Осенняя веранда
Осень вступала в свои права. Гроздья рябины осыпали веранду красными ягодами, а пожелтевшие листья тихо кружились в воздухе. Алевтина сидела за столом, любуясь этим тихим зрелищем. Она понимала: скоро придут холода, и природа утратит свою прощальную красоту. Хотелось задержать этот миг — пока ещё тепло, пока не наступили туманы и слякоть.
Алевтина и её муж Василий жили в небольшом доме в провинциальном городке. Дом был построен в стиле казачьих усадеб начала XX века: на первом этаже — хозяйственные помещения, на втором — жилые комнаты. К входу вела резная лесенка, завершавшаяся уютной террасой. Супруги приобрели его почти 20 лет назад, сразу после свадьбы, и с тех пор жили душа в душу.
Василий, мастер на все руки, сам обновил перила и покрасил их. Он отвергал любые предложения заменить старинную резьбу на что‑то современное: ему нравилась подлинность этого места.
Субботник и незваная гостья
Алевтина поднялась со стула. Пора было браться за уборку: веранда за лето покрылась пылью, в щелях скопился мусор, а в углу даже поселились осы. Она взяла веник, перчатки, швабру и ведро с тряпками.
Женщина методично наводила порядок: подмела пол, вычистила крышу, протёрла перила и наличники, вымыла окна. Осиное гнездо решила не трогать — пусть доживут до зимовки, а потом можно будет убрать без риска быть ужаленной.
Она как раз стелила свежую скатерть, когда услышала стук в стекло. На ступеньках стояла незнакомая девушка в зелёном плаще. Худая брюнетка с хвостиком, в белой рубашке и сапожках на каблуке, с яркими стрелками на глазах и длинными ногтями дикого цвета.
— Вы к кому? — спросила Алевтина.
— К вам, — ответила та.
— И что вам нужно?
— Соберите чемодан и съезжайте отсюда, — без обиняков заявила девушка. — Ваш муж меня любит, а вас давно разлюбил. Вчера он дал понять, что хочет избавиться от всего старья.
Алевтина вскипела:
— Никто не смеет приходить в мой дом и указывать, что делать. Мой муж верен мне уже двадцать лет, и вчера он был дома весь день. Убирайтесь, пока тряпкой не получила по лицу!
Незнакомка попятилась, угрожая заявлением в полицию. Алевтина шагнула вперёд, сжимая тряпку. В этот момент открылась дверь, и на веранду вышел Василий.
— Что за шум, а драки нет? — спросил он.
— Сейчас будет, не переживай, — бросила Алевтина, не оборачиваясь.
Девушка вдруг воскликнула:
— Вова, ты здесь? Скажи ей правду! Кто старая клуша? Кто?..
Не договорив, она вскрикнула: тряпка просвистела мимо, но сбила осиное гнездо прямо ей в карман плаща. Осы взметнулись в воздух. Девушка завизжала, пытаясь вытряхнуть насекомых, и, размахивая руками, скатилась по ступенькам. У калитки сбросила облепленный осами плащ и скрылась за поворотом.
— Поделом тебе, паршивка! — крикнула ей вслед Алевтина.
— Что это было? — недоумённо спросил Василий.
— Думаю, этот вопрос стоит задать твоему братцу, — ответила Алевтина. — Она же тебя Вовой назвала.
Василий вздохнул:
— Вова, Вова, что ж ты опять натворил…
Владимир и его проблемы
Чуть больше трёх месяцев назад Владимир сидел за рулём, погружённый в мысли. Бизнес шёл на спад: конкуренты теснили, кредиты давили, а гражданская жена Вера постоянно ворчала.
Он открыл станцию техобслуживания десять лет назад. Сначала работал один, потом нанял механиков. Район был его — других мастерских не было. Но со временем появились конкуренты, а затем и крупный автосервис с магазином и мойкой буквально через улицу. Клиенты уходили туда — быстрее и дешевле.
Пришлось увольнять работников, самому лезть под капот редких машин. Дохода едва хватало на аренду и скромную жизнь. Владимир часто ночевал у брата Василия: там было спокойно.
С Верой они жили 13 лет, но так и не поженились. Теперь он жалел, что не купил отдельное жильё, пока мог себе это позволить.
В тот день, отмывая птичий помёт с лобового стекла, Владимир услышал голос:
— Разве на станции машины моют, а не ремонтируют?
Перед ним стояла та самая девушка — Лена. Её машина заглохла неподалёку. Владимир согласился помочь.
После осмотра он сказал:
— Поломка устранимая, но чтобы к ней подобраться, нужно снимать коробку передач. День работы.
— Ура! — обрадовалась Лена. — Сделайте поскорее, я заплачу сколько нужно.
Владимир взялся за дело. Попутно решал мелкие проблемы других клиентов, ругался с Верой по телефону. К вечеру машина была готова.
— У вас машина с интерфейсом полностью на японском, — заметил он, возвращая ключи.
— Брат занимается поиском машин на Дальнем Востоке, — пояснила Лена. — Эту искал специально для меня.
Она протянула деньги, предложила подвезти — Владимир согласился. По пути она заехала за братом Леонидом. Тот окинул дом Василия странным взглядом, сделал несколько фото на телефон.
План Леонида
Леонид был кладоискателем. Он мечтал найти настоящий клад, но пока находил лишь мелочи: каски, подсвечники, ржавые монеты.
Однажды он перегонял внедорожник для клиента, но попал в аварию. Машина пострадала, а клиент — влиятельный человек — потребовал вернуть деньги или предоставить новый автомобиль. Леонид оказался на грани банкротства.
Лена приехала в город, чтобы отдохнуть, но вместо этого столкнулась с проблемами брата. Они искали выход: кредит под залог жилья взять было не на что, продавать почти нечего.
Тогда Леонид вспомнил легенду о сундуке немецкого офицера, утопленном в колодце у северной окраины станицы. Он изучил архивы, старые карты и пришёл к выводу: колодец находится на участке дома Василия.
— Нужно развести этого олуха с женой, — предложил Леонид. — Тогда он женится на тебе, а там и клад, и дом, и бизнес нам достанется в придачу.
Лена сомневалась, но постепенно идея показалась ей заманчивой.
Предложение и последствия
Лена предложила Владимиру работу — перегонять машины с Дальнего Востока. Он согласился: это давало шанс вырваться из рутины, увидеть страну, заработать.
— Ты со мной поужинаешь? И давай на «ты», — сказал Владимир после успешного рейса.
Лена улыбнулась.
Вскоре Владимир остался ночевать у брата. Алевтина заметила:
— Верь написала, что ты у нас. Может, хватит уже бегать? Семейная жизнь на то и семейная, чтобы семьёй жить.
Владимир задумался.
Клад
Через полгода Алевтина радостно объявила:
— Вась, в субботу идём в ресторан! Женится!
— Что, женятся? — отозвался Василий из ямы для фундамента.
— Ага! Ой, а платье‑то у меня подходящее есть? — забеспокоилась Алевтина и скрылась в доме.
Владимир и Вера помирились. Он покаялся перед женой, она — перед ним. Пара решила начать с чистого листа.
Леонид и Лена исчезли из их жизни. Мастерская Владимира пришла в упадок: пропали инструменты, появились недовольные клиенты. В итоге он продал бизнес, закрыл кредит, купил недорогую машину и устроился токарем на завод. Жизнь стала проще.
Тем временем Василий копал яму под баню и наткнулся на что‑то деревянное. Это оказался старый колодец. Братья взялись его расчищать.
К вечеру они вытащили из шахты проржавевшую цепь и дырявое ведро. Из него выпал чёрный резной оловянный ящик с гравировкой «Клаус Рихтер».
Внутри лежали золотые и серебряные монеты, наградные медали, карманные часы с драгоценными камнями и кинжал с эмблемой орла на рукояти.
— Это что же мы, выходит, клад нашли? — прошептал Владимир.
— Так его теперь в полицию нужно нести по закону, — вспомнила Вера.
— Друзья, друзья, — поднял руки Василий. — В музей и полицию мы его отнести всегда успеем. Но тогда в эту удивительную историю никогда не поверят наши внуки.
Все переглянулись. Никому не хотелось расставаться с находкой. Ведь не каждый день выпадает такой шанс — прикоснуться к легенде.
Размышления у колодца
Тишина опустилась на двор. Только изредка с рябины падала одинокая ягода, глухо ударяясь о землю. Все стояли вокруг ящика, не решаясь дотронуться. Золото тускло поблескивало в последних лучах солнца.
— А может, и не стоит никуда заявлять? — нарушил молчание Василий. — Вдруг это просто старая семейная реликвия какого‑нибудь зажиточного казака?
— Или вовсе фальшивка, — добавил Владимир, но взгляд его говорил обратное.
Вера покачала головой:
— Вы что, с ума сошли? Это же история! Такие вещи должны быть в музее.
— Да, но… — Алевтина замялась. — Мы же нашли. Разве нам совсем ничего не положено?
Споры затянулись до вечера. Каждый видел в находке что‑то своё: Василий — приключение, Владимир — шанс исправить ошибки, Вера — долг перед обществом, Алевтина — возможность обновить дом.
Наконец Василий предложил:
— Давайте так: завтра идём в полицию, сдаём клад. Но просим, чтобы при распределении доли учли нас как нашедших. Если откажут — значит, судьба.
Все неохотно согласились.
Неожиданный поворот
На следующий день в отделении полиции их встретил усталый следователь с седыми висками. Он внимательно осмотрел ящик, записал показания, а потом, откинувшись на стуле, спросил:
— Вы уверены, что хотите это официально оформлять?
— А что не так? — насторожился Владимир.
— Дело в том, что по документам этот участок ещё в 1920‑х принадлежал семье Рихтеров. Немецким переселенцам. После революции они уехали, но имущество не успели вывезти. Если подтвердится, что это их вещи, наследники могут предъявить права.
— Какие наследники? — воскликнула Вера. — Прошло сто лет!
— Закон есть закон, — развёл руками следователь. — Но если вы откажетесь от претензий, я могу передать находку в краеведческий музей как анонимный дар. Тогда вам выпишут благодарность и небольшую премию.
Братья переглянулись. Вариант казался разумным: и совесть чиста, и лишние хлопоты ни к чему.
Возвращение к жизни
Через месяц в местной газете появилась заметка: «Жители станицы передали в музей уникальный клад начала XX века. Среди экспонатов — монеты, награды и предметы быта немецких колонистов». К статье прилагалась фотография братьев у витрины.
Премия оказалась скромной, но её хватило на новое крыльцо для дома и комплект инструментов для мастерской. Алевтина, правда, всё ворчала:
— Могли бы и побольше дать за такой раритет!
— Зато теперь у нас есть история, которую внукам рассказывать будем, — улыбался Василий.
Владимир и Вера действительно наладили отношения. Он устроился механиком на автобазу, где платили стабильно, а она нашла работу в библиотеке. По вечерам они пили чай на той самой веранде, где когда‑то разыгралась сцена с Леной.
— Знаешь, — как‑то сказала Вера, глядя на рябину, — может, тот клад и не принёс бы нам счастья.
— Почему? — удивился Владимир.
— Потому что мы бы опять начали делить. А так… — она кивнула на их сплетённые пальцы. — Всё по‑честному.
Эпилог
Осень снова пришла в станицу. Гроздья рябины пылали, как и прежде, а листья кружились в медленном танце. Алевтина сидела на веранде, разливая чай по чашкам. Василий возился с велосипедом, напевая что‑то себе под нос.
— Опять гнездо ос свили под крышей, — заметила Алевтина.
— Уберу завтра, — отозвался Василий. — А пока пусть живут. Всё равно скоро холода.
Она улыбнулась. В этом «завтра» было столько привычного, надёжного, своего. Того, что не купишь ни за какие клады.
А где‑то далеко, в поезде, мчащем на север, Лена листала карту. Рядом дремал Леонид.
— Думаешь, они сдали клад? — спросил он, не открывая глаз.
— Конечно, — хмыкнула она. — Такие люди иначе не умеют.
— Значит, ищем дальше.
Поезд нырнул в тоннель, и их силуэты растворились в темноте.