Неоднозначная история

Когда я на дежурстве слышу про то, что мне нужно освидетельствовать жеpтву наcилия, у меня возникают совершенно смешанные чувства - легкая паника, потому что с живыми людьми мне приходится работать очень редко, и одновременно некая злоcть, смешанная с яpостью. Негодую я на лицо, посмевшее нарушить неприкосновенность другого человека, и желаю ему всяческих кар.

Но порой все не так однозначно, как кажется с первого взгляда.

По тревоге нас поднял один из городских оперативных дежурных. Предметом переполоха оказалось предполагаемое изнaсилование несовершеннолетней. Юную девушку должны были доставить в расположенную неподалеку гинекологию, чтобы мы совместно с врачом-гинекологом провели осмотр, взяли мазки и задокументировали все увиденное.

Так быстро мы еще не собирались. Одевшись и упаковав все необходимое, словно по тревоге, мы с подъехавшим следователем порысили по тропинке в рядом расположенное гинекологическое отделение. Родители привезли туда пострадавшую девушку. Ей было пятнадцать лет. Свеженькая, хорошенькая, как наливное яблочко, с милыми веснушками на щеках, девочка казалась такой юной и невинной, что у нас защемило сердце - как можно было обидеть ребенка... Во мне начала бурлить тихая яpость, которой нельзя было дать выхода...

Но девушка, не дожидаясь вопросов следователя, заявила:

- У нас с Велимиром все было по обоюдному согласию. И он у меня уже не первый. Мы хорошо знаем, что делать, чтобы не стать родителями раньше того, как мы вырастем и выучимся. Мы любим друг друга...

Подобный случай в моей практике уже был, поэтому челюсть у меня не отвисла, и ярость как-то поуспокоилась. Конечно, дело было неприятным, как ни крути, дети должны быть детьми, но раз никто не принуждал, не бил, не наcиловал ребенка, мне стало намного легче... Зато на следователя было смешно смотреть. Он чувствовал себя полностью растерянным.

- Родителям просто не нравится Велимир, он мой одноклассник, да, мы поспешили, можно было и подождать с этим, и он со мной тоже согласен, но до восемнадцати лет ему осталось всего два года, мне - три. Мы все равно поженимся, зачем устраивать такой кринж... - сказала девочка.

Мать девочки стояла рядом, ее лицо шло красными пятнами. Моя задача заключалась в том, чтобы провести осмотр и забрать мазки биоматериала по нормативным документам, а дальше уже пусть разбирается следствие. Признаюсь, мне стало легче.

Мы с дежурным врачом-гинекологом Мариной Савельевной, с которой были ранее знакомы примерно по таким же поводам, осуществили все необходимое. Повpеждений на теле девушки обнаружено не было, свежих разpывов девственной плевы также не нашлось. Тампоны с содержимым влaгалища были упакованы и впоследствии переданы для изучения в лабораторию.

Это было примерно лет десять назад. Заявление, насколько мне известно, родители девочки забрали, дело решилось миром.

Старший сын Велимира и его супруги учится в параллельном классе с моим племянником.

До совершеннолетия юнцы так и не дотерпели...