Ленинград, суббота, 15 сентября 1962 года, обычный пасмурный день, характерный для этого времени года[1]. В одну из квартир, расположенных на Васильевском острове, вернулся с дальней дороги мужчина преклонных лет. Этот седовласый человек был огромного роста. За последнее время он очень исхудал, его лицо покрылось морщинами[2]. Раньше многие отмечали его добродушную натуру, прекрасное чувство юмора, но сейчас, при взгляде на него, можно было увидеть лишь какую-то глубокую печаль, грусть в его глазах и усталость.
В квартире было совершенно пусто, вокруг отмечалась тишина. Но так было не всегда. Этот человек прожил очень бурную, насыщенную событиями молодость. В 1914 году после выпуска из Императорской Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге, он был направлен служить на флот. В годы Первой Мировой войны был сформирован морской полк особого назначения, по своей сути первый морской спецназ в истории России, где и довелось служить этому человеку. Не единожды ему приходилось рисковать своей жизнью, спасая раненых бойцов императорской армии. За это он был награжден боевыми орденами Российской Империи. В годы Гражданской войны, как и многие офицеры с матросами Балтийского флота он перешел на сторону новой власти. Занимался медицинским обеспечением войск, которые участвовали в ликвидации банд Попова в Поволжье. Затем была служба на флоте, научно-преподавательская работа, Великая Отечественная война и тяжелые послевоенные годы.
Он вырос в большой семье, из которой остались только он и один младший брат. Отец и мать давно умерли от старости, сестра и один из младших братьев не пережили голод в дни фашисткой блокады Ленинграда. А еще была она, его супруга Мария. Эта женщина была полной противоположностью ему – маленькая, хрупкая, очень утонченная, скромная, из дворянской семьи потомственных военных (генералов) с соответствующим мировоззрением и воспитанием. Они были всегда вместе, начиная с 1915 года. Она всегда и во всем его поддерживала, безмерно любила, как и он ее. В 1919 году у них родился ребенок – их единственный сын Дмитрий. Он был высокого роста и могучего телосложения, как и его отец. Не только физические данные Дмитрий унаследовал от отца, но также понятия о чести, порядочности, безмерной любви к своей Родине. Когда наступило страшное время войны, в 1941 году, сын не стал просить отца переждать, отсидеться где-то далеко от фронта, зная, что у последнего были возможности оградить его от опасностей. Он пошел добровольцем на службу в Военно-морской флот, где стал офицером морской пехоты. Мария очень сильно переживала за своего сына, но не стала перечить его выбору, который был поддержан отцом.
Шли тяжелые дни Великой Отечественной войны, дни блокады Ленинграда. В 1942 году был переезд в город Киров. Также были многочисленные командировки в лечебные учреждения флота с целью оказания лечебной и организационной помощи. В один из осенних дней 1942 года ему сообщили, что есть новости о его сыне. Он получил телефонограмму, в которой было указано, что Дмитрий награжден орденом «Красной Звезды». А дальше, словно кто-то нож вонзил в его сердце. Не хотелось верить в слова, написанные в этом сообщении, где после названия награды стояло слово «ПОСМЕРТНО». Это была суровая реальность войны, где люди часто теряли своих родных. Было тяжело сообщить супруге об этой трагедии.
Время шло, закончилась война. Жизнь как-то продолжалась. В январе 1953 года по грязному, клеветническому доносу его арестовали. И это было не самое страшное. Он готов был пережить избиения и издевательства над собой, но только не то, что произошло за застенками тюрьмы. Не выдержало сердце Марии, она умерла от инфаркта. В марте 1953 года он вышел на свободу абсолютно опустошенным человеком[3]. Его реабилитировали и вернули все регалии, звания, должность. Но самое главное было уже не вернуть.
Была одна цель, которая заставляла его жить. Он был верующим, православным человеком. А как любой христианин, он считал, что не должна быть безликой могила родного человека. Должно быть известно место, где захоронен близкий, где должен стоять какой-никакой памятник, скамеечка и столик рядом с ним, чтобы можно было посидеть и «поговорить» с погибшим, помянуть его.
Он искал место, братскую могилу, где был захоронен его сын. Эта цель стала смыслом последних лет его жизни. Долгое время после войны было потрачено на поиски этого места. И он нашел его. Высота 192.0 у горы Долгой на Кубани[4]. 6 сентября 1942 года старший лейтенант морской пехоты, его сын Дмитрий, принял на себя командование батальоном и организовал отражение внезапной атаки немецко-фашистских захватчиков. К сожалению, тот день был последним для его сына и части бойцов 142 отдельного батальона морской пехоты.
Уже далеко немолодому человеку было тяжело подниматься высоко в горы, но он сделал это. Под руководством этого седовласого, пожилого мужчины за его личные средства был поставлен памятник его сыну и бойцам подразделения в том месте, где они приняли последний бой с германскими захватчиками [21]. И вот, вернувшись в Ленинград, он понимал, что теперь уже точно все, теперь можно отдохнуть, все задуманное было исполнено.
Ленинград, среда, 19 сентября 1962 года, сообщение в газете «Вечерний Ленинград» №222 (5152): «Командование и партийный комитет Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова и Ленинградский научно-исследовательский институт уха, горла и носа с глубоким прискорбием извещают о смерти профессора, генерал-майора медицинской службы в отставке Романа Андреевича ЗАСОСОВА, последовавшей 16 сентября, и выражают соболезнования семье покойного. Доступ к телу покойного 20 сентября с 12 часов. Гражданская панихида состоится в 13 часов в вестибюле главного здания академии (улица Лебедева, 6). Похороны на Богословском кладбище».
В этой книге автор постарается рассказать историю жизни выдающегося военно-морского оториноларинголога, педагога, русского генерала, сильного духом Человека (именно с большой буквы) Романа Андреевича Засосова. Он своими идеями опередил время. Инновационные предложения по внедрению специализированных медицинских карт для ведения раненых на каждом этапе оказания медицинской помощи на флоте в годы Великой Отечественной войны, затем были забыты. И уже в 21 веке взяты на вооружение американскими военными врачами, что в разы повысило в их армии эффективность лечебно-эвакуационных мероприятий, отслеживания пути следования раненого на разных уровнях оказания медицинской помощи и путем статистического анализа поиска ошибок с последующим их устранением. Фактически, этот русский генерал вместе со своими сотрудниками были основоположниками сурдологии в нашей стране. А его исследования, открытия и предложения по диагностике и лечению травм слуховой системы человека в результате минно-взрывного воздействия вновь актуальны для военных оториноларингологов. Они в 21 веке облегчают работу ЛОРов в зоне проведения СВО[5] и в тыловых военных госпиталях, позволяя лучше понимать указанную патологию.
[1] Архивная сводка погоды в городе Санкт-Петербург (Ленинград) за сентябрь 1962 года [Электронный ресурс] // Информационный портал кафедры информационно-измерительных систем и физической электроники Петрозаводского государственного университета. URL: https://thermo.karelia.ru/weather/w_history.php?town=spb&month=9&year =1962 (дата последнего обращения: 05.08.2025).
[2] По данным из фотоархива академика РАН Игоря Борисовича Солдатова (рис. 124).
[3] Воспоминания выпускника Военно-морской медицинской академии Качалова Владимира Константиновича (годы учебы: 1951-1957 гг.); сведения с личной переписки автора с Качаловым В.К.
[4] Отец и сын. История подвига [Электронный ресурс] // Информационный портал муниципального бюджетного учреждения «Крымский краеведческий музей». URL: https://mbukkm.ru/novosti/4377-otets-i-syn-istoriya-podviga (дата последнего обращения: 05.08.2025).
[5] Специальная военная операция на Украине