2 марта 1917 года. Царский поезд стоит на станции Псков. В вагоне - император всероссийский. За окном - империя, которая рушится.
В дневнике Николай записал: «Кругом измена, и трусость, и обман.»
Всё началось неделей раньше. 23 февраля в Петрограде вспыхнули беспорядки. Хлебные очереди, забастовки, демонстрации.
Николай был в Ставке, в Могилёве. Получал телеграммы. Ничего серьёзного. Скоро успокоится.
27 февраля солдаты Петроградского гарнизона перешли на сторону восставших. Полиция разбежалась. Правительство потеряло контроль над столицей.
Николай приказал отправить войска для подавления. Войска не дошли. Железнодорожники отказались везти.
1 марта царский поезд повернули на Псков. В Петроград путь был закрыт.
На станции Николая ждали генералы Рузский и Данилов. Они принесли телеграммы от командующих фронтами.
Все просили отречения.
Брусилов. Эверт. Сахаров. Колчак. Каждый, на кого Николай рассчитывал.
Генерал Алексеев написал из Ставки: армия не поддержит подавление. Только отречение может спасти династию.
Николай читал телеграммы молча. Потом отошёл к окну. Смотрел на перрон.
Рузский ждал ответа. Император обернулся и произнёс: «Я решился. Я отказываюсь от престола.»
По одной из версий, он добавил: «Надеюсь, вы понимаете, что принять иное решение я не мог.»
Первоначально Николай отрёкся в пользу сына Алексея. Регентом назначил брата Михаила.
Но через несколько часов передумал. Алексей был болен гемофилией. Отдать смертельно больного ребёнка в руки революции он не смог.
Отречение переписали. Престол передавался Михаилу напрямую.
Михаил отрёкся на следующий день. Династия Романовых закончилась за сорок восемь часов.
Вечером 2 марта Николай записал в дневнике:
«Утром пришёл Рузский и прочёл свой длиннейший разговор по аппарату с Родзянко. По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь министерство из Думы будет бессильно что-либо сделать, ибо с ним борется социал-демократическая партия в лице рабочего комитета. Нужно моё отречение...»
И дальше - та самая фраза:
«Кругом измена, и трусость, и обман.»
Кого он имел в виду?
Генералов, которые предали? Министров, которые бежали? Родственников, которые молчали?
Или себя - человека, который за двадцать три года правления довёл страну до катастрофы и теперь искал виноватых?
Николай прожил ещё шестнадцать месяцев. Арест. Ссылка. Тобольск. Екатеринбург.
В ночь на 17 июля 1918 года его расстреляли вместе с семьёй в подвале Ипатьевского дома.
Дневник сохранился. Последняя запись - за день до расстрела. Обычные слова о погоде и прогулке.
Ни раскаяния. Ни понимания. Ни признания ошибок.
Только та фраза, написанная в Пскове. Измена, трусость, обман. Три слова человека, который так и не понял, что произошло.