Представим себе Рождество в Российской империи — не шумное и ярмарочное, а то, каким его видели дворянские усадьбы и столичные салоны.
Рождество для дворян начиналось не с ёлки, а с тишины и ожидания. Четырёхнедельный пост соблюдали строго: в письмах жаловались на усталость, в дневниках — на холод, но именно это придавало празднику особую значительность. В сочельник в залах горели свечи, на столе — сочиво и рыба, и лишь после полуночной службы разрешалось настоящее торжество. В императорской семье Рождество было праздником не роскоши, а государственного благочестия. Стол — изысканный, но сдержанный; меню подчинялось церковному уставу и дворцовому этикету. До ночной литургии — строгий пост, даже в Зимнем дворце.
Подача была символической:
- Кутья (сочиво) — из пшеницы или риса с мёдом
- Рыба: стерлядь, судак (отварные или заливные)
- Грибные блюда, постные пироги
- Кисели и взвары
Это был не «ужин», а ритуал ожидания.
После литургии: рождественский обед
Вот здесь пост заканчивался — но без излишеств.
Основные блюда
- Жаркое из дичи: рябчики, тетерева, фазаны
- Гусь или индейка с яблоками
- Телятина, реже — поросёнок
- Осетрина (запечённая или заливная)
Холодные закуски
- Заливное из рыбы и мяса
- Икра — подавалась скромно, без демонстрации
- Соленья и маринады дворцовых погребов
Выпечка и сладкое
- Кулебяки и пироги
- Миндальное печенье, бисквиты
- Фрукты (часто привозные — апельсины считались праздничной роскошью)
Напитки
- Французские и рейнские вина
- Мадера, портвейн
- Чай и кофе подавались отдельно, в малых гостиных
При Александре III, а затем и при Николае II стол стал ещё более простым. Император сознательно избегал гастрономической помпезности:
Церковь была центром праздника. Дворяне выезжали на ночную литургию целыми семьями — в санях, укутанные мехами, под звон колоколов. Возвращение домой сопровождалось почти театральным эффектом: слуги зажигали все огни, в дом вносили еловые ветви, а воздух наполнялся запахом воска и хвои.
Ёлка, кстати, — гостья поздняя. В XVIII веке её почти не знали, а в XIX она стала модным немецким новшеством, особенно при дворе. Ёлку украшали не шарами, а яблоками, орехами в золочёной бумаге, пряниками и свечами. Для детей дворянских семей это было настоящее чудо — и редкий момент, когда строгий мир взрослых становился тёплым и сказочным.
После Рождества начинались святки — время визитов, балов и домашних спектаклей. Гадания, официально порицаемые церковью, всё равно практиковались — но скорее как салонная забава, чем как вера в судьбу. В гостиных читали стихи, музицировали, обсуждали политику и последние столичные слухи.
Рождество в дворянской среде было не шумным карнавалом, а праздником света, порядка и семейного единства. Это был редкий момент, когда имперская строгость смягчалась — и за внешним блеском проступала живая, очень человеческая радость.