Автор: Виктор Лазько
Ветер зашевелил бумажкой, лежащей на грязной, давно не знающем воды, асфальте. Закружил и понес по тротуару. Оторвал от дорожки, поднял в воздух и, спиралью кружа, начал играться, раскачивая из стороны в сторону, поднимая и опуская. Наконец, швырнул в лежащую кучу мусора возле переполненного бака. Ветерок стих. Устал от работы, отдыхает, а вдоль тротуаров и домов, валялись брошенные банки, бумаги, пакеты, создавая вид грязного неубранного города. Дома зияли провалом выбитых окон. Двери подъездов и магазинов были настежь открыты, некоторые сорваны с петель. Ветер и с ними пытался заигрывать, но ничего не получалось, и он бросил на старение, сорванные с петель, массивные двери. Тишина. И только нарушали покой порывы ветра, звенящие по асфальту пустые жестяные банки и скрип, разгоняемых ветром, металлических дверей. В зданиях не было ни души. Магазины были открыты, прилавки переполнены разнообразными продуктами питания. Все они, от готовой продукции до полуфабрикатов, были упакованы в обтягивающую прозрачную полиэтиленовую пленку, расфасованы для скорейшего употребления. На витрине стояли, припавшие пылью, игрушки, выражение лиц которых кричало: «Купите нас, мы брошены! Никому не нужны!» Рядами на стойках висела готовая одежда, обёрнутая так же в пакеты, предохраняющие от загрязнения. Ветер в такие помещения ворваться не смог и поэтому здесь всё было на своих местах, как-будто, человек, только что покинул это место, и если бы не кучи мусора в углах и слой нетронутой пыли на полу, можно было бы провести одну-две минуты в ожидании продавца и покупателя. Но весь товар и комната увешены густой и длинной, напоминающей рыбацкие сети, паутиной. Всё это говорило об отсутствии живых существ, и даже паутины были без пауков. Они, видно, тоже покинули этот мир.
На улице стукнула дверь и заскрипела, отходя в исходное положение. Да нет, это порыв ветра. Баловень играется с предметами на пустынных улицах города. То, собирая в кучки отходы человеческого общества, то, перевернув мусорную корзину, разбросает весь мусор. Один! Один ветер – живое существо, носится туда-сюда, от безделья гоняет по дорогам пустые пивные банки, вспоминая футбольные матчи, когда можно было порывом своим отвернуть, летящий в любимые ворота мяч, или, неожиданно, сорвать с головы, гордо идущей дамы, шляпу и смеяться, глядя, как она, с детской наивностью, пытается её догнать. Люди. Скучно стало в покинутом городе. Где же все живое? Кануло в лету? А, нет. Вон за поворотом мелькнула тень. Куда же ты? Вернись! Да нет, это большой кусок тряпки, забытый хозяйкой, болтается на ветру. Когда-то это была простынь, а сейчас обтрёпанная серая тряпка, висящая на веревках для сушки белья. Безмолвное молчание, гнетущая безжизненная тишина, не нарушаемая жизнедеятельностью человека. Почему она пустынна? Может, я сплю? А если ущипнуть себя, говорят, можно проснуться. Ущипнул. Не проснулся. Значит, не сплю. Тогда, что же происходит? Всё это в действительности? Не сон? И я стою на опустевшей, опустошённой Земле, окружённый безжизненными строениями, среди многочисленных отходов рук человеческих. Что оставил человек после себя? Грязную землю. Заброшенные дома. Неухоженные фасады зданий. И мусор, везде, куда проникал взгляд, мусор, разбросанные помятые банки, бумага, бытовые отходы. До чего же дошло человечество, если, покинув, оставило после себя неухоженное место. Чем они здесь занимались? Почему получился такой беспорядок? Мысли. Да, конечно, очищение души и тела от пороков, грязи и возмездия, это хорошо. Но начинать, нужно было, изнутри своей души, а заканчивать окружающим миром. Видно, до этого дело не дошло, а узнать об очищении души можно только по делам, делающим телом человека. И где теперь оно? Человечество, где ты?! Че-ло-в… земля содрогнулась, зашаталась. Грянул раскатисто гром. Что же это происходит? В глазах сверкнула молния так, что стало больно. Открыл глаза. На душе холодок одиночества. Один на всём белом свете. Не с кем переброситься словом. За окном гремит гром и идет сильный дождь. Ливень. Молния пронизывает небо от края до края. Подошёл к окну. Вода заливала оконное стекло, так, что ничего не просматривалось. Посмотрел на часы. Четыре часа десять минут. До утра ещё далеко. За окном заурчала подъезжающая машина. Фары осветили мокрое от дождя стекло и потухли. Странно. Было пусто, откуда взялась машина? Раздался удар, захлопывающейся в подъезде, двери. Интересно, кто-то ещё есть, кроме меня. Оказывается, я не один. Стук в дверь.
- Входите.
Душа - ты всё скучаешь?
Тело - Да, нет. Проснулся и займусь делом.
Душа - Лучшее дело, это там, на улице. Когда делаешь все, что тебе
вздумается и нет ограничений, нет тупых наставлений. Сам себе
предоставлен. Контроль закончился. Идем, я тебе покажу приятные
места на улице.
Тело - я тебя не знаю. Кто ты?
Душа - Душа твоя. Ты этого еще не понял?
Тело - разве может душа быть отдельно от тела?
Душа - конечно, еще как может. И очень даже неплохо выгляжу.
Тело - а, как же я? Без души… тело без души… возможно ли такое?
Душа - как видишь. Души без тел давно на земле обитают и как видим, неплохо
им. Я и тебе предлагаю, пойдем со мной. Вдвоем нам будет весело.
Тело - земля пустынна, где весело будет?
Душа - я проведу тебя туда, где есть веселье, где можно делать все, что душе
угодно.
Тело - но я тело, а не душа. Будет ли мне приятно?
Душа - конечно, когда мы будем вдвоем, мы будем сильны духом.
Дух - минуточку, вы говорите обо мне, как будто меня не существует. А, я
против таких развлечений.
Душа - и что ты хочешь от этой жизни?
Дух - стремление вперед, к возвышенным целям, к идеалам бессмертия.
Тело - разве такое возможно?
Душа - не слушай его, пойдем я тебе всё покажу, ты попробуешь все прелести
жизни и душа будет довольна.
Дух – тело и душа это единое, но без духа невозможно преодолеть трудные
ситуации.
Душа – а нам и ни к чему трудные, у нас все будет легкое и приятное для тела
и души. – Обращаясь к телу, - Ну и так что, идем или нет?
Тело – ладно идем, только быстрее.
Душа и тело покинули помещение. Темными коридорами пробрались к лестнице, и вышли из дома. Улица. Люди стоят в очереди. Один человек разносит консервы. Это является пищей для стоящих в очереди. Люди стоят молча, не толкаются, как это обычно бывает в очередях. Хмурое, нависшее над человечеством, утро давит на плечи, вгоняя в землю. Ранний рассвет обволакивают тучи.
Душа - Смотри, хорошо как вокруг.
Тело – а, что это за люди. Очередь, куда они стоят?
Душа – идем быстрее. Не успеем.
Тело – но очередь…
Душа – мы без очереди… потом расскажу…
Пробегают вдоль очереди. Перед ними открывается вид разрушенного средневекового здания. Опускаются в открытую полуподвальную дверь, возле которой стоит охрана. Проходя по коридору, можно увидеть станки, напоминающие древневековые забытые всеми мясорубки. Проходим дальше. Здесь людей запускают в какую-то дверь, перед которой стоят уже два охранника, одетые в кожаные одежды, украшенные висящими цепями и блестящими металлическими пуговицами.
Тело, к охраннику – что это за задание?
Охранник, хмуро – это завод.
Тело – я вижу, что завод, что здесь производят?
Душа – идем, я тебе потом все объясню.
Тело – никуда я не пойду, - к охраннику – так что это за завод?
Охранник – здесь перерабатываются тела, которые отдали душу.
Тело – кому отдали? Как перерабатываются?
Охранник – на мясо, фаршируют.
Душа, волнуясь, телу – ну идем же… - хватает за руку, тянет.
Тело, вырываясь, - а дальше, дальше что?
Охранник – этими консервами кормят людей, которых видели в очереди.
Тело – а, что это за люди?
Охранник – эти люди отдали свою душу и, теперь, чтобы она не печалилась в них до
времени, её подкармливают человеческим мясом.
Тело, в ужасе – а как же тела… эти люди… они, что… не знают этого.
Охранник – не всё человеку нужно знать, что происходит во круг него, а если тело
оставить на земле, то рано или поздно они найдут друг друга. Соединятся,
а этого допустить нельзя.
Тело – я не хочу туда.
Душа – но мы хотели повеселиться. Вдвоем… с тобой…
Тело – я не хочу туда… - вырывается и убегает. Душа начинает преследовать.
Тело, оборачиваясь: - что это, о… ужас… а-а-а…- а…
Видит страшное чудовище, три головы размещены на широких плечах. Сильные руки пытаются дотянуться, поймать. Тело успевает закрыть одну решетку, но чудовище быстро открывает, следующая решетка поддается еще быстрее. Расстояние уменьшается, сокращается с каждой минутой.
Чудовище – ну куда ты, постой, это я… твоя душа. Я вселюсь в тебя и нам будет
хорошо.
Тело, убегая, в отчаянии – я… я… не-е-е…
Расстояние становится ужасающим. От быстрого бега и борьбы, дыхание учащенное, сердце пытается выскочить из груди. Ноги становятся вялыми, подгибаются и, кажется, падая, летит. Летит в бесконечном потоке воды. Еле успевает хватать ртом воздух. Волны окатывают всего. Мокрый, на водном мотоцикле, в глазах ужас. Оглядывается. Сзади сидит человек.
Тело – а ты еще кто?
Дух – я дух твой. Дух бессмертия и гармонии.
Тело – а, где это.., ну… тот… тот, что за мной… гнался за мной?
Дух – это душа твоя.
Тело – если душа… моя… почему такая страшная?
Дух – это длинная история, я перенесу тебя в заоблачную высь. Там и произошло это.
Спокойная вода, гладь до горизонта, паруса трепещет ветер нашептывая песнь морей.
Тело – это очень интересно? – успокаивается.
Дух – и так, слушай. Было это в далекие времена. Когда на Земле еще не было человека, его думали создать. И так…
Солнечные лучи освещали Землю, согревая, выделяя пар из почвенных слоёв. Пар, поднимаясь, распространялся по всей земле, равномерным слоем, расстилался по поверхности, увлажняя полезный для растений, грунт. Так происходило орошение земли. Орошение плодородного слоя почвы, подпитывая растения и деревья.
Шестой день творения был насыщен работой. Создание разумных существ, влекло за собой большую ответственность, за их жизни и дальнейшее проживание. Создание для них питания и пития. Способы передвижения и оседлости, принцип подчинения. Иерархия в любом виде должна существовать и контролироваться. В растительной зоне это подпочвенные, почвенные растения, мох, трава, кустарники, деревья. Все виды знают свое место. Никто не нарушает этот принцип. Принцип создания, принцип общения и равновесия.
- Все на месте, всё готово? – Старец оглядел мир.
- Можем приступать, - подтвердил Эммануил.
- Земля! Произведи душу живую по роду её, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их.
Всё пришло в движение. Под управление помощников, химические элементы, собираясь в частицы, образуют клетку. Следующий процесс работы. Соединение клетки в клетку, где структурные решетки химических элементов должны воссоздать определенную часть тела. То ли это кость, где структурная решетка отличается от остальных и способная самостоятельно воспроизводить жидкость. То ли это жилы, где должна преобладать прочность и эластичность. То ли мышцы, где всегда происходят химические реакции, переходящие в физические процессы. При этом кинетическая энергия обязана с изменяющейся скоростью, переходит в механическую энергию.
Очередной этап работы предполагал соединение образующихся систем в определенный вид по роду его, что и произошло, в качественно-умственном разряде, и было явлено перед старцем.
- Очень хорошо. – сказал Саваоф и продолжил, - сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему; и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею Землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.
Создание себе подобного, риск очень велик. Малейшее отклонение от законов, повлечет непредсказуемые последствия. Любой неправильный штрих и последует изменение структурной решетки, и тогда произойдет невообразимо другое создание. Но именно создание должно соответствовать образу и подобию. Саваоф знал структуру своего тела, знал расположение внутренних органов и, какие и где происходят процессы. Что нужно, чтобы это всё действовало вечно и безотказно. Он создал законы жизнедеятельности, бесконечности, но создание себе подобного пик творческих действий на данном этапе развития. Создание должно отличаться умственной самостоятельностью, осознанным выбором своих действий и грамотным исполнением той или иной работы.
- Эммануил, поднеси, пожалуйста, афар, - указал рукой старец на подножие ног своих. – Мы создадим человека из афара, что бы помнил, кто он и из чего произошел.
Эммануил и Саваоф приступили к работе. Движение рук, стремительно делавшие дело, были целенаправленны, никаких лишних жестов. Молекула к молекуле, клетка к клетке, вырисовывается картина. Скелет-остов человеческого тела, обвивается жилами, обрастает мышцами, прокладывается кровеносная система, лимфатическая система с её придатком, фабрикой лимфы, возникает система капелирования и всё это обвивается, с внедрением в каждую клетку нервной системой для надежного самочувствия и экстренного реагирования всего тела. Процедура заканчивается творением позвоночного и головного мозга. Вся нервная система будет координировать, и регулировать все функции организма в его постоянном взаимодействии с внешней средой.
- Готово! – У седоволосого, ветхого днями старца, по детски заискрились глаза, - теперь вдохнём дыхание жизни и станет он душою живою.
Саваоф положил обе руки на голову, ещё не ожившего человека и губами вдохнул в его губы Своё дыхание. Тело импульсивно дёрнулось. Веки вздрогнули. Лицо приобрело жизненный вид с розовым оттенком щёк. Человек вздохнул, задышал, пошевелился, рука поднялась и потянулась к голове, почесала и, всем мускульным телом, прекрасно сложенного создания, перевернулся на бок, подложив обе руки под щёки. Засопел, уснув крепким сном младенца. Так в тело вдохнули душу и дух стал укреплять, работать над гармонией тела, души и духа. – Дух оглянул окрестности, где пробегали дикие животные и росли чудо-растения, продолжил, - но не все было так гладко, как было в первый раз. Сказочные дни в Отчем доме проходили в радостном общении с Отцом сотворивших, чьи дни протекали в благоухающих местах, пахнущих ароматом медоносной пыльцы. Среди растений и животных, среди мудрых ненавязчивых советов. Среди живых существ, давая возможность накапливать жизненный опыт, вслушиваясь в наставления Создателя. Научаться общению с живой природой, узнавая характер и предназначения каждой вещи и каждого действия, научаясь премудрости, пытаясь предпринимать самостоятельные действия. Но разногласия и противоречия в мыслях человеческих привели к разладу. Нет гармонии, не стало приятных ощущений.
Тело – а, что случилось?
Дух – не торопи… душа решила, что все дозволено и можно делать всё, что захочешь.
Но нас трое и мы должны быть едины. Так было изначально, так должно быть.
Мнений много на земле. И души человеческие решили, что одна из мыслей
должна существовать именно в их исполнении. Они вышли из тела и пошли
гулять по миру. Я пытаюсь уговорить душу войти в тело.
Тело – а что говорит душа?
Дух – приятные желанья ласкают душу на мгновенье, ну а нам троим нужно стремиться
к равновесию души, тела и духа. Рано или поздно это поймут. Душа придет и
будет тебя звать, звать чтобы воссоединиться. Звать будет Сережа-а-а… Сережа-
а-а…
Открыл глаза. Комната, освещенное солнцем привычная картина на стене.
- Сережа-а-а – раздалось за окном.
Саша – Сережа-а-а…
Сережа недовольно – ну что там?
Саша с Олей, дружно – идем с нами…
Сережа – куда? Я спать хочу…
Саша – сколько можно…
Сережа – а,.. куда идти будем.
Оля - Саша предлагает в дельфинарий сходить.
Сережа – что я там забыл.
Оля – на дельфинов посмотрим, они плавают как рыбы.
Сережа – они и так рыбы, я что, рыб не видел.
Саша – ну не хочешь так и скажи. – к Оле, - пойдем. Обойдемся без него.
Сережа – подождите и я с вами, только штаны натяну.
Выбегает на улицу и все дружно на мопедах едут по дороге. Неожиданно появляются мотоциклисты, пытаются Сережу на мопеде сбить, сбросить с дороги. Но им преграждает путь машина, за рулем которой сидел молодой парень. С некоторыми приключениями ребята доехали к своей цели.
Дельфинарий. Бассейн, дельфины.
Оля – я не поняла, кто это был на дороге? Мы могли погибнуть.
Саша – да мало ли на дороге сумасшедших.
Сережа – я не совсем уверен, что они сумасшедшие.
Оля – тогда в чем дело? Кто-то мне сможет объяснить.
Саша – да что тут объяснять. Дураки да и всё.
Сережа – понимаете, как это вам объяснить…
Оля, перебивая, - вот-вот объясни, пожалуйста.
Сережа – последнее время мне снятся загадочные сны.
Оля – удивил, кому сейчас не снятся.
Саша – не перебивай.
Сережа – так вот, сон такой, что я ничего не понял. Мне постоянно снится, что меня
покинула моя душа. И не хочет вернуться.
Оля – какая-то ерунда.
Сережа – ерунда не ерунда, а внутри у меня неспокойно.
Саша – это все можно понять, а причем здесь мотоциклисты?
Сережа – если тела не будет, душа не сможет вернуться. Душе это нужно. Вот меня и
хотели убрать.
Оля – ну раскрутил, как в американском боевике. Ты еще ЦРУ сюда приплети и все
будет окей.
Саша Оле – не надо смеяться, ты на него посмотри.
Оля – а, что на него смотреть. Нужно вечерами дома сидеть, а не ходить по барам.
Сережа – я в бары…
Саша – не оправдывайся, ни к чему. Каждый волен поступать как его душе угодно.
Сережа – но у меня как раз и нет души. Или вы забыли, она ушла… ушла и у меня
сейчас состояние такое, как будто пустота внутри.
Оля – и что ты намерен делать?
Сережа, задумался, - не знаю.
Оля – а моя мама рассказывала, что душа человека никуда не уходит. Она переходит в
дельфинов. Посмотрите какие они сильные и красивые.
Саша – ну а дух?
Оля – что дух? А дух, дух уходит в море, живет там. А когда ему что-то не нравится, он
начинает возмущаться, волноваться, перерастая в шторм. И ещё она говорила,
что есть у неё подружка, гадалка, которая может поговорить по душам.
Саша – ему в горы надо, только там можно приобрести покой и гармонию души и тела.
Оля – что ты понимаешь. Душа это женское дело. Ну что, идем?
Сережа – так и идем к ней. Ты знаешь где она живет?
Оля – конечно знаю, здесь недалеко.
Выходят с дельфинария и улочками продвигаются к намеченной цели. Перед ними открылась чудесная панорама.
Летнее солнце осветило покрытый золотыми пластинами купол здания. Желтый отблеск запрыгал, перебирая пластины, искрами осыпая окружающую природу. Желтый луч сонно скользнул вниз, осветив резные ставни окон, выкрашенные в разноцветные тона. Лениво пробежался по карнизу и остановился на дубовой двери с бронзовыми львами - ручками, в место глаз, у которых, были вставлены гранатовые камни.
Массивная дубовая дверь открылась очень легко, без скрипа. Войдя во внутрь, можно было увидеть небывалую красоту старинных вещей и картин, но освещалось помещение не очень яркими лампами. Картина, открывшаяся перед глазами, была очень даже удивительна. Внешне здание выглядело очень красиво и ухожено, окутано голубовато - синим светом. Создавалось впечатление принадлежности к созерцанию проявлений нежных форм. Внутри же вид был совсем другой и, если бы не вещи, сделанные мастерами прошлых лет, и не картины, написанные приятно - невыцветающими красками, можно было бы подумать, что здесь не ступала нога человека со времен Армагеддона.
Открыли, и очень легко, дубовую дверь с узорами - фресками, вошли в помещение. Застоявшийся воздух мешал рассмотреть вокруг. Полумрак подслеповатыми глазами выискивал, удостоенные внимания, вещи. Привыкнув к полумраку, медленно начали продвигаться вперед. Подошли к дверям. Открыли. В комнате, за столом, сидела женщина. Не поднимая головы спросила:
- вы по душу? Это ко мне. Заходите.
Ребята, заикаясь, - да вот… у нас… - прячась друг за друга.
Женщина – вам нужно успокоение души и тела, тогда пройдите в комнаты и выберите,
что вам ближе по духу.
Вытесняя и толкаясь выскочили. Перевели дух.
Саша – ну ведьма.
Оля – женщина как женщина.
Саша – да не скажи.
Сережа – перестаньте, разболтались. Идем что ли?
Первый зал, увешанный картинами и массивными, позолоченными, с хрустальными сосульками, светильниками, остался сзади. Впереди неизвестная темнота. Где - нигде просачивается свет в общий темный коридор, в котором и очутились. Подошли к освещенному окну, похожего на дверной проём. Заглянули во внутрь. В слабом свете не яркой лампочки, висевшей, по непонятной причине, ниже голов человеческих, увидели множество людей, сидящих за столами и что - то изучающих. Преподаватель стоял в темном дальнем углу комнаты и не было слышно, что он говорит. Посмотрев немного, пошли дальше. Следующее окно-проем было метров через несколько, от любопытства заглянули и сюда. Увидели точно такое же помещение, освещенное яркой и, находящей очень высоко над головами большого количества людей, сидящих за столами, но не на стульях, как в первом помещении, а в креслах, лампой, с ажурным абажуром. Люди не записывали, а запоминали, что говорит им учитель, стоявший перед ними, и, глядя в лица, изучая кто, что понял из его повествования. Комната была увешана простенькими коврами. Сразу же перед входом была лестница, ведущая в нижние помещения. От нечеловеческого желания узнать, что же там есть, опускаются по вертикальной лестнице, попадают в помещение, освещенное стоявшими на каждом столе, свечками. Людей было очень много и в такой темноте можно было видеть только горящие свечи, по которым и определили количество людей. У каждого человека на столе лежал листок с текстом, который они учили. Преподаватель ходил между столами и наблюдал, чтобы никто не успевал отрываться. Поднявших голову, он ударял по затылку указкой. Человек сразу наклонял голову и бормотал написанный текст. Эта картина поразила ребят и они стремительно поднялись вверх, в темный коридор и продолжили исследование его помещений. В следующем окне они ничего не увидели, и пришлось посветить самим. Увидели лестницу, ведущую в низ. Опустились, что заняло некоторое время. На конец достигли каменного пола. Перед ними открылась странная картина. Большое количество людей, стоявших на коленях, повторяли то, что говорил учитель, который стоял посреди зала. У него, и только у него была в руках единственная свечка, освещающее его бледно-сероватое лицо, с измученной улыбкой, выражающее испуг, удивление и желание все бросить, но уже не в состоянии сделать это. И здесь на них никто не обратил внимание, и ребята спокойно поднялись на верх, и начали продвигаться к выходу, с одним желанием, скорее увидеть настоящий луч солнца и вдохнуть полной грудью свежего воздуха. Пройдя в обратном направлении весь коридор и, легко открыв дверь, обрадовались порыву летнего ветра, зеленым деревьям. С удовольствием подставили лица ласковому нежному солнцу, которое, как бы поглаживая, окружало в море желтых дневных лучей.
Немного успокоились. Все осталось позади. Но тут послышались удары. Оглянувшись, увидели человека, сидящего под гранитной стеной здания. Из разбитой губы у него текла кровь, взгляд был туманно-безразличен и направлен в глубь самого себя. Отрешенные глаза смотрели в одну точку. Перед ним стоял его преподаватель, странно жестикулируя руками, что-то говорил. Голос его срывался на крик, переходящий в истерику.
Сколько бы продолжалось такое стояние на одном месте, с изучением этой картины, если бы не скрип тормозов. Оглянулись. Увидели полугрузовой автобус. За рулем сидел средних лет водитель и показывал человеку в форме какие-то документы. В кузове автобуса, в ряд, как оловянные солдатики, сидели люди. Желто-восковые их лица уже не выражали никаких идей. Открытые глаза полностью были покрыты пеленой тумана, так что, казалось, они ничего не видят, или им было все безразлично.
Человек в форме отошел от машины, которая, вздрогнув, беззвучно и медленно, тронулась с места, и, не набирая скорости, начала удаляться, пока совсем не скрылась из глаз.
Стоявшие как завороженные, дети очнулись от этого всего, и пошли, побежали вперед, по дальше от этого здания, по дорожке залитой лучами обеденного солнца. По бокам дорожки росли невысокие ветвистые деревья, в которых гнездились певчие птицы. Ветерок гулял в кронах, то, разгоняясь, то, останавливаясь, сбрасывая ненужные листочки к ногам бежавших детей.
Наконец, переводя дыхание, остановились.
Оля – что это было?
Сережа – не знаю, но что-то страшное.
Оля – как мама с ней беседует по душам? Это просто ужас!
Саша – из всего этого я понял, что и здесь, как и в твоих снах, забирают души.
Сережа – да, но это у меня всё происходит во сне, здесь же наяву.
Саша – я всегда говорил и говорю сейчас, нужно идти в горы. Там и только там можно
найти равновесие духовное.
Оля – опять ты со своими горами, надоело.
Саша – надоело или нет, но нам придется идти в горы. Идти втроем, потому что и
среди нас нет согласия.
Оля – ну, ладно, куда от вас денешься, идём.
Они вышли на дорогу, ведущую в горы и медленно пошли, размышляя о виденном.
Скрип тормозов отвлек внимание. Возле них затормозила машина марки «Газель». На боку машины было красочно написано «Каскадер-фильм». Дверь открылась и оттуда послышался необычный голос: «Ребята, садитесь, вы явно в горы, я подвезу».
Саша – откуда знаете что в горы, у нас нет ни снаряжения, ни формы.
Голос из машины – садитесь, садитесь, я тоже туда еду.
Ребята сели в машину. Прижались друг к другу. Машина медленно тронулась с места и, набирая скорость, побежала по трассе, вперед в будущее.
Водитель - я еду тоже в горы. Мы там фильм будем снимать. Если вы заметили, на
борту машины написано «Каскадер-фильм».
Саша – и какой фильм вы снимаете?
Водитель – с участием каскадеров. Если хотите и вы можете подключится к съемкам.
Оля, заинтересовано, - разве это возможно?
Водитель – у нас всё возможно, пишите сценарий и приходите. Спросите меня. Потом
и договоримся.
Оля – а как вас звать?
Водитель – меня зовут Василий Иванович…
Голос заглушил рев мотоциклов. Сережа испуганно наблюдал за ними.
Сережа – это они… они меня… хотели сбросить с трассы… - заикаясь от испуга.
Саша – что им от нас нужно, и увидели же в машине. – К водитель – а, нельзя ли как-
нибудь оторваться от этих мотоциклистов.
Водитель – а, что случилось, ребята?
Саша – да, понимаете, они сегодня нас чуть не сбили.
Водитель – этого не может быть!
Оля – может, ещё и как может.
Сережа – почему не может?
Саша – кто это, вы их знаете?
Водитель - да это «духи», они доставят наши тела к месту назначения.
Сережа – какие духи,- испугавшись.
Водитель – группа каскадеров на мотоциклах, мы их называем «духами».
Мотоциклисты выстроились в эскорт. Так и приехали к подножию горы.
Водитель – ну вот и приехали. Мы по делу, а вам немного в сторону и смотрите,
осторожно, горы ошибок не прощают, и шалости тоже.
- Спасибо – дружно ответили и начали восхождение.
Приходилось преодолевать склоны и небольшие препятствия.
( звучит музыка и проговаривается стих.)
В горах враги становятся друзьями,
Связав судьбу, едиными узлами,
И дух горы и дух пещер поправ,
Ты понимаешь, не всегда был прав.
Идя тропою горною, меж скал,
Преодолев порывы ветра, шквал.
И на вершине голову подняв,
Ты понимаешь, не всегда был прав.
На высоте горы, на высоте небес,
Ты видел много на земле чудес.
И тело, душу, дух соединив во нрав,..
Пришло в сознание, когда же был ты прав.
Оля – я не могу, устала уже.
Саша – потерпи, немного осталось.
Оля – я и немного не могу. Ноги болят, а нам еще возвращаться нужно.
Саша – Оля, ты должна понять такую мелочь. Человеку нужно помогать даже в малом, при
этом не обращая ни на что внимание. Сереже нужна наша помощь, и, именно, в
горах мы ему сможем помочь.
Оля - Я все это понимаю, но усталость преодолеть невозможно. Я еле передвигаюсь.
Саша – ты посмотри на Сережу, на нем лица не было, а теперь стал отходить от своей
болезни. Повеселел. Разве это плохо, помогать человеку. Друзья познаются не
только в беде, а и в горах.
Оля, хватаясь рукой за очередной куст, – Саша, ты меня так уговариваешь, как-будто я
ничего не понимаю. Я всегда хотела стать свободной, а приходится выполнять то, что
совсем и не хочется, из-за того, что просто надо.
Саша, подталкивая её ближе к, впереди идущему, Сереже, – свобода всегда должна
подразумевать ответственность, ответственность за свои слова и поступки, за людей,
за друзей, вот что такое свобода. Человек свободен в выборе того или иного
поступка, но не свободен от ответственности. И это в душе он обязан пронести
сквозь всю жизнь.
Оля, с сарказмом – и почему ты такой грамотный. Где ты взялся на мою голову. Всё знаешь.
Все понимаешь.
Саша – люди познают только то, что они хотят понять. Я пытался понять многое и поэтому
есть кое-какие знания.
Оля – и поэтому ты сейчас занялся нравоучением. Мне этого хватает дома.
Саша – я хочу лишь одного, чтобы мы помогли Сереже найти себя, не растерять то, что он
имеет. Объединить душу, дух и тело в единый организм, в целостное, неделимое.
Оля – ладно, хватит, я ведь не против, согласна и, поэтому, пошла с вами. Поможем Сереже,
может у него все с душой будет в порядке. Давай догоним его, поможем, уже начался
более крутой подъем.
Оля и Саша прибавили шаг, пытаясь догнать, впереди идущего. Склон горы поднимался и пропадал далеко за верхушками деревьев. Поравнялись с Сережей.
Сережа - вы знаете, я и не думал, что в горах так хорошо. Прекрасно. Да и жить
хочется. – Его нога, цепляясь за что-то, скользит и, не удержав равновесия,
падает, катится, набирая скорость. Ударяется об один камень, другой. Где-то
должно быть спасительное дерево. Ах, вот оно. Можно схватиться,
удержаться, остановить безумное падение. Удар пришелся в лобовую часть
головы. Наверное, набил шишку и побаливает. Поднял голову. Глазам
открылась интересная картина. Небольшая комната. Кровати. Подходит
девочка.
Девочка – мальчик, ты что так крепко спишь, что не услышал как упал. И почему ты
кричал? Тебе, наверное больно? Тебя как зовут? Меня зовут Оля, а тебя? –
одним дыханием выпалила, как комментатор на футбольном матче.
Сержа – я знаю как тебя звать…
Девочка – ты не можешь знать, потому что приехал в лагерь вчера очень поздно и сразу
уснул. Мы не успели познакомится. Так что вставай и будем знакомится. –
скороговоркой запричитала.
Сережа, не понимая, что происходит – я что-то не пойму. Мы уже были в горах, а ты
говоришь, не знакомы.
Оля – когда успели бы, если вечером все только стали съезжаться в лагерь. Так что
будем знакомы, меня зовут Оля, я из Симферополя, а это Саша – он из Харькова.
Саша – я Саша, а тебя?
Сережа, недоуменно, - Сережа,.. – потирая ушибленную голову.
Саша – болит?
Сережа – еще и как, все-таки не понял, как я упал.
Оля – наверное сон дурной приснился, не переживай. У меня есть здесь тетя знакомая,
она работает в музее в городе, она может сны разгадывать, время будет, сходим,
и она расскажет тебе обо всем.
Сережа – неплохо было бы его еще запомнить.
Саша – и, о чем сон, если упал, то наверное, от кого-то убегал?
Сережа – о душе, как она пытается покинуть мое тело.
Оля – не переживай, нам всем здесь такие сны сейчас снятся. Мы все готовим такие
сценарии, поэтому ты не сделал в этом открытие. И, наверное, некоторым снятся
еще хуже сны, чем тебе.
Сережа - Но у меня душа улетела….
Оля, перебивая, - душа… подумаешь, у всех душа. А, вот мама моя рассказывала, что
души, которые покидают тело, вселяются в рыб, животных и потом скита…
Саша – эй, душа, прекрати, подумаешь мама,.. а, если это неправда, тогда что?
Оля – что ты понимаешь, душа – это женское дело…
Сережа – как ты её назвал? Что ты сказал?
Саша – да, так ничего…
Сережа – и все-таки…
Саша – я просто сказал, душа – перестань, прекрати разыгрывать. Я что-то не то сказал.
Сережа – теперь я понял! Когда душа перестает вести себя неправильно, тело
приобретает счастье.
Саша – эх вы, души мои, бежим на причал, а то Василий Иванович, наверное, устал нас
ждать. Сегодня насыщенный день. Съёмки сценарий, горы… бежим быстрее-е-е.
Эхом отозвалось море. Смеясь и переговариваясь, дети побежали к пирсу, где стояла, ожидая своей очереди в программе отдыха, яхта.
Море, штиль, яхта, ветер шаловливо играет в натянутых парусах.
День первый.
05/08/2004.