь.
Тон этого послания уже тогда выдавал нарастающее раздражение. Для Евгения вопрос перестал находиться в финансовой плоскости — он воспринимал случившееся как личное унижение и предательство со стороны человека, которого когда-то считал близким другом.
Однако время шло, а Екатерина продолжала игнорировать его просьбы. Она не отвечала на сообщения, не объяснялась, не пыталась закрыть конфликт — даже если долга, по её мнению, не существовало. Для Вербицкого это стало дополнительным поводом для злости.
Близкие к нему люди вспоминали, что он зациклился на этих 2300 рублях. Он говорил, что дело не в сумме, а в принципе: "Если она так со мной поступает — значит и с кем угодно сделает. Надо её проучить, чтобы неповадно было".
Екатерина рассказывала своим друзьям и знакомым совсем другую историю об этом долге. В разговоре с одной из своих подруг она заявила, что никаких 2300 "в глаза не видела".
— Женя всё это выдумал, — говорила она. — Ничего я у него не брала. В тот вечер он сам прогулял эти деньги или потерял. Может, отдал другу. А теперь валит вину на меня.
Кто говорил правду? Версия Евгения, искажённая обидой? Или версия Екатерины, для которой сумма была настолько незначительной, что она могла просто забыть о ней, а претензии старого друга счесть бредом? Следствие склоняется к тому, что истина, как это часто бывает, лежала где-то посередине.
Возможно, деньги передавались в шутку, в момент, когда оба были не совсем трезвы. Или Катя, с её лёгким отношением к чужому, действительно взяла деньги, пообещав вернуть "завтра", а потом искренне забыла. С её немаленькой зарплатой в магазине и лёгким отношением к деньгам такая версия выглядит правдоподобно.
Как бы там ни было, напряжение между ними только нарастало. К середине сентября 2019 года терпение Евгения, похоже, иссякло. 19 сентября он отправил Екатерине новое сообщение — гораздо более жёсткое и откровенно угрожающее:
— Если ты думаешь, что, живя в соседнем подъезде, можешь просто отмахнуться, то у меня для тебя плохие новости. Ты должна понимать: для меня это не копейки, и за свой поступок ответить придётся, во что бы это мне ни обошлось. Подумай о себе, своей жизни, своей семье — стоит ли это всё 2300 рублей. Я тебя прошу последний раз: верни мне эти деньги. Это последнее предупреждение.
Эти слова звучали уже не как просьба, а как ультиматум. В них можно увидеть холодную решимость парня довести дело до конца — какой бы ценой это ни обернулось.
Но Екатерина снова проигнорировала сообщение соседа. Она не ответила, не попыталась поговорить, не перевела деньги и не извинилась — просто продолжила жить своей обычной жизнью: работа, встречи с подругами и ночные развлечения.
Для общих знакомых молодых людей конфликт из-за 2300 рублей выглядел сущей мелочью. Никто не воспринимал слов Евгения всерьёз, тем более что Екатерина сама относилась к угрозам с показным равнодушием.
И действительно, кто из нас стал бы переживать из-за суммы, которую обычно оставляешь в магазине, когда идёшь за продуктами?..
В подъезде
Вечер 20 сентября 2019 года в микрорайоне 2-й Дачный ничем не отличался от других. В окнах горел свет, а детские площадки и скамейки у подъездов опустели. Ничто не предвещало кошмара.
Но для Евгения Вербицкого этот вечер был финальной точкой в безумном плане, который он вынашивал последние дни. Обида, унижение и ярость, кипевшие в юноше, достигли предела.
Примерно в 21:30 он вышел из своей квартиры в соседнем подъезде. В кармане его куртки лежал новый нож, купленный им пару дней назад. В разговоре со следователями он позже назовёт орудие "инструментом отмщения".
Войдя в третий подъезд, где жила Екатерина, он поднялся на площадку между первым и вторым этажом, притаившись там как хищник перед атакой. Ему пришлось ждать около часа.
Екатерина в тот день закончила вечернюю смену в магазине, но затем зашла к подруге, отчего и задержалась. Она вошла в подъезд и начала подниматься по знакомым ступенькам. Девушка не увидела Евгения, пока не оказалась с ним на одной площадке.
Дальнейшее нельзя описать иначе, чем сценой из фильма ужасов. По понятным причинам я не могу описать то, как всё происходило, но достаточно будет упомянуть, что позднее судмедэксперт насчитает у Екатерины... 129 травм.
Соседи потом вспомнят, что слышали лишь вскрик и приглушённый шум, но никто на площадку не вышел. Через несколько минут подъезд вновь погрузился в тишину, а Евгений, прихватив телефон Екатерины, покинул место преступления.
Вместо того чтобы скрываться или впасть в панику, Евгений спокойно прошёл около 150 метров и присел на скамейку возле школы №76. Да, той самой, куда он относительно недавно ходил вместе с Екатериной на уроки.
Сидя на лавочке, Евгений достал свой телефон и признался своим немногочисленным друзьям в страшном преступлении — в том, что лишил жизни "предательницу, которая пыталась его перехитрить".
Друзья поначалу решили, что это неудачная шутка. Никто из них просто не мог поверить, что их знакомый действительно способен на убийство. Кто-то отвечал с иронией, кто-то пытался перевести всё в шутку, кто-то просил "перестать нести чушь".
Однако тон Евгения не менялся. Он продолжал писать так, словно произошедшее было уже свершившимся фактом. Спустя некоторое время он неожиданно попрощался с собеседниками такой фразой:
— Всем удачи, я с вами прощаюсь, буду сидеть по 105-й.
Это была отсылка к статье Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей наказание за убийство. Сразу после этого Евгений свою страницу удалил.
Признание
Екатерину нашли примерно через полчаса после трагедии. Шокированные жильцы вызвали полицию и скорую помощь, но было уже слишком поздно. Прибывшие медики констатировали смерть студентки.
Пока у подъезда собиралась толпа, мигали красно-синие огни, а оперативники оцепляли место преступления, сам убийца наблюдал за разворачивающейся сценой издалека.
Он сидел на той же самой скамейке возле школы, откуда открывался вид на дом и снующих возле него правоохранителей. Он видел, как прибывали новые машины и как полицейские опрашивали прохожих, но не предпринимал никаких действий.
Примерно через час после обнаружения тела, один из патрульных, осматривавший периметр, заметил одинокую фигуру на скамейке. Подойдя ближе, он увидел молодого человека, вся одежда которого была перепачкана красно-бурыми пятнами.
На вопрос: "Что ты здесь делаешь?" Евгений ответил: "Жду, когда меня заберут. Это я сделал". Его задержание прошло без малейшего сопротивления. Он позволил надеть на себя наручники и проводить к машине, словно шёл на назначенную встречу.
В отделе он сразу же во всём сознался. Его показания звучали шокирующе прямолинейно. Парень чётко формулировал мысли и пользовался специальными терминами, которые явно почерпнул во время учёбы в юридической академии.
— Целью было именно отомстить — лишить жизни, — спокойно произнёс он на камеру.
Ещё более тревожным звучало то, как обстоятельно он описывал свои действия. Евгений без колебаний рассказывал, что подготовился к преступлению заранее и рассчитал, когда должна появиться Екатерина.
Осознание содеянного, казалось, не вызывало в нём никаких эмоций. Это отсутствие раскаяния так настораживало правоохранителей, что у многих возникло предположение о невменяемости подозреваемого.
Наказание
Однако комплексная психолого-психиатрическая экспертиза этого не подтвердила. Специалисты несколько недель изучали поведение Вербицкого до, во время и после преступления, анализировали его переписку, показания, манеру речи и эмоциональные реакции.
Эксперты пришли к заключению, что состояние аффекта в момент преступления у Евгения отсутствовало. По их мнению, его действия носили целенаправленный характер, а эмоциональное напряжение не достигло уровня, который мог бы существенно ограничить его способность осознавать характер своих действий и руководить ими.
В то же время экспертиза выявила у Вербицкого психическое расстройство. Но это было не то расстройство, которое позволяло бы признать его невменяемым или нуждающимся в принудительном лечении. Судья особо подчеркнул в своём решении, что в применении принудительных медицинских мер он не нуждается и может нести уголовную ответственность на общих основаниях.
Суд над Евгением Вербицким завершился 19 февраля 2020 года. Его признали виновным по ч. 1 ст. 105 УК РФ (Убийство), за что ему назначили наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии строгого режима с последующим ограничением свободы на один год.
Этот приговор вызвал бурную и резкую реакцию со стороны семьи Екатерины Громовой. Родственники погибшей сочли его чрезмерно мягким. По их мнению, суд не в полной мере учёл обстоятельства преступления, его жестокость и преднамеренный характер.
Мать Екатерины подала апелляцию в Саратовский областной суд. В своей жалобе она требовала переквалифицировать действия Вербицкого на часть 2 статьи 105 УК РФ — убийство при отягчающих обстоятельствах, а также дополнительно привлечь его к ответственности за кражу телефона дочери.
Сторона защиты, напротив, настаивала на том, что первоначальный приговор является справедливым, а квалификация преступления — верной.
После рассмотрения всех материалов областной суд согласился с доводами матери Екатерины. Было признано, что районный суд недостаточно полно оценил обстоятельства дела и личность подсудимого.
29 декабря 2020 года в Саратовском областном суде был оглашён новый, более строгий приговор. Евгений Вербицкий был признан виновным в совершении убийства при отягчающих обстоятельствах и приговорён к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима, а также к ограничению свободы сроком на один год после освобождения.
Такой вердикт был воспринят родственниками Екатерины как частичное восстановление справедливости, ведь никакое наказание уже не сможет вернуть им дочь...