История OLED от LG Display. Технология W-OLED четырёх поколений в подробностях
Вступление
За почти два десятилетия, занимаясь тестированием и сравнительным анализом дисплеев, я успел увидеть почти все этапы эволюции настольных мониторов. Сначала это были массивные ЭЛТ с характерным мерцанием и для тех лет очень глубоким уровнем чёрного в тёмной комнате. Потом — первые жидкокристаллические (ЖК/LCD) панели: узкий цветовой охват, слабые углы обзора (низкая стабильность картинки), невысокое разрешение, но при этом плоский корпус и отсутствие «гудящего трансформатора за спиной», как у ЭЛТ.
ЖК-дисплеи, как бы они ни совершенствовались, остаются, по сути, экранами с подсветкой. Свет рождается в отдельном блоке подсветки — раньше это были лампы, потом светодиоды, сейчас мини-светодиоды. Свет проходит сквозь набор поляризаторов, светорассеивающих и оптических плёнок, через жидкокристаллический слой и цветные фильтры. Пиксель в такой схеме не светится сам по себе, он лишь больше или меньше «приоткрывает заслонку» для чужого света. Поэтому добиться идеального чёрного здесь принципиально сложно: подсветка расположена за всей матрицей, и полностью избавиться от паразитной засветки не получается, даже с очень сложным локальным затемнением с огромным количеством выделенных отдельных зон.
На этом фоне идея органических светодиодов выглядела ответом на давнюю мечту индустрии: каждый пиксель — самостоятельный источник света, и если нужен чёрный, его просто не включают. Первые лабораторные образцы OLED-панелей появились ещё в конце 1980-х, затем последовали маленькие монохромные экраны для плееров и приборов, позже — цветные активные матрицы в мобильных телефонах. Именно смартфоны стали первой площадкой, на которой преимущества органических светодиодов проявились в полной мере: высочайший контраст, яркие цвета, отсутствие шлейфов, возможность делать гибкие и изогнутые экраны.
Но перенести эту концепцию на диагонали 55–65+ дюймов для телевизоров и тем более затем сделать специализированные панели под настольные мониторы оказалось задачей совершенно другого масштаба. Нужно было не просто перенести идею активной матрицы OLED с маленьких экранов на большие диагонали, а сделать это с такой архитектурой, которая выдержит все невзгоды постоянно работающего крупного экрана.
Главной проблемой, как вы догадываетесь, оказалась долговечность и стабильность органических материалов, особенно синих. При увеличении площади и яркости растут токи, а вместе с ними ускоряется деградация. Прямой RGB-OLED с отдельными красным, зелёным и синим эмиссионными слоями на больших диагоналях оказался слишком чувствителен к этим эффектам: официальный массовый запуск таких панелей под телевизоры выглядел очень рискованным.
В этот момент появляется то, что сегодня мы называем W-OLED в интерпретации LG Display. Компания делает ставку на другой подход: формируется единый эмиссионный (светоизлучающий) «пирог», который светит белым, а нужные цвета формируются с помощью цветных фильтров. Субпиксели R, G, B получают свет через свои фильтры, а белый субпиксель остаётся без фильтра и берёт на себя основной вклад в яркость. С точки зрения производства это опирается на уже отработанные технологии цветных фильтров для LCD и упрощает технологию. А с точки зрения ресурса и эффективности появляется возможность разгрузить цветные составляющие и перенести часть нагрузки на белый канал.
Именно этот выбор сделал W-OLED жизнеспособным фундаментом для больших экранов. На базе белого эмиссионного слоя с цветофильтрами LG Display смогла построить коммерчески успешные 55-дюймовые телевизоры, затем массовые 4K-модели с ещё большими диагоналями, а дальше — перейти к специализированным (как правило, игровым) панелям для настольных мониторов. Всё, что мы сегодня называем W-OLED-мониторами, выросло из этого телевизионного задела: без первых RWBG-панелей для Smart TV, без накопленного опыта по ресурсу и компенсации деградации и без поэтапной модернизации эмиссионных слоёв и оптики никакого рыночного сегмента W-OLED-мониторов в текущем виде просто бы не было.
Как LG пришла к W-OLED: наследие Kodak и выбор архитектуры
Корни архитектуры W-OLED LG Display уходят в разработки хорошо известной компании Kodak. В конце 2000-х LG сначала получает доступ к технологической базе по лицензии, а затем выкупает у Kodak весь OLED-бизнес вместе с портфелем патентов. Это принципиальный момент: в распоряжении LG оказываются как материалы, так и технологические решения для так называемой W-OLED-CF-архитектуры (полное название) — белые OLED-элементы в сочетании с цветными фильтрами (CF — Color Filter).
Повторим суть подхода: вместо того чтобы строить три независимых эмиссионных слоя под красный, зелёный и синий цвета, формируется один многослойный органический элемент, который светит «белым», то есть достаточно широким спектром. Сверху накладывается стекло с цветными фильтрами: часть субпикселей закрывают фильтрами R, G, B, ещё одному субпикселю фильтр не ставят, оставляя его белым. Именно этот белый канал играет роль «рабочей лошади» по яркости, что позволяет в случае необходимости легче добрать верхние уровни яркости, не перегружая цветные каналы.
Производственно это решение оказалось более гибким. Цветные фильтры и сама логика формирования субпикселей были хорошо знакомы индустрии ЖК-панелей, а значит, их можно было быстро и легко перенести в новую технологию.
Вторым важным решением стало использование подложки с матрицей тонкоплёночных транзисторов на оксидной основе (IGZO). По сути, речь идёт о сетке микроскопических транзисторов, которая лежит на стекле и управляет током через каждый субпиксель. Именно эта управляющая матрица задаёт, сколько тока подать на каждый участок эмиссионного слоя, и тем самым определяет яркость пикселя. Оксидные транзисторы здесь важны тем, что при большой диагонали и высоком разрешении нужно одновременно удерживать хорошую подвижность носителей и стабильность параметров, а IGZO даёт разумный компромисс.
Таким образом, к началу 2010-х у LG Display уже есть три ключевых строительных блока будущего W-OLED: белый многослойный эмиссионный элемент, цветные фильтры для формирования RWBG-структуры и транзисторная подложка на основе оксидных TFT-элементов, позволяющая управлять каждым субпикселем с нужной точностью.
Базовая конструкция W-OLED первого поколения в телевизорах
Если мысленно разложить типичную телевизионную W-OLED-панель первого поколения по слоям сверху вниз, картина выглядит так.
На самом «дне» — стеклянная подложка с матрицей тонкоплёночных транзисторов. Каждый пиксель здесь состоит из четырёх элементов — будущих субпикселей RWBG-подобной структуры. У каждого есть свои управляющие транзисторы и миниатюрные конденсаторы, которые стабилизируют напряжение во время кадра. Эта транзисторная матрица отвечает за то, какой ток пойдёт через каждый участок эмиссионного слоя, а значит, какую яркость дадут пиксели.
Выше расположен выравнивающий слой и аноды. Далее начинается основной «органический пирог» — комбинация транспортных, эмиссионных и блокирующих слоёв, которая в сумме даёт белый свет. В материалах LG такой эмиссионный элемент описывается как комбинация «синих» и «жёлтоватых» компонентов, суммарный спектр которых воспринимается как белый. Важно, что эта структура одинакова для всех четырёх субпикселей в рамках пикселя.
После эмиссионного стека идёт стекло с цветными фильтрами. Это уже хорошо знакомая по LCD технология: для трёх субпикселей наносится фильтр красного, зелёного и синего цвета, а четвёртый остаётся прозрачным. Белый субпиксель чаще всего делают чуть крупнее соседних, чтобы максимизировать световой поток. В макросъёмке RWBG-матриц LG это видно очень хорошо: белый элемент заметно выделяется по площади.
Поверх этого «бутерброда» находятся барьерные слои, которые защищают органику от влаги и кислорода, и верхний поляризатор вместе с оптическими плёнками, формирующими нужные характеристики по углам обзора и отражениям.
У такой архитектуры есть два фундаментальных последствия. Первое — возможность часть световой нагрузки при высокой яркости переложить на белый субпиксель, тем самым снизив ток через цветные каналы и увеличить ресурс. Второе — склонность к определённым артефактам на высокой яркости: при агрессивном использовании белого канала насыщенные цвета могут выглядеть несколько менее насыщенными, чем хотелось бы, потому что в сумме спектр смещается в сторону белого.
Второе поколение: OLED.EX и переход на деутерий
Следующий этап эволюции W-OLED LG Display связал с поколением, обозначаемым как OLED.EX. С инженерной точки зрения речь идёт прежде всего о смене органики в эмиссионном слое и развитии алгоритмов управления.
Ключевая идея заключается в том, чтобы заменить часть атомов водорода в органических соединениях на деутерий — более тяжёлый изотоп. За счёт этого связи в молекулах становятся стабильнее, они менее подвержены разрушению при тех токах и температурах, которые имеют место в ярко работающем OLED-пикселе. Для панели это означает возможность работать на повышенных токах без столь же резкого ускорения деградации, как в прежних составах.
LG оценивает эффект примерно в 30% прироста пиковой яркости по сравнению с предыдущими W-OLED-панелями при сопоставимом ресурсе. В реальной практике, к сожалению, так не случается, но даёт «OLED-конструктору» дополнительный «запас прочности»: можно чуть агрессивнее настроить яркость для HDR, не подвергая панель чрезмерному риску.
Второй компонент OLED.EX — алгоритмический. В архитектуру управления вводятся процедуры, которые отслеживают особенности использования панели: насколько часто и долго светят те или иные участки экрана, какие уровни яркости преобладают, как распределяется нагрузка по площади. На основе этой информации формируются коррекции, которые выравнивают яркость и цвет в разных зонах, компенсируя неравномерную деградацию органических слоёв.
Важно, что при этом базовая конструкция RWBG сохраняется, как и транзисторная подложка на основе IGZO. Меняется химия эмиссионного слоя и усложняется логика управления, но принцип «белый свет + цветные фильтры + белый субпиксель для яркости» остаётся прежним. Это второе поколение становится новым стандартом для телевизоров и попутно создаёт фундамент для будущих настольных панелей.
Третье поколение: META и микролинзовый массив MLA
Третье поколение W-OLED в телевизорах носит название META и добавляет к уже обновлённой органике новый оптический уровень. Основная проблема, которую здесь решают, — потери света внутри многослойной структуры, прежде чем он выйдет из панели к зрителю.
В классической конструкции часть света, рождающегося в эмиссионных слоях, уходит «не туда»: отражается на границах материалов, запирается в стекле или в слоях поляризатора и рассеивающих плёнок. Микролинзовый массив (Micro Lens Array, MLA) — это попытка вернуть значительную долю этого света обратно.
По сути, над пиксельной структурой формируется массив микролинз — микроскопических выпуклых элементов, которые переориентируют лучи, ушедшие на внутреннее отражение, в сторону наблюдателя. За счёт этого эффективная яркость панели возрастает без необходимости столь же сильно увеличивать ток через органику, тем самым сохраняя изначальную нагрузку. В материалах LG и независимых обзорах фигурируют цифры порядка нескольких десятков процентов выигрыша по яркости и заметное улучшение углов обзора. И если первое утверждение мы можем подтвердить и своими тестами, то ко второму у нас есть некоторые вопросы…
Дополняет оптическую часть алгоритм META Booster. Он работает уже на уровне обработки изображения: анализирует HDR-контент, перераспределяет яркость по сцене, старается подчеркнуть локальные акценты — блики, отражения, мелкие детали — в пределах того энергетического «бюджета», который даёт микролинзовый массив и обновлённая органическая база от второго поколения — OLED.EX.
Для архитектуры W-OLED это важный сдвиг. Если раньше основной резерв заключался в улучшении самих органических материалов и схем управления, то теперь существенная доля выигрыша приходит из оптики: панель учится более эффективно «вытаскивать» наружу то, что уже умеет излучать эмиссионный слой.
Четвёртое поколение: Primary RGB Tandem
Четвёртое поколение OLED-панелей LG Display, представленное в 2025 году, меняет уже не только материалы и оптику, но и сам принцип организации эмиссионного слоя.
Вместо прежней трёхслойной конструкции, где два слоя приходились на синюю эмиссию, а один комбинированный слой отвечал за красную, зелёную и жёлтую составляющие спектра, вводится четырёхслойная структура Primary RGB Tandem. В ней синяя часть представлена двумя слоями, а красная и зелёная получают собственные отдельные слои.
Такое разделение даёт несколько эффектов. Можно более точно управлять вкладом каждого из основных цветов в итоговый белый и цветной свет, лучше контролировать деградацию и равномерность по площади, а также существенно поднять как общую, так и цветовую яркость. По заявленным параметрам телевизионные панели W-OLED четвёртого поколения достигают до 4000 нит пиковой яркости на небольших участках заполнения и примерно на сорок процентов увеличивают пик цветовой яркости по сравнению с предыдущими поколениями — попытка сравняться с актуальными QD-OLED панелями от конкурента.
При этом важный нюанс: столь высокие значения достигаются без использования микролинзового массива (MLA/MLA+). Это говорит о том, что сам эмиссионный стек стал заметно эффективнее, а оптические потери внутри панели удалось снизить на уровне конструктивных решений.
Для настольных мониторов появление Primary RGB Tandem открывает простор для важных событий на рынке. С одной стороны, появляется возможность делать панели с действительно высокой устойчивой HDR-яркостью и частотами в диапазоне 500–540 Гц при разумном энергопотреблении. С другой — появляется резерв для более аккуратной работы с белым каналом и субпиксельной структурой, вплоть до вариаций с уменьшенной ролью белого субпикселя или его отсутствием в профессиональных моделях — крайне актуально после исчезновения с рынка Japan OLED (J-OLED) со своими полноценными RGB-OLED.
LG Display прямо указывает, что такая организация обеспечивает:
- рост пиковой яркости до 4000 нит (примерно на 33% выше по сравнению с предыдущим поколением);
- увеличение цветовой яркости до 2100 нит (порядка +40%);
- снижение энергопотребления примерно на 20% за счёт более эффективного стека и модернизированной системы питания панели.
С архитектурной точки зрения это уже переход к формату, близкому к полноценной RGB-тандем-структуре. Разделение ранее совместного слоя на независимые R и G позволяет точнее управлять балансом цвета и яркости в насыщенных участках, а два синих стека — комбинировать, добиваясь тем самым компромисса между стабильностью (надёжностью) и эффективностью (яркостью).
Временная шкала развития W-OLED в телевизорах
Если собрать ключевые точки развития W-OLED в телевизорах LG Display в одну линию, картина получится примерно такой:
В 2012–2013 годах выходят первые 55-дюймовые OLED-телевизоры LG на основе RWBG-панелей. Сначала это Full HD модели, затем — 4K. Уже на этом этапе используются белые эмиссионные слои, цветные фильтры и транзисторная подложка на оксидной основе.
К 2016 году W-OLED закрепляется как основа для флагманских 4K HDR-линеек LG: появляется поддержка HDR10 и Dolby Vision, развивается платформа webOS, снижается задержка вывода, добавляются игровые функции вроде ALLM и возникает поддержка VRR (G-Sync Compatible и открытые протоколы AMD FreeSync и Adaptive-Sync).
В 2021–2022 годах панели поколения OLED.EX с деутерированными материалами полностью вытесняют предыдущие составы в телевизионном портфеле LG Display, обеспечивая больший запас по яркости и ресурсу.
С 2023 года верхний сегмент телевизоров переходит на панели с META и микролинзовым массивом, а в 2024-м появляется META 2.0 с доработанным массивом и алгоритмами.
Наконец, в 2025 году представлено четвёртое поколение OLED с архитектурой Primary RGB Tandem, которое изначально ориентировано как на крупные телевизоры, так и на высокочастотные мониторные панели.
На этом фундаменте и будет строиться дальнейшее развитие W-OLED в настольном сегменте.
Почему мониторы появились так поздно
Учитывая «пиршество» W-OLED в ТВ-сегменте на протяжении десятка лет, возникает естественный вопрос: если телевизионные W-OLED существуют так давно, почему первые специализированные мониторы появились лишь в 2022 году?
Основных причин несколько. Первая — геометрия производства. Линии для W-OLED у LG изначально нацелены на крупные стеклянные подложки, которые оптимизированы под раскрой на 55–77-дюймовые панели. Резать из них 27–32-дюймовые матрицы экономически невыгодно: растут потери площади и падает выход годных изделий.
Вторая — сценарий использования. Телевизор работает в основном с динамичным контентом: фильмы, сериалы, трансляции, игры с консоли. Статичных элементов, которые часами стоят на одном и том же месте, меньше, чем в интерфейсе Windows или профессиональных приложениях. Монитор же должен выдерживать ежедневную многочасовую работу с панелью задач, строками меню, окнами, таблицами. Это куда более тяжёлый режим для органики, а значит, требования к алгоритмам защиты от выгорания и к устойчивой яркости там гораздо жёстче.
Третья причина — рынок сбыта. До определённого момента массовый покупатель монитора был вполне удовлетворён сочетанием IPS/VA, высокой частоты, приемлемой цветопередачи и относительно невысокой цены. Делать дорогой OLED-монитор, рискуя ресурсом и получая очень нишевый продукт, имело смысл только после того, как технология хорошо отработается на телевизорах и когда одновременно появится запрос на качественно новую картинку в настольном сегменте.
Именно поэтому между первыми W-OLED-телевизорами и первыми настольными W-OLED-мониторами лежит почти десятилетие практики, накопления статистики по ресурсу и последовательного повышения эффективности и яркости панелей.
Четыре волны W-OLED-мониторов
Официальной «генеалогии» для мониторных панелей LG не публикует, но по датам выхода и набору характеристик мы легко можем выделить четыре волны, каждая из которых опирается на соответствующее ТВ-поколение W-OLED.
Первая волна (конец 2022-2023): 27″ WQHD и 45″ UWQHD 240 Гц
Первая волна связана с появлением 27- и 45-дюймовых игровых мониторов формата WQHD и UWQHD, работающих на частоте 240 Гц. Эти панели опираются на телевизионные наработки уровня OLED.EX: белый эмиссионный слой с деутерированными материалами, транзисторная подложка на основе оксидных транзисторов и RWBG-структура субпикселей.
Конкретно для настольных задач здесь появляются свои особенности. Для 27-дюймовой WQHD-панели плотность пикселей около 110 ppi, и способ компоновки субпикселей оказывается заметен глазом: порядок и размер RWBG-элементов не полностью совпадает с ожиданиями алгоритмов сглаживания шрифтов в актуальных операционных системах. В результате текст на некоторых сочетаниях масштаба и шрифта выглядит чуть мягче, а на контрастных границах может появляться лёгкая цветная кайма.
Физические свойства оптической поверхности тоже адаптируется под настольный формат использования: вместо полуглянцевых и глянцевых поверхностей, привычных по W-OLED-телевизорам, производитель выбирает довольно агрессивное матовое покрытие, чтобы снизить видимость отражений. Побочный эффект — небольшое снижение микроконтраста и ощущение «песка» на изображении, особенно на мелких деталях и шрифтах — то, что мы называем кристаллическим эффектом.
Алгоритмы управления яркостью и защиты от выгорания на этом этапе настроены с заметным запасом. При высоком среднем уровне яркости активно вмешивается ограничитель яркости (ABL — Average Brightness Limiter), на больших светлых площадях панель ощутимо приглушает свет, а процедуры компенсации и сдвига изображения запускаются достаточно часто (каждые 4 часа работы — желательно не пропускать). Для игр и видео это не критично, но в чисто рабочем сценарии некоторым пользователям приходится подстраиваться под «характер» панели.
Тем не менее именно эта волна устройств впервые приносит в настольный сегмент сочетание практически идеального контраста, очень низкого времени отклика и высокой частоты обновления — то, чего классические LCD с подсветкой добиться не могли.
Вторая волна (2023-2024): 32″ 4K 240 Гц и новые ультраширокие модели
Вторая волна начинается с появления 32-дюймовой W-OLED-панели с разрешением 3840×2160 и частотой 240 Гц, а также обновлённых изогнутых 34–39-дюймовых моделей. Здесь заметно усиливается влияние телевизионной технологии META.
Главное отличие — изменение субпиксельной структуры и рост плотности. При ~140 ppi и новом порядке субпикселей (варианты, близкие к RGWB, где RGB-триада стоит «правильнее», а белый субпиксель вынесен правее от RG) читаемость текста улучшается. Стандартные алгоритмы сглаживания шрифтов начинают работать более предсказуемо, и субъективно текст на таких W-OLED-панелях воспринимается гораздо ближе к тому, что даёт хороший IPS.
Второй момент — повышенная пиковая яркость. Для представителей этой волны заявляются значения порядка 1300 нит в HDR-пиках при полном экранном SDR в районе 250–275 нит. Это уже уровень, при котором W-OLED-монитор способен честно отрабатывать современный HDR-контент, а не только демонстрировать номинальную совместимость. Впрочем, реальные цифры, всё же, оказываются частично ниже заявленных, но это было ожидаемо.
Главное же изменение заключается в изменении логики работы ограничителя яркости. При разумных настройках SDR-яркости панель ведёт себя более стабильно: падение яркости на больших белых областях становится менее драматичным, а сама кривая реагирования на изменения в яркости контента — более плавной. Это важный шаг к тому, чтобы W-OLED можно было использовать как универсальный рабочий инструмент, а не только как устройство «для вечера кино».
В совокупности вторая волна делает W-OLED-мониторы гораздо более привлекательными для тех, кто проводит за экраном весь день: 32-дюймовая 4K-панель с приличной яркостью и внятным текстом уже способна заменить классический IPS или VA не только в играх, но и в профессиональных фото и видео редакторах, а также при выполнении офисных задач.
Третья волна (2024-2025): сверхвысокие частоты и наследие META 2.0
Третья волна связана с выводом на рынок W-OLED-панелей для мониторов с частотами 360–480 Гц и, по сути, прямым заимствованием решений из телевизионной META 2.0.
Здесь к уже знакомой эмиссионной структуре на деутерии и развитием компенсационных алгоритмов добавляется микролинзовый массив. В настольной конфигурации это особенно интересно: при высокой частоте обновления важно не только успевать переключать пиксели, но и управлять тепловым режимом. MLA позволяет увеличить эффективную яркость при том же токе или, что ещё важнее, снизить необходимый ток для заданной яркости.
Параллельно пересчитывается работа транзисторной подложки и компенсаторов с учётом нового диапазона частот и типичных сценариев использования: киберспортивные дисциплины, режимы с переменной частотой, быстрые изменения кадров с высокой яркостью. Появляются панели, которые сочетают в себе реально ощущаемую пиковую HDR-яркость с частотами до 480 Гц, что ещё несколько лет назад выглядело скорее теоретическим потенциалом.
Видимым результатом становится то, что W-OLED-мониторы этого поколения уже не только догоняют QD-OLED по «ощущаемой яркости» и эффектности HDR-картинки, но и начинают значительно выигрывать в задачах, где важны максимально быстрый отклик самой панели, ведь QD-OLED тех лет остановились на частоте 360 Гц.
Четвёртая волна (середина-конец 2025): переход на Primary RGB Tandem
Четвёртая волна мониторов строится на базе тех же самых панелей четвёртого поколения OLED с архитектурой Primary RGB Tandem, которые изначально разрабатывались для телевизоров.
Перенос четырёхслойной эмиссионной структуры на настольные диагонали открывает несколько новых возможностей. При той же площади пикселя можно распределять нагрузку по слоям более гибко, добиваясь высокой пиковой и устойчивой яркости в HDR-режимах, не перегревая органику и не сокращая её ресурс.
Два синих слоя позволяют по-новому балансировать между эффективностью и долговечностью критически важной синей составляющей, а раздельные красный и зелёный слои дают больший контроль над цветовой яркостью и позволяют усилить безопасность использования таких панелей.
При этом, в отличие от телевизионных моделей, в мониторах четвёртой волны есть смысл использовать ещё и дополнительные оптические решения, вроде умеренного микролинзового массива или более сложной системы антибликового покрытия, чтобы адаптировать панель к рабочей дистанции просмотра (в случае с настольными экранами она значительно отличается от дистанции при просмотре ТВ) и ярко освещённым помещениям, со сложными световыми условиями.
Логичный и ожидаемый результат — появление 27-дюймовых WQHD-панелей с частотами 500+ Гц и пиковой HDR-яркостью около 1500 нит, а также дальнейшее развитие 32-дюймовых 4K-решений и ультрашироких форматов на основе того же эмиссионного принципа.
На уровне пиксельной геометрии для настольных диагоналей логично ожидать дальнейшего сближения с классическим RGB-расположением субпикселей (например, RGWB-варианты, где белый играет вспомогательную роль), что дополнительно улучшит читаемость шрифтов и соответствие ожиданиям операционных систем.
Архитектура против практики: как всё это ощущается пользователем (текст, яркость в HDR, ресурс)
Если попробовать перевести всё описанное выше из языка слоёв и эмиссионных стеков в привычные пользовательские ощущения, получится несколько ключевых наблюдений.
Во-первых, эволюция эмиссионных материалов — от базового белого OLED к деутерированным составам, далее к связке с микролинзами и, наконец, к тандемной RGB-структуре — даёт прежде всего запас по яркости и ресурсу. Это позволяет с каждым поколением чуть смелее относиться к HDR-режимам, к высоким уровням SDR-яркости и к длительной работе со статичными интерфейсами.
Во-вторых, развитие оптики — прежде всего микролинзового массива и сопутствующих слоёв — расширяет рабочее применение панели. Можно получить либо больше яркости при той же тепловой нагрузке и энергопотреблении, либо ту же яркость при меньшем нагреве. Для настольных мониторов это значит, что ограничения, связанные с ABL и тепловыми режимами, становятся менее заметными, а устойчивость яркости на больших светлых областях возрастает, что крайне важно в стандартных сценариях использования любого настольного экрана.
В-третьих, изменения в геометрии субпикселей и в конфигурации белого канала напрямую влияют на читаемость текста и восприятие цвета. Ранние W-OLED-мониторы с плотностью около 110 ppi и нестандартным порядком RWBG требовали привыкания к шрифтам. Поздние поколения с 4K-разрешением на 32 дюймах и более «классической» RGWB-компоновкой значительно ближе к привычному поведению LCD-матриц, а дальнейшее развитие тандемной структуры потенциально позволяет ещё больше снять компромиссы между яркостью и чистотой цвета.
Наконец, и это важно с точки зрения практики, каждое новое поколение W-OLED в мониторах опирается на годы статистики и накопленного опыта из телевизионной техники. Алгоритмы защиты от выгорания, компенсационные циклы, ограничения по яркости — всё это уже не экспериментальные механизмы, а результат многолетних наблюдений за поведением панелей у конечных пользователей. Но становятся ли панели от этого реально лучше? Не так как бы нам хотелось.
Коротко о главном — знакомые плюсы, как залог успеха
При всём разнообразии W-OLED на рынке и конкурентов в лице продвинутых QD-OLED и LCD-подобных IPS и VA, в том числе с применением сложных систем подсветки, глобальные достоинства W-OLED сохраняются на прежнем месте и никуда не исчезают:
- Настоящий чёрный и «бесконечный» статический контраст.
Каждый пиксель сам светится и сам же может полностью выключаться. Нет подсветки, нет засветов по углам, нет ореолов вокруг ярких объектов на тёмном фоне, как у FALD/Mini LED. Для фильмов, игр и тёмных сцен это до сих пор самый честный вариант.
- Сохранение глубины чёрного при разных уровнях внешней яркости.
Особая структура матрицы с использованием верхнего поляризационного слоя позволяет в значительной степени отражать и поглощать остатки внешнего света, сохраняя высокий уровень чёрного даже в сложных условиях внешнего освещения. Даже в случае с глянцевыми и полуглянцевыми модификациями W-OLED глубина чёрного поля остаётся гораздо более сильной, чем на конкурентных QD-OLED; - Широкий выбор антибликовых покрытий.
В отличии от конкурирующей технологии QD-OLED, у W-OLED моделей, в зависимости от производителя, есть гораздо более широкий выбор антибликовых покрытий панели, что позволяет подобрать монитор под конкретные рабочие условия и поставленные задачи; - Мгновенный отклик пикселя и высокая чёткость в движении.
Время отклика не измеряется миллисекундами, оно на границе измеряемого – близко к нулю. Нет шлейфов, как у VA, нет лёгкой смазанности, как IPS. На высоких частотах W-OLED воспринимается заметно «чище» по движению, особенно в динамичных играх;
- Стабильная картинка под углом.
Цвет и контраст почти не плывут при взгляде сбоку. Никаких типичных VA-эффектов с «заваливающимися» тенями и сильным Glow-эффектом у IPS, особенно заметном в затемнённых условиях.
В сухом остатке: W-OLED — это не про «самые яркие цифры в HDR», а про совокупность вещей, которые глаз реальных потребителей действительно замечает: чёрный, отсутствие засветов на чёрном (им просто неоткуда взяться), чёткость движения и стабильность картинки под любым углом.
Выявленные особенности и недостатки W-OLED
Как бы ни хотелось видеть в W-OLED некий «конечный пункт эволюции», у игровых мониторов на этих панелях есть вполне конкретный набор минусов, с которыми так или иначе сталкиваются все поколения — от первых 27GR95QE/45GR95QE до свежих 27GS95QE и 32GS95UE. Масштаб проблем, вероятно, немного меняется от ревизии к ревизии, но сами эффекты, глобально, никуда не делись.
Неоднородность на тёмных тонах и вертикальный бандинг
Самый характерный для W-OLED артефакт — вертикальные полосы на тёмно-серых заливках (1–10% яркости). На практике это выглядит как чуть более светлые или тёмные «столбы» различной ширины, которые проявляются на тестовых паттернах и в реальных сценах с равномерным тёмным фоном. Пользователи 27GR95QE и 45GR95QE, а также покупатели мониторов на точно таких же W-OLED-матрицах (от Acer, ASUS и др.) довольно часто отмечают заметный вертикальный бандинг именно в этом яркостном диапазоне, причём даже на относительно «свежих» экземплярах.
Ситуация улучшилась в более поздних ревизиях панелей (27GS95QE, 32GS95UE), где заводские алгоритмы выравнивания и сама линия производства стали «взрослее». Но полностью проблема не исчезла: вертикальные и слабо диагональные полосы до сих пор встречаются, частично зависят от конкретного экземпляра панели и часто проявляются сразу же после первого включения монитора «из коробки». По нашей оценке, это наследие всей телевизионной линейки W-OLED: ровный тёмно-серый фон без единого намёка на бандинг до сих пор скорее удачный лотерейный билет, чем гарантированная норма.
Чтобы минимизировать бандинг, производители опираются на регулярные компенсационные циклы (pixel refresh, pixel cleaning). Иногда это действительно чуть подравнивает яркость соседних зон, но рассчитывать на чудо не стоит: если полоса заметна из коробки, к примеру, на 5 % серого, велика вероятность, что она останется с монитором на весь срок службы, просто станет менее бросаться в глаза на реальном контенте.
Динамический диапазон и падение качестве картинки при снижении яркости
На бумаге OLED даёт «бесконечную контрастность»: чёрный близок к нулю, а светлые объекты на фоне темноты выглядят очень ярко, особенно при просмотре HDR-контента. В реальности же у настольных W-OLED-мониторов есть два нюанса.
Во-первых, объективный запас по яркости в SDR у первых поколений был довольно скромным: тот же популярный LG 27GR95QE показывает максимум в районе 200–230 кд/м² в среднем, то есть ощутимо ниже большой части IPS/VA и, тем более, их представителей с Mini LED-подсветкой.
Поздние панели 2024 года этот потолок подтянули, но не кардинально — это всё равно «мониторы для умеренно тёмной комнаты», а не для солнечного офиса.
Во-вторых, как только пользователь, заботясь о глазах, опускает яркость до условных 80–120 кд/м², субъективный динамический диапазон заметно снижается, падает цветовая яркость. Светлые участки уже не дают того самого HDR-эффекта, а в тенях начинается характерная борьба между завалом и «поднятым чёрным». На W-OLED это усугубляется тем, что большая часть мониторов в низком диапазоне яркости искажает тоновую кривую: появляются жалобы на клиппинг и в тенях, и в светах при слишком низком уровне яркости или неудачной настройке различных «улучшателей» картинки.
Иными словами, если использовать панель близко к её максимуму яркости, то картинка выглядит впечатляюще, но при «человеческих» значениях яркости для долгой работы диапазон сжимается, и разница с хорошим LCD-мониторов в SDR становится меньше, чем по маркетинговым цифрам и прочим заявлениям рекламных отделов производителей настольных дисплеев.
«Песок» и кристаллический эффект антибликовых покрытий
Ещё одна особенность именно игровых W-OLED-мониторов — выбор покрытия. Большинство 27-дюймовых моделей на первых поколениях W-OLED получили довольно агрессивное матовое/anti-glare покрытие, чтобы лучше бороться с бликами. В результате часть пользователей сразу после выхода 27GR95QE и его аналогов жаловалась на выраженную зернистость на ровных заливках. В более поздних решениях W-OLED-мониторов антибликовое покрытие менялось (особенно эти изменения полюбились ASUS), но визуально сильный кристаллический эффект всё равно не исчез.
На практике это и есть тот самый «песок»: микротекстура антибликового слоя, которая слегка «шумит» на белом или светло-сером фоне, особенно если смотреть с близкого расстояния и двигать головой. Для кого-то это вообще не проблема, для кого-то — раздражающий фактор, из-за которого картинка кажется менее красивой и чистой, чем на глянцевых QD-OLED. Производители постепенно смягчают покрытие, но полностью избавиться от лёгкого кристаллического эффекта на матовых W-OLED пока не получается, но надежды на это всё ещё есть.
RWBG-структура и реальные проблемы с текстом
Привычная RWBG-структура пикселя — фундаментальное отличие W-OLED LG Display от классического RGB-представления, как у ~95% LCD-дисплеев. В телевизионных сценариях это почти не мешает, поскольку экран находится очень далеко, а работа с текстом и мелкими элементами не предполагается, а вот в настольных игровых мониторах всплыли сразу несколько побочных эффектов.
Пользователи первых 27-дюймовых моделей массово отмечали ухудшение чёткости текста по сравнению с привычными 27-дюймовыми WQHD IPS: шрифты выглядят чуть «размытыми», появляются цветные ореолы на контрастных границах, у кого-то это вызывает усталость глаз при долгой работе.
Microsoft отдельно обсуждает необходимость адаптации алгоритмов сглаживания под RWBG- и QD-OLED-матрицы, чтобы компенсировать необычную субпиксельную структуру, а пользователи начинают «химичить» с помощью использования иных шрифтов и сторонних методов сглаживания через сторонний софт (к примеру, MacType c пользовательскими профилями).
С новыми панелями ситуация стала лучше за счёт более высокой плотности пикселей (32" 4K W-OLED) и тонкой подстройки рендеринга в самих ОС и приложениях, но полностью проблема не исчезла. На рабочих дистанциях, особенно в Windows с её ClearType, текст на W-OLED даже последних поколений по-прежнему выглядит иначе, чем на классическом RGB LCD. Для чисто игрового сценария это некритично, но для смеси «игры + работа + веб-сёрфинг» это вполне реальный недостаток.
Ограничители яркости (ABL) и «живущий своей жизнью» HDR
Чтобы сохранить ресурс органики и удержать температуру в разумных рамках, W-OLED активно полагаются на разные виды автоматического ограничения яркости:
- глобальный ABL (Auto Brightness Limiter), который снижает яркость всей сцены при большом проценте белого;
- снижение яркости логотипов, границ между объектами и защита от статичных элементов интерфейса;
- временное снижение яркости после нескольких минут статичной картинки (простоя).
В игровых мониторах всё это чувствуется сильнее, чем в ТВ: мы сидим ближе к экрану, часто используем его как рабочий, и любое изменение яркости видно моментально. Пользователи W-OLED-мониторов отмечают, что при попытке «выкрутить» яркость в играх монитор порой «работает против» этих настроек — картинка через какое-то время темнеет, несмотря на выбранные значения в меню, что может свидетельствовать о локальном перегреве органических светодиодов или всей панели.
В HDR агрессивный ABL и особенности тон-маппинга тоже сужают реальный динамический диапазон: мелкие яркие объекты на тёмном фоне выглядят великолепно, но стоит сцене стать более светлой в целом — и монитор начинает снижать общую яркость, чтобы не перегружать панель.
На первых поколениях это ощущалось особенно сильно из-за и без того невысокой пиковой яркости. На новых панелях с MLA и повышенной эффективностью наблюдаемый эффект стал мягче, но полностью не исчез.
VRR-мерцание на тёмных сценах
Отдельная особенность игровых W-OLED-мониторов — поведение в режиме адаптивной синхронизации (VRR: FreeSync, G-Sync Compatible, Adaptive-Sync). Многие владельцы описывают его как лёгкое «дыхание» яркости или мерцание участков экрана на тёмных сценах: ровный тёмно-серый фон то чуть светлеет, то чуть темнеет, хотя настройки монитора не меняются. Чаще всего это заметно в игровых меню, на загрузочных экранах и в играх с нестабильным уровнем fps.
Чтобы понять, откуда это берётся, надо вспомнить, как работают VRR-системы. При фиксированной частоте обновления (например, 120 или 240 Гц) у панели всегда одинаковый интервал между кадрами — частота развёртки стабильна. Вся электроника — управляющие транзисторы матрицы, таблицы гаммы, компенсационные алгоритмы — рассчитана именно на такой период. В режиме VRR этот интервал становится переменным: один кадр может держаться на экране 8,3 мс, следующий уже 10–12 мс, потом снова короче или сильно короче, если fps 360-500+. Монитор каждый раз вынужден «перестраиваться» под новый временной шаг, стараясь при этом сохранить визуально одинаковую яркость и настройку гамма-коррекции.
На W-OLED ситуация усложняется тем, как именно панель ведёт себя вблизи чёрного — на тех самых глубоких тенях. Чтобы получить глубокий чёрный и плавный градиент в тенях, инженеры очень тонко настраивают участок гамма-кривой в районе 1–5% яркости и дополнительно используют временное подмешивание цветов (дизеринг, он же FRC) — микроскопическое «мигание» субпикселей для формирования промежуточных уровней. Любая небольшая ошибка по времени кадра или по подаваемому току в этой зоне сразу становится заметной: тёмно-серый уровень уезжает чуть вверх или вниз, и глаз видит это как мерцание тёмного участка.
К этому добавляются внутренние защитные и компенсационные алгоритмы, о которых уже шла речь: выравнивание околонулевых уровней, ограничители яркости, защита от выгорания статичных элементов. Они опираются не только на сам видеосигнал, но и на время, в течение которого та или иная зона и тот или иной уровень яркости удерживаются на экране. Когда VRR постоянно меняет продолжительность кадра, эти механизмы «живут» в менее стабильном режиме, что дополнительно способствует небольшим скачкам яркости и гаммы.
Особенно выражено VRR-мерцание на W-OLED в двух сценариях:
- тёмные сцены с большим количеством почти однородных областей (меню, тёмные коридоры, ночные уровни);
- игры с нестабильным fps, когда частота кадров гуляет, например, от 40–60 до 100–140+, а VRR постоянно подстраивает частоту панели под уровень fps.
Важно понимать, что похожие эффекты хорошо известны и по VA-матрицам. Там механизм другой, но результат похож. Жидкие кристаллы VA-панелей особенно медлительны и несимметричны по отклику именно на тёмных уровнях, а вместе с ними в работу включается локальное затемнение подсветки (FALD или Mini LED в соответствующих моделях), которое отдельно по каждому кадру решает, насколько сильно подсветить ту или иную зоны. Когда VRR-технология меняет интервал между кадрами, матрица и блок локального затемнения оказываются не в «расчётном режиме»: одни и те же тёмно-серые уровни могут давать немного разный световой результат от кадра к кадру, что воспринимается как подрагивание яркости.
IPS-матрицы страдают от VRR-мерцания значительно меньше по нескольким причинам. Во-первых, у них менее выражена «ломаная» гамма вблизи чёрного: переходы от чёрного к тёмно-серому более равномерны, поэтому небольшие изменения в кривой при смене частоты не приводят к таким резким визуальным скачкам. Во-вторых, переходы между уровнями серого у IPS более предсказуемы по времени и гораздо более быстрые, чем у VA, а подсветка в большинстве IPS-мониторов работает без агрессивного локального затемнения. В результате и матрица, и подсветка реагируют на колебания частоты мягче, чем у VA и W-OLED.
В практическом плане VRR-мерцание на W-OLED — архитектурная особенность, с которой нужно считаться. На стабильном уровне кадров (fps) и в ярких сценах он практически не заметен, но в тёмных играх с неровным кадровым потоком и активным VRR может давать характерное изменение яркости, особенно если внимательно присматриваться к ровным заливкам в районе чёрного.
Выход здесь только один — стремиться к таким настройкам игры, при которых уровень кадров будет высоким и стабильным, а если это невозможно, то с VRR придётся попрощаться — просто выключите Free-Sync или G-Sync в настройках драйвера и не знайте особых проблем.
Выгорание: не миф, а реальность в «тестовых сценариях»
Физику органики никто не отменял. Основной реальный минус любого OLED-монитора, включая W-OLED, — риск выгорания при длительном показе статичных элементов интерфейса. Продолжительные тесты профильных западных изданий прямо говорят, что именно выгорание остаётся главным недостатком OLED-мониторов: логотипы, элементы интерфейсов (HUD), строка задач Windows и прочие «вечные» элементы ускоряют деградацию соответствующих субпикселей, приходящихся на их зоны.
Долговременные стендовые тесты 24/7 от западных обозревателей с показом новостных каналов на ряде ТВ-моделей, показали заметное устойчивое выгорание как у W-OLED, так и у QD-OLED. Похожие тесты, но более приближенные к реальному использованию, проводятся ещё рядом технических изданий на протяжении последнего года, но уже с настольными OLED-мониторами — результаты есть, не самые утешительные, но отчаиваться, пока ещё, преждевременно.
В ответ производители усилили гарантийные программы (до 3-5 лет гарантии на «выгоревшие пиксели» — актуально для США и стран ЕС) и встроенные алгоритмы защиты, но это не отменяет базовый факт: для сценария «по 8–10 часов в день одна и та же рабочая задача» W-OLED остаётся более рисковым решением, чем хороший LCD-монитор (и желательно без Mini LED).
Со временем, рассчитываем, что производители сделают очередные выводы (уже в который раз) и постараются улучшить ситуацию с выгоранием. А пока же — пользуемся, становимся экспериментаторами и делаем собственные выводы.
Отдельно отметим, что за последние 3 года продаж OLED-мониторов, в наш гарантийный отдел так и не поступило ни одного обращения на выгоревшие элементы OLED-матрицы. Это о чём-то, да говорит.
Заключение
С момента, когда органические светодиоды перестали быть лабораторной экзотикой и начали применяться в мобильных устройствах, до сегодняшних W-OLED-мониторов прошло несколько крупных этапов. Сначала индустрия научилась делать маленькие самосветящиеся экраны, потом долго искала способ перенести этот подход на большие диагонали, столкнувшись с важными вопросами: ресурсом и стоимостью конечных решений. LG решила эту задачу через белый эмиссионный слой и цветные фильтры, построив архитектуру RWBG, а затем последовательно укрепляла её новыми материалами, оптикой и схемами управления.
Телевизионная линейка W-OLED прошла четыре поколения: базовый W-OLED, OLED.EX с деутерированными материалами и интеллектуальной компенсацией, META с микролинзовым MLA-массивом и, наконец, Primary RGB Tandem с четырёхслойной структурой и очень высокими пиковыми значениями яркости. На каждом шаге она становилась чуть ярче, экономичнее и долговечнее.
Настольные мониторы на W-OLED появились уже на зрелой стадии этой эволюции и успели пережить собственные четыре волны: от первых 27- и 45-дюймовых WQHD/UWQHD-панелей до 32-дюймовых 4K, сверхвысоких частот 360–480 Гц и использования новомодной Tandem RGB в различных новинках крупных брендов с потенциальным увеличением частоты развёртки до 540+ Гц в нативном режиме и 700+ Гц в режимах сниженной частоты.
Сегодня настольный W-OLED-монитор — это уже не просто «ещё один тип матрицы» в списке характеристик, а целый комплекс решений по органике, оптике, транзисторной подложке и алгоритмам защиты. Понимание того, к какому поколению относится конкретная панель и на какой архитектуре она построена, становится таким же важным, как знание её диагонали, разрешения и частоты. Именно на этом уровне и должен строиться профессиональный разговор о том, где W-OLED действительно раскрывает свои сильные стороны, а где альтернативы вроде QD-OLED или различных LCD с или без Mini LED, до сих пор, остаются более рациональным выбором.
Мы надеемся, что эта статья оказалась для вас полезной, но какой бы монитор вам не приглянулся, мы предлагаем протестировать его или аналоги в нашей демо-зоне по адресу: г. Москва, Спартаковский переулок 2с1, подъезд 4, первый этаж, офис 3. Специалисты компании 4K-Monitor подскажут наилучшие варианты под ваши запросы и финансовые возможности, а вам останется лишь сделать свой правильный выбор!
Автор: Грыжин Александр ака =DEAD=