Весной 1989 года в Ленинграде была зверски убита семья инженера Щербакова: он сам, его жена и двое маленьких детей. Расследование запутывали ложные улики и загадочный незнакомец в белой шляпе. Но раскрыть чудовищную правду помогла бдительность соседа и гениальная полицейская хитрость.
Читайте до конца, чтобы узнать, почему преступник после расправы спокойно сделал себе бутерброд прямо на месте убийства и как судьба жестоко покарала его собственного сына.
Бдительный сосед
Обычный вечер в спальном районе Ленинграда. Житель одной из девятиэтажек Валерий наблюдал за дворовой суетой из окна своей квартиры. Его внимание привлекла обыденная, в общем-то, картина: у соседнего подъезда припарковался грузовик, и двое мужчин носили из дома мебель. Взгляд Валерия задержался на знакомом диване, а затем на телевизоре «Рубин» — это были вещи его знакомых, семьи Щербаковых. Странность заключалась в том, что самих хозяев рядом не было.
Тревога, сначала смутная, превратилась в уверенность, когда на его вопрос о происходящем один из грузчиков дерзко бросил: «Не твоё дело». Не раздумывая, Валерий вызвал милицию, которая прибыла очень быстро. Оставив машину в стороне, оперативники пешком подошли к подъезду и застали мужчин за переноской очередного кресла. Их объяснения — о переезде по просьбе отсутствующего хозяина — показались сыщикам натянутыми. Решение подняться в квартиру №63 было мгновенным и единственно верным.
Дверь оказалась незапертой, а внутри царил беспорядок: пустые шкафы, свёртки в углах. Всё это было лишь прелюдией к главному. За закрытой дверью небольшой комнаты их встретил тяжёлый, приторный воздух. Под грудой старого тряпья и одеял лежала вся семья: Вадим Щербаков, его жена Лидия и их дети — 13-летний Сергей и 10-летняя Ольга. Картина говорила сама за себя — это было не ограбление, а убийство.
Случайная находка
Первыми подозреваемыми, естественно, стали те самые грузчики, Владимир и Алексей. Их версия была простой и непробиваемой: их наняли по объявлению, они выполняли работу, а куда и зачем — не их вопрос. Казалось, следствие упёрлось в глухую стену. Прорыв случился там, где его меньше всего ждали — во время внезапной потасовки между задержанными из порванного кармана куртки одного из них выпал смятый клочок.
Это не был адрес мифического склада. На бумажке чётким почерком было выведено: ул. 87-й Гвардейской Дивизии, дом 65, кв. 12. Быстрая оперативная проверка дала неожиданный результат. По этому адресу в недавно полученной квартире проживал Виталий Симоненко — не просто коллега, а самый близкий друг убитого Вадима, бывавший в их доме чаще, чем некоторые родственники.
Нерушимое алиби
При визите оперативников по указанному адресу Виталий Симоненко держался с подкупающей уверенностью. Да, мебель из квартиры Щербаковых стояла у него, но он её честно купил у друга, который собирался обновлять обстановку. Ключи грузчикам он действительно отдал, получив их накануне от самого Вадима. Мол, семья срочно уехала в отпуск, а ему, как самому надёжному человеку, поручили технические вопросы.
Следователей смущали детали. Зачем при простом «переезде» вывозить абсолютно всё, вплоть до книг и кухонной утвари? Откуда на дорогом ворсистом ковре, свёрнутом в углу, взялись тёмные, плохо отстирываемые пятна? «Наверное, вино пролили на каком-нибудь празднике», — легко парировал Симоненко.
И тогда он совершил, как ему казалось, гениальный ход. Достав из комода пожелтевшую газетную вырезку, он предъявил её как неоспоримое доказательство своей порядочности. Статья «Герой из бани» в «Ленинградской правде» за 1982 год с фотографией двух улыбающихся мужчин рассказывала душещипательную историю о том, как Виталий, рискуя жизнью, спас Вадима после нападения хулиганов. Кто мог поверить, что человек, спасший жизнь, семь лет спустя отнимет её у всей семьи? Алиби выглядело железобетонным.
Ловкий манёвр
Тем временем судмедэкспертиза внесла в дело мрачную ясность. Вадим и дети погибли практически одновременно от ударов тяжёлым металлическим предметом. С Лидией же расправились на несколько часов позже, и перед смертью подвергли насилию. Это меняло картину: в основе лежала не только корысть, но и глубоко личная неприязнь.
При опросе соседей всплыла яркая деталь: накануне убийства в подъезде заметили незнакомца в длинном плаще и необычной белой фетровой шляпе — аксессуаре, выделявшемся на фоне скучной советской моды. На вопрос следователей о возможном владельце такой диковинки Виталий Симоненко, не задумываясь, указал на Алексея Красавина, коллегу Лидии по театральному кружку, намекнув на их якобы близкие отношения.
В театральной гримёрке Красавина действительно нашли и шляпу, и плащ с бурыми пятнами. Сам подозреваемый, увидев это, упал в обморок. Казалось, убийца пойман. Однако для опытных оперативников всё сошлось слишком идеально. Улики лежали как на ладони, будто их специально подложили. Зачем убийце, скрывшему все другие следы, хранить окровавленную одежду на работе? Стало очевидно, что кто-то ловко водит следствие за нос, подставляя невинного человека.
Гениальная провокация
Осознав, что имеют дело с тонким и расчётливым манипулятором, сыщики пошли на рискованную, но блестящую оперативную игру. В местной телепрограмме выступил один из следователей и, сохраняя серьёзный вид, сообщил, что при повторном осмотре квартиры найдена новая, неучтённая ранее улика, которая вскоре неопровержимо укажет на убийцу. Расчёт был на человеческую психологию: настоящий злодей, уверенный в своей безнаказанности, не сможет вынести неизвестности и попытается устранить угрозу.
План сработал с невероятной точностью. Глубокой ночью дежурная группа захвата, спрятавшаяся в квартире этажом выше, засекла проникновение в дом №63. Человек с канистрой и монтировкой вскрыл дверь квартиры Щербаковых и при свете фонарика принялся заливать бензином тот самый ковёр с пятнами. Вспыхнувший свет и команда «Руки вверх!» застали его врасплох. Под лучом фонаря замер, обливаясь потом, стоял Виталий Симоненко. Его взяли на месте преступления, в прямом смысле слова с поличным.
Маска сорвана
На допросе, под грузом неопровержимых доказательств, Симоненко раскололся. Его признание было пугающим в своей обстоятельности. Героическая газетная история оказалась грандиозной ложью. В реальности после бани они с Вадимом поссорились, и в приступе ярости Виталий сам ударил друга камнем по голове, сбросив в кювет. Случайная свидетельница заставила его на ходу сочинить басню о спасении, а Вадим, оглушённый и испуганный, её поддержал.
С тех пор в душе Симоненко поселилась чёрная, разъедающая зависть. Он ненавидел Вадима за его успешную карьеру инженера, за красавицу-жену, которая когда-то выбрала не его, за уютный быт и саму ауру благополучия, которой была наполнена их квартира. Это чувство копилось годами, пока не созрел план «окончательного решения».
Он украл шляпу и плащ у Красавина для маскировки. В роковой день, приглашённый в гости, он нанёс Вадиму удар монтировкой сзади. Расправился с детьми, прибежавшими на шум. А затем стал ждать Лидию. Его месть должна была быть тотальной. Самое жуткое — после совершения всех этих злодеяний он чувствовал не панику, а странное спокойствие. Он зашёл на кухню, сделал себе бутерброд и только потом приступил к методичному отбору и упаковке их имущества, как будто законно присваивая себе частицу той жизни, которой так жаждал.
Неотвратимое возмездие и цена, которую заплатил невинный
Суд был скорым и суровым. Виталия Симоненко признали виновным в умышленном убийстве четырёх человек, изнасиловании и краже. Единственной возможной карой в то время был расстрел. Приговор привели в исполнение в короткие сроки.
Еще одной жертвой этой трагедии стал сын убийцы, мальчик-подросток. Травля в школе, где все знали о случившемся, оказалась невыносимой. Не в силах вынести тяжести чужой вины он пытался уйти вслед за отцом. Мальчика удалось спасти, но его детство, как и жизнь семьи Щербаковых, было навсегда разбито.
Как вы считаете, что труднее понять и принять: жестокость расчётливого убийцы или годы лжи и лицемерия человека, который ежедневно смотрел в глаза своей будущей жертве, называя его другом?
Ваш лайк и подписка помогают нам искать новые, интересные дела.
Читайте о других расследованиях на нашем канале, например, об участковом, который ради денег убил семейную пару.