Найти в Дзене
RuEconomy

Протесты в Иране и чем они выгодны России?

Протесты в Иране: почему экономический кризис в Тегеране может быть выгоден Москве Протесты в Иране идут уже 10 суток. Начались они с обвала национальной валюты. Иранский риал подешевел к доллару более чем вдвое. Некоторые эксперты предрекают крах Ирана, однако это не первые протесты, и мы здесь не ради попыток предсказать будущее. Но мы считаем что крах Ирана крайне выгодны России. Почему? Для этого нужно немного углубиться в иранскую экономику. Основа иранской экономики — это нефть. Доля доходов от нефти огромна: более 90% всех экспортных доходов Ирана приходятся на нефть, а это около 50 млрд $. К слову, ВВП Ирана равен 420 млрд $, так а доля всех доходов включая косвенные от нефти в ВВП составляет свыше 15% и может доходить вплоть до 20% , что очень много. Основным импортёром иранской нефти является Китай. Он закупает более 80% всей иранской нефти, а это свыше 750 тысяч баррелей в сутки. Для сравнения, Россия поставляет примерно столько же. Вот только Иран имеет себестоимость добы

Протесты в Иране: почему экономический кризис в Тегеране может быть выгоден Москве

Протесты в Иране идут уже 10 суток. Начались они с обвала национальной валюты. Иранский риал подешевел к доллару более чем вдвое. Некоторые эксперты предрекают крах Ирана, однако это не первые протесты, и мы здесь не ради попыток предсказать будущее. Но мы считаем что крах Ирана крайне выгодны России. Почему? Для этого нужно немного углубиться в иранскую экономику.

Основа иранской экономики — это нефть. Доля доходов от нефти огромна: более 90% всех экспортных доходов Ирана приходятся на нефть, а это около 50 млрд $. К слову, ВВП Ирана равен 420 млрд $, так а доля всех доходов включая косвенные от нефти в ВВП составляет свыше 15% и может доходить вплоть до 20% , что очень много.

Основным импортёром иранской нефти является Китай. Он закупает более 80% всей иранской нефти, а это свыше 750 тысяч баррелей в сутки. Для сравнения, Россия поставляет примерно столько же. Вот только Иран имеет себестоимость добычи около 4 $, а Россия — от 5 до 15, так что разница в чистой прибыли колоссальна.

Что же касается самого Китая, то у Китая по факту лишь 3 поставщика нефти: это Россия, Иран и Венесуэла. И последняя из-за недавних событий может полностью прекратить экспорт нефти в Китай, а это около 300 тысяч баррелей в сутки или около 20% всего китайского импорта. А падение Ирана с его ежегодной продажей более 270 млн баррелей в год может лишить Китай более половины всей нефти.

Российская нефть как идеальная замена

И тут на сцену выйдет Россия, ибо Россия имеет схожую с Ираном нефть с коэффициентом плотности API около 31 для марки Urals. Для справки, у иранской нефти Iran Heavy этот показатель примерно такой же — около 30.2 API (чем выше API, тем легче нефть и тем она проще в переработке). Но у российской нефти есть преимущество: , тогда как у иранской нефти содержание серы около 1,7%. У российской нефти серы в примесях меньше около 1,3-1,4%а общая чистота нефти выше + месторождения находятся ближе к Китаю что удешевляет транспортировку , и что в итоге делает её проще в переработке и удешевляет производство.

Итоговый выигрыш для России

Но главное: лишив Китай 50% всей нефти, цена на неё резко вырастет, а это может принести в российский бюджет более 3 трлн рублей и сохранить реальную цену на нефть марки Urals в районе рыночных значений, а возможно даже сделать её дороже.

Так что поживём — увидим, но падение Ирана и Венесуэлы крайне выгодно для России как экспортёра нефти и прочих углеводородов.