В маленьком провинциальном городке, где зимы долгие, а работа не ждет, жила Анна — молодая мать-одиночка. Ей было всего двадцать пять, а на руках — трехлетняя доченька Маша. Муж ушел давно, оставив только воспоминания и пустой кошелек. Анна работала кассиром в супермаркете с утра до вечера, семь дней в неделю. По будням детский сад спасал, но выходные были бедой: няни нет, бабушки и дедушки далеко, а подруги все с семьями.
В тот понедельник, — нет, подождите, это был выходной, но для Анны каждый день был рабочим, — она проснулась в пять утра. Маша еще спала, свернувшись калачиком под тонким одеялом. Анна погладила ее золотистые волосики и вздохнула. "Сегодня опять супермаркет вызывает на подработку. Без меня — штраф, а штраф мы не потянем". В холодильнике пусто, в кошельке — пара сотен рублей. Она вспомнила про игровую комнату в торговом центре: там можно оставить ребенка на весь день за 500 рублей, но у нее не было даже половины.Сердце сжалось. Анна вышла в ближайшую пекарню, купила единственный пончик — пышный, с сахарной пудрой — и яблочный сок. "На целый день хватит, солнышко мое", — шептала она, возвращаясь домой. Маша проснулась, потирая глазки: "Мамочка, куда?" Анна улыбнулась сквозь слезы: "В волшебную комнату поиграем, а вечером заберу. Будешь рисовать!" Деньги на игровую комнату пришлось занять у соседки.
Игровая комната сияла яркими шариками и пластиковыми горками. Воспитательница, молодая девушка с добрыми глазами, взяла Машу за руку. "Смотри, какая красавица! Пончик и сок? Хорошо, покушаем вместе". Анна поцеловала дочку в макушку, сунула пакетик с завтраком и выбежала, не оглядываясь. Слезы катились по щекам, пока она мчалась на автобус. "Только на сегодня, только на этот день. Я сильная, мы справимся".В комнате Маша сначала плакала, зовя маму. Пончик растаял во рту сладкой утешкой, сок освежил горлышко. Воспитательница обняла: "Мамочка скоро вернется, а пока поиграем в зайчиков!" Маша забылась: строила замки из кубиков, каталась на горке. Часы тянулись, но смех заполнял комнату. Анна работала без перерыва — считала сдачу, таскала ящики, улыбалась покупателям. В обед села в подсобке, уставившись в телефон: фото Маши в садике. "Прости, доченька. Я одна, но ради тебя все". К вечеру, когда солнце село, она примчалась в игровую. Маша бросилась в объятия: "Мамочка! Я рисовала домик для нас!"Они пошли домой пешком, держась за руки. В тот вечер Анна читала Машеньке сказку, а в душе клялась: "Найду выход. Мы не одни". И хоть дни впереди были такими же, любовь матери была сильнее любой усталости.
