1959 год. США. Режиссёр Ранальд МакДугалл. В ролях: Гарри Беллафонте, Ингер Стивенс, Мел Феррер
Время апокалипсиса: 1959 год
Причина апокалипсиса: химико-радиологическая война
Масштаб апокалипсиса: вся планета
По мнению Фомы Аквинского, «мир, плоть и дьявол» — три главных источника греха, «непримиримые враги души». Он утверждал это примерно 800 лет назад, но сегодня позиции христианской церкви по этому поводу не изменились. Дьявол по-прежнему не метафорический, а «реальный, злейший враг христиан, падший ангел, отец лжи». Плоть, так же как во времена Крестовых походов, — «чревоугодие и сексуальная безнравственность, наши порочные наклонности, неупорядоченные страсти». А мир — в смысле мирские соблазны, тщетная и бессмысленная суета — всё ещё ведёт ко греху, а именно к «безразличию и противодействию замыслам божьим».
Христианский фильм, продвигающий эти ветхозаветные установки и призывающий покаяться, пока не поздно, вышел ещё в 1914-м, но до наших дней не дошёл и считается утерянным. В 1959 году на студии MGM появилась одноимённая лента. К счастью, ни к Фоме Аквинскому, ни непосредственно к дьяволу или хотя бы плоти она уже не имела прямого отношения. А мир, описанный режиссёром Ранальдом МакДугаллом, был уничтожен в результате войны между неназванными противниками. Слов «коммунисты», «большевики», «русские» или каких-то ещё в этом роде в сценарии фильма не было, но в 1959 году других виновников катастрофы подобного масштаба на планете было не сыскать.
Впрочем, дело тут вообще не в этом. Выжившие после войны персонажи фильма не занимаются поисками виновных, а просто пытаются осознать произошедшее. А заодно — наладить отношения между собой. Как бы это ни было удивительно, «Мир, плоть и дьявол» — постапокалиптическая мелодрама, возможно, первая в истории.
МакДугалл настолько увлечён этим обстоятельством, что даже толком не формулирует причину апокалипсиса. Вроде бы это какие-то радиоактивные изотопы. Как они попали в атмосферу в таком количестве, кто, откуда, зачем и каким образом их туда запустил — непонятно. Ясно только, что 99,999999 % людей, животных, птиц, рыб и насекомых на планете от этих изотопов не только скоропостижно умерли, но ещё и бесследно исчезли.
В английском сериале «Выжившие» 1975 года трупы превращаются едва ли не в главную проблему для уцелевших после эпидемии британцев. Из-за миллионов разлагающихся тел Лондон, Ливерпуль и другие крупные города Великобритании становятся совершенно непригодны для жизни. Именно это вынуждает героев сериала искать пристанище подальше от мегаполисов.
Во вселенной «Мира, плоти и дьявола» всё наоборот. Главный герой фильма стремится не на природу, а в Нью-Йорк – конструктивистское царство стекла и бетона. Ведь там нет ни живых, ни мёртвых. Ни людей, ни собак, ни кошек, ни голубей, ни воробьёв, ни комаров, ни мух. Все деревья и цветы, здания и сооружения, автомобили и лодки, а также линии электропередач при этом на месте. Признаков пожаров или разрушений нет.
Горный инженер Ральф Бертон (Гарри Беллафонте), оказавшийся в этой удивительной ситуации, смог уцелеть, поскольку за несколько дней до катастрофы был заблокирован под завалом породы в шахте. Пять дней он ждал, что его вот-вот откопают, но помощь так и не пришла. Тогда Бертон выбрался сам и, поднявшись на поверхность, обнаружил, что все люди куда-то исчезли.
Всю первую половину фильма он бегает по улицам, зовёт, кричит и плачет, но никто его не слышит. Он повышает голос, жмёт на клаксоны брошенных на улицах «плимутов» и «фордов» и даже стреляет в воздух из револьвера — но опять безрезультатно.
В надежде получить хоть какую-то информацию о произошедшем он идёт на местную радиостанцию, обнаруживает там последние выпуски газет, слушает записанный эфир последней вышедшей передачи и узнаёт, что Нью-Йорк был полностью эвакуирован за несколько дней до катастрофы. Куда — неизвестно. Он пытается связаться с кем-то по радио, но на всех частотах лишь помехи. Впрочем, Бертон — парень настойчивый и с тех пор возвращается на станцию ежедневно.
А пока он занимает одну из больших квартир на Манхэттене, запасается провизией, чинит электричество и телефон и собирается просто жить дальше. Чтобы дать сценаристам повод для прямой речи и продемонстрировать зрителям свое близкое к помешательству душевное состояние, он привозит из ближайшего магазина одежды пару манекенов и следующие несколько недель ведёт с ними длинные беседы. Эта часть фильма чаще всего подвергается цитированию: самый известный случай — фильм «Я — легенда» 2007 года.
Одноимённый оригинальный роман Ричарда Мэтисона был написан в 1954-м и вполне мог послужить источником вдохновения и для МакДугалла, но официально считается, что «Мир, плоть и дьявол» основан на других литературных произведениях — романе 1901 года «Пурпурное облако» М. П. Шила и рассказе «Конец света» Фердинанда Рейера.
В том же 1959-м вышла первая серия знаменитого сериала «Сумеречная зона», герой которой также блуждает по безлюдному американскому городку и тоже заводит беседы с женщиной-манекеном. Но «Мир, плоть и дьявол» появился в кинотеатрах в апреле, а «Сумеречную зону» начали показывать лишь в октябре. Так что МакДугалла и его команду можно смело называть новаторами. Именно они первыми придумали эту леденящую кровь метафору одиночества в окружении нью-йоркских небоскрёбов. Чтобы добиться эффекта полностью пустых улиц, съёмочная группа несколько недель работала по часу в сутки — ранним утром, до того как просыпались и выходили на улицу первые горожане.
Получилось просто невероятно, особенно для 1959 года — саспенс зашкаливает. Так что когда к концу первого акта Ральф всё-таки обнаруживает ещё одного живого человека из плоти и крови, это даже немного разочаровывает. Но на второй акт у МакДугалла другие планы.
Оказывается, за Бертоном уже несколько недель наблюдает такая же одинокая молодая девушка. Она поселилась неподалёку и долго не решалась обнаружить себя. И только когда Ральф, «поссорившись» с одним из своих манекенов, выбрасывает его из окна, она бежит к упавшему на асфальт «телу» с отчаянным криком — бедная девочка решила, что это Бертон не выдержал одиночества и прыгнул.
Мужчина и женщина наконец знакомятся. И только тут выясняется, что Бертон — чёрный. Почти целый час до этого это не особенно бросалось в глаза: Беллафонте скорее мулат, да и кожа у него не такая уж тёмная — на чёрно-белой плёнке особенно. Может, просто загорелый или вроде того. Но МакДугалл специально подбирает ему в партнёрши шведку Ингер Стивенс — светлокожую и блондинистую настолько, насколько это вообще возможно, — для максимального контраста.
Потому что в этом контрасте вся соль истории. Именно поэтому она радостно не побежала к нему, как только увидела, а чуть ли не целый месяц кружила неподалёку, не решаясь подойти. Из-за расовых стереотипов. В обычной жизни такая девушка, как Ингер, даже не посмотрела бы в сторону Ральфа. В США 1950-х эти два мира почти не пересекались: у чёрных была своя музыка, своё кино, свой общепит, свои учебные заведения и даже больницы, а у белых — свои.
Ральф чувствует то же самое. Даже когда шведская красотка сама предлагает ему жить вместе, бедный афроамериканец, вышколенный десятилетиями сегрегации, отказывается и держит дистанцию.
Но целеустремлённая крошка не сдаётся. Вторая часть фильма посвящена «искушению плоти», и поэтому Ингер Стивенс делает всё, чтобы сблизиться с Беллафонте. Гарри тоже не каменный, однако внутренние запреты американского общества действуют на него даже после смерти этого самого общества. Это вообще любопытный момент – у любвеобильной шведской актрисы и американского певца были отношения за пределами съемочной площадки, но на экране об этом – ни намека. Так они и мучались, бедные, не решаясь на скандальное по меркам 1959-го межрасовое взаимодействие — до тех пор, пока не нашли третьего выжившего.
«Дьявола» тут играет Мел Феррер — единственная более-менее крупная местная звезда. В 1950-е он находился в категории A благодаря женитьбе на самой Одри Хепбёрн, роли Болконского в «Войне и мире» Кинга Видора и короля Артура в «Рыцарях круглого стола». Но в «Мире, плоти и дьявола» роль у него далеко не главная: появляется он за полчаса до финала, в кульминации.
Появление третьего превращает неловкий роман Ингер и Гарри в любовный треугольник, а лёгкое и по большей части невербализированное межрасовое напряжение — в открытый вооружённый конфликт. Раненый капитан лодки, которого два последних нью-йоркца спасают и выхаживают, быстро идёт на поправку и заявляет свои права на прекрасную шведку. И человечество, даже уменьшившись в масштабах до трёх человек, снова принимается делать то, что умеет лучше всего, — убивать.
Такой ультрамодный авангард, предвосхитивший фильмы Спайка Ли и его гарлемских последователей как минимум на сорок лет, стал возможен исключительно благодаря Гарри Беллафонте — не только популярному исполнителю и подающему надежды актёру, но и невероятно активному защитнику прав чёрных, верному соратнику и другу Мартина Лютера Кинга. Не исключено, что и само название, отсылающее к средневековым католическим догматам, — идея знаменитого проповедника. Благодаря влиянию Кинга Беллафонте и его компания спродюсировали «Мир, плоть и дьявол». И это чуть ли не первый такой случай в истории «белого» Голливуда.
Радикальнее этого лишь финал фильма, в котором чёрные и белые не убивают друг друга, а уходят в закат, держась за руки, как дружная шведская семья. В 1950-е и позднее этот момент немало критиковали — называли фальшивым, компромиссным и трусливым. Все эти критики, воспитанные на шовинистских вестернах Джона Форда, просто очень хотели увидеть кровавую разборку и сильно недооценивали красавицу Ингер Стивенс.
В реальной жизни Стивенс была куда раскованнее, чем позволяли её экранные роли: с шестнадцати лет она танцевала в бурлеске и вела личную жизнь, которая выглядела вызывающе даже на фоне голливудских скандалисток вроде Мэрилин Монро. Едва ли эту огненную шведку могла смутить идея сосуществования с двумя мужчинами одновременно.
Если принять это, финал «Мира, плоти и дьявола» оказывается не капитуляцией перед цензурой, а наоборот – сексуальной революцией, серьезной победой над ханжеством и пуританством. После химико-радиологической войны, конца общества и исчезновения человечества побеждают не ненависть и насилие, а любовь, но такая, которую Америка 1959 года была не готова даже вообразить. Апокалипсис здесь действительно отменяет всё, и в первую очередь — церковные догматы. Он утверждает: мир можно пересобрать заново только если забыть о средневековых предрассудках и перестать бояться искушений плоти. А после этого и дьявол уже не так страшен.
Удачного просмотра.
#мирплотьидьявол #постапокалипсис #кино1950х #классическоекино #американскоекино #холоднаявойна #расизмвсша #сегрегация #гаррибеллафонте #историякино #социальнаядрама #постапокалиптическоекино #киноирелигия #одиночество #киноразбор #мартинлютеркинг