В начале шестидесятых, когда Америка ещё не отошла от шока «Спутника», в штабах ВВС США царила атмосфера «любая идея лучше, чем ничего». Страх был простым и понятным: советские ракеты уже летят, а мы ещё не успеваем ответить. И вот в этот нервный воздух кто-то из офицеров бросил на стол предложение, от которого даже видавшие виды аналитики RAND Corporation на миг потеряли дар речи.
Идея была до гениальности проста и до безумия абсурдна. Разместить вдоль экватора тысячу двигателей первой ступени ракет Atlas — огромный прямоугольный массив, все сопла направлены в одну сторону, против вращения Земли. Как только радары зафиксируют запуск советских МБР, дать команду на одновременный старт. Планета на долю секунды замедлит вращение, и вражеские боеголовки, летящие по траекториям, рассчитанным для привычной Земли, просто просвистят мимо целей.
Документ попал к Дэниелу Эллсбергу — будущему разоблачителю «Пентагоновских бумаг». Он перечитал его дважды, решив сначала, что это розыгрыш. Но подписи были настоящими, печати стояли на месте. Эллсберг показал бумагу физикам. Те посмеялись, потом посерьёзнели и сказали примерно следующее: даже если собрать все ракеты мира, их тяги не хватит и на тысячную долю нужного импульса. А если бы хватило — Земля не остановилась бы. Она просто раскололась бы, как стеклянный шар, по которому ударили кувалдой.
Океаны хлынули бы через континенты со скоростью звука. Атмосфера, не успев затормозить, превратилась бы в глобальный ураган. День и ночь застыли бы навсегда: одна половина планеты жарилась бы под вечным солнцем, другая погрузилась бы в вечный мороз.
В итоге предложение тихо легло в папку «отклонено по причине физической невозможности и вероятного конца света». Никакого «Project Retro» с бюджетом, лабораториями и сроками не существовало — только эта одинокая записка, след от мысли, которую кто-то осмелился записать.
И всё-таки она осталась в истории. Как зеркало той эпохи: когда страх был так велик, что люди готовы были всерьёз обсуждать, стоит ли спасать страну ценой самой планеты. К счастью, здравый смысл и законы физики оказались сильнее паранойи.