В замок к вечеру прибыло два всадника - новый правитель земель и сын старого правителя, встречавшего их в новом замке дальних земель. Встречал радушно, хоть и небогато - прибыл с отрядом, вот отрядным харчом и угощал, что, впрочем, прибывшим было не впервой на таких трапезах встречаться.
Отряд сопровождения прибывших присоединился к охране замка и все занялись бытом. Кони, сено, зерно, каша, да место для ночлега.
*****
- и как устои здесь? Как люди встретили?
- людям везде порядок нужен. Встретили, как везде - недоверием и вниманием. Понять хотят, что я им принёс.
- как думаешь, задержишься?
- уже здесь. Больше некому пригляд нести.
- и какой герб возьмёшь? Объединишь свои земли рода или новые будут в ожерелье плетены?
- думаю, новые.
- и герб новый?
- да, незачем сгинувший род тащить дальше.
- значит, шипы кончились...
*****
Герб рода носил название "шипы шиповника" и пришел из дальних времён, когда знатный вельможа сватался к знатной наследнице. Была эта молоденькая дамочка единственной поздней дочкой папы крутого и той ещё истеричкой и, при первой встрече, залепила букетом шиповника, врученного ей вельможей, прям по мордасям. Желала она белых цветов, изысканных, а тут ветки с луга, да палец укололи...
Вельможа, о цветах вовсе не думавший, по совету оруженосца своего, впопыхах наломал чего-то цветущего, ибо на рынке дурак кричал о цветах для дам прекрасных, тряся крапивой. А букетов в продаже сроду не было - дурь для народа рыночного. Леденцы были, а цветов - нет.
В итоге, после первого подхода, вельможа удалился с портретом сплошь изодранным и кипением внутри себя. Думал, что всё закончилось, но дряхлый папаня той мадам, доченьки поздней, единственной, этот сюжет узрел и подобрал букет брошенный на пол для воспитания своей капризули. Оходил её впервые от души и наказал жениться без возражений. Или - изгнание с пустыми карманами и без земель. Действие это возымело и два страждущих сердца бились рядом. Невеста большей частью первый месяц стояла при муже, ибо наказание папаши пришлось на ниже талии. А шипы так и не исчезли с шиповника. И память о том так сохранилась, что и герб земель стал "шипы шиповника". Жене хозяина - воспитание, хозяину - наука. А дураку местному - новые сюжеты и о цветах, и - о задах. Уже с колючками. И герб тот состоял из пучка гипертрофированных колючек со скукоженным внутри цветком. Сюжет стал историей и приобрёл сакральный смысл.
*****
- новый герб будет. Я из небесных огней. Так и продолжу. Много разного на небе нам знаки даёт.
- и здесь были знаки?
- были. Звезда сорвалась, когда на земли от замка глядел в первую ночь. И не видел прежде такой - яркая, след чертила в небе долго. Желание можно загадать, а я так и подумал: "всё сбудется". Я сорвался с земли своей на чужую и звезда озарила ночь. ... будет герб новый в ожерелье вплетён.
- рад за тебя.
*****
Утром новый хозяин показывал гостям свои земли. Люди навстречу не кидались, но и не прятались, как раньше бывало. Чуяли силу спокойную. На въезде в деревню стоял столб покосившийся с доской гербовой. Подъехавшие оглядели это неуклюжее творение местного плотника. Доска потрескалась, видать, лепили из сырого дерева второпях. Вырезанные колючки и цветок затянуло мхом и они никак не отражали первоначальную картину и походили, скорее, на заплесневевший гриб, разваливающийся от времени. Один из прибывших ловким ударом боевого топора сбил доску и повязал алую ленту с узором - власть поменялась.
У дома местного старосты их встречали заискивающе улыбающиеся люди - семейство во главе с отекшим жиром отцом семейства - старостой. Улыбки были явно кривыми, глазки - разбегались, а старосту потряхивало от немочи душевной. Подъехавший всадник дал шенкеля коню боевому и тот без задержки воткнул копыто в старосту, улетевшему кулём метров на десять и грузно шмякнул всем телом оземь.
- почему герб старый на воротах, да не ухожен. Надо снять, да ждать указаний. А пока ответ дайте, что за селение, душ сколько, дворы какие и почему один дом богат, а прочие в трухе ютятся!
Шмякнутое тело захрюкало и поползло к всаднику, загребая пыль кафтаном:
- указа ждем о гербе, новый хозяин, да о дворах и говорить нечего, вроде сотня с двадцатью, а как собирать дань, так дюжина и на виду, а прочие погрязли в безделье, да долгах.
Всадник прикусил губу, разглядывая старосту:
- а жир твой висит, это от бездельников нарезал или обобрал до нитки, кого мог?
Вокруг начал народ собираться, вслушиваясь в речи нового хозяина и настроение у них совсем не миром расходилось. Сопровождавший хозяина нового всадник обернулся к толпе:
- почин любой судом решается теперь, или словом хозяина нового. Кто на смуту кликнет, иль грабить пойдёт - так палач новый подготовлен. Спуску не будет. Прощения тоже. Рядиться меж собой - не стоит, сами разберёмся. Дома жечь, да грабить - плаху обнять. Идите, дел невпроворот, новые правила глашатаем донесём.
Возрастной всадник - новый хозян, нахмурился:
- ты, сын мой, людей конём не топчи. И свои желания на них не перекладывай. Что нам решать - без шума решим, что всем показать - на толпе объявим.
Молодой всадник осунулся. Хотел проявить норов, а осекли....
*****
Решили пока алую лерту вязать на столбы. Герб - дело серьёзное, сразу не запечатать на обзор общий.