В декабре 2016 года в полицейский участок двое здоровенных полицейских завели маленькую сгорбленную старушку: её поймали на выходе из супермаркета Walmart а кражу продуктов общей стоимостью восемьдесят шесть долларов. Дежурный офицер со скучающим видом стал заполнять протокол, пока не дошел до графы «имя задержанной». А звали ее Дорис Пейн. Полицейский поперхнулся. Та самая Дорис Пейн? Женщина, которая полвека терроризировала ювелирные салоны по всему миру и украла драгоценностей больше чем на десять миллионов долларов?
И да, это была именно она. Только теперь вместо бриллиантовых колье эта восьмидесятишестилетняя леди стащила консервы и макароны.
Тотальная нищета
История Дорис началась в октябре 1930 года в Слэб Форк, крохотном шахтёрском посёлке, который не всегда можно было найти на картах Западной Виргинии. Семья ютилась в однокомнатной фанерной лачуге, где пятеро детей мёрзли под дырявой протекающей крышей. Отец был неграмотным чернокожим алконавтом и сутками гнул спину в шахте за мешок картошки и бутылку дешёвого виски. По выходным, когда алкоголь окончательно затуманивал его рассудок, он любил поколачивать жену-индианку из племени чероки, красоту которой не смогла уничтожить даже беспросветная нищета.
Маленькая Дорис мечтала вырваться из этого ада вместе с матерью и братьями. Но Великая депрессия не оставляла им даже крохотного лучика надежды: плохо было повсюду, а у темнокожей семьи шансов на лучшую жизнь не имелось вовсе.
Девочка росла, превращаясь в настоящую красавицу: длинноногую метиску с миндалевидными глазами и кожей цвета кофе с молоком. Единственной отдушиной для нее стал кинематограф – мама отпускала дочь в кино за хорошие оценки. Там, в тёмном зале, наблюдая за актрисами в сверкающих украшениях, шестнадцатилетняя Дорис приняла твёрдое решение: она станет звездой Голливуда. Или хотя бы будет жить так, словно уже ею стала.
Неслучайная случайность
Окончив школу с отличием, Дорис получила от матери небольшую сумму денег с правом самостоятельно выбрать себе подарок. Девушка, конечно, помчалась в магазин бижутерии – там продавались позолоченные часики, о которых она грезила уже несколько месяцев. Продавец позволил ей примерить желанную вещицу, но тут в лавку вошёл белый покупатель.
Законы в то время были беспощадны: чернокожие не имели права находиться в одном торговом пространстве с белыми американцами. Продавец побледнел, а Дорис в ужасе выскочила на улицу – и только на полпути домой обнаружила, что на запястье всё ещё тикают те самые заветные часы.
Первая кража Дорис получилась абсолютно случайной. Но она открыла девушке глаза: в стране, где ей запрещено даже покупать товары наравне с другими людьми, воровство может стать ее единственным способом вырваться наверх.
Следующие несколько лет Пейн оттачивала мастерство на мелочах. Девушка без конца совершала автобусные поездки в Кливленд, отиралась в дешёвых супермаркетах, тащила из лавочек одежду и недорогие украшения. Краденое уходило подругам за гроши, но этих грошей хватило на переезд в Питтсбург. Там Дорис устроилась ночной медсестрой в больницу, но работа была ее прикрытием, в то время как настоящим делом стало воровство, причем далеко не по мелочи.
Рождение схемы
В 1952 году один из фешенебельных ювелирных салонов зашла элегантная мулатка в дорогом платье. Её осанка, манеры и властный голос моментально убедили продавцов, что перед ними была невеста влиятельного адвоката, выбирающая обручальное кольцо. Дорис примеряет украшение за двадцать тысяч долларов, отвлекает ювелира светской беседой и в этот момент ловко прячет кольцо в складках юбки. Затем произносит фразу, ставшую её визитной карточкой: "Я подумаю до вечера" – и спокойно покидает салон.
На следующий день она продаёт бриллиант в ломбарде за семь тысяч. В пересчёте на сегодняшние деньги — шестьдесят пять тысяч долларов. И такие колоссальные деньги она заработала всего за один вечер!
Схема оказалась гениальной в своей простоте. Дорис быстро поняла: люди видят то, что хотят видеть. Дорогое платье, безупречный английский, уверенная легенда о богатом женихе – и все подозрения мгновенно отключаются. Пока продавец зевал, её ловкие пальчики споро обстряпывали очередное дельце делают своё дело.
За год Пейн заработала на домик в пригороде, куда перевезла любимую мать. Медсестрой она быстро перестала работать – зачем, если доход от краж позволял юной женщине носить платья от кутюр, ездить с личным шофёром и регулярно отдыхать на Кубе? Матери она рассказывала про щедрых любовников. Что, впрочем, тоже было правдой.
Партнёр по преступлению
Одним из таких любовников стал Гарольд Бронфельд – еврей-ростовщик с обширными связями как в судебной системе, так и в криминальном мире. Он быстро просек, откуда у его пассии такие деньги, и вместо того чтобы ужаснуться, предложил сотрудничество. Гарольд спонсировал путешествия Дорис по всей Северной Америке: от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса, а затем скупал краденое через своих людей.
В 1957 году он спас её от тюрьмы. Дорис схватили с поличным в Филадельфии, но присланные Гарольдом адвокаты развалили дело так искусно, что обвинение просто рассыпалось в пух и прах.
У парочки даже родились двое детей, но официальный брак так и не был заключен. В конце шестидесятых Дорис настояла на том, чтобы дети остались с отцом, так материнство и быт привлекали ее в последнюю очередь.
"Я регулярно посылала родным чеки, которые обеспечивали им безбедную жизнь. У меня в собственности было четыре дома, включая настоящий кирпичный особняк, о котором я мечтала с детства. Но я не была создана для материнства и быта! Женщина, которая ворует драгоценности по всему миру, не проводит много времени на одном месте", – расскажет она годы спустя.
А тогда, в конце шестидесятых, Дорис приняла решение: в США оставаться слишком опасно, так что пора покорять Европу.
Европейское турне
Дорис начала с Италии, Австрии и Швейцарии. К каждой поездке готовилась она как к спецоперации: новое имя, поддельные документы, продуманная легенда. За всю жизнь она использовала тридцать два псевдонима и девять паспортов.
В 1974 году Пейн обосновалась в Париже. Несколько месяцев она жила как аристократка: просторная квартира на Елисейских Полях, скачки, рестораны, театры. Она тратила деньги так, словно они никогда не закончатся. Впрочем, для неё по сути это было правдой – стоило капиталу подтаять, как Дорис отправлялась на новое дело.
Вдохновившись фильмом Альфреда Хичкока "Поймать вора", она поехала в Монте-Карло, где располагался бутик Cartier. Притворившись женой владельца судоверфи, Дорис провернула операцию по своей отработанной схеме и украла бриллиантовое кольцо в десять карат стоимостью полмиллиона долларов.
Из магазина она помчалась прямиком в аэропорт, но совершила роковую ошибку: забыла переодеться. Жандармы быстро вычислили и задержали её. Начались обыски. Один, второй, третий: полицейские буквально вывернули Дорис наизнанку, но кольца так и не нашли.
"Ещё в аэропорту я вынула камень из оправы, а когда меня схватили – притворилась, что у меня насморк, и спрятала кольцо в салфетки. Затем, отпросившись в туалет, с помощью украденных у охранника иголки и нитки я вшила бриллиант в край юбки. Ситуация была патовая! Полицейские не могли найти у меня кольцо и свирепели от того, что не могут официально задержать меня за преступление, потому что не могут доказать мою вину".
Дорис поместили под домашний арест в отеле при аэропорте. Но она разыграла приступ астмы настолько убедительно, что правоохранители отвезли её в больницу. Оттуда воровка выпрыгнула из окна туалета, поймала попутку и вернулась в Париж, а затем благополучно направилась домой, в Кливленд. Естественно, с бриллиантом. Она продала его за сто сорок восемь тысяч долларов и несколько лет жила тихо, наслаждаясь своей победой.
Последний европейский вальс
Но страсть сильнее благоразумия. Накануне своего пятидесятилетия Дорис снова отправилась в Европу. За одну неделю она посетила четыре города – Рим, Милан, Женеву и Цюрих – и украла драгоценностей почти на миллион долларов. Подвеска и кольцо Bvlgari, часы Van Cleef, россыпь камней от Garrard & Co. Удача так вскружила ей голову, что она нарушила собственное железное правило: никакого алкоголя во время «работы».
В Цюрихе её арестовали за кражу часов Rolex. Полиция посадила Дорис в поезд, направлявшийся в Женеву, где находилось американское посольство. Сопровождающие расслабились: куда денется пятидесятилетняя женщина из движущегося поезда?
Дорис попросилась в туалет и выпрыгнула из окна на полном ходу. Сломала ногу и несколько часов ползла по кукурузному полю, пока не наткнулась на крестьян. Те, не подозревая ничего, отвезли её обратно в Цюрих, откуда она сумела выбраться из страны.
После этого Пейн навсегда покинула Европу: слишком уж много шума там было лишней шумихи.
Закат легенды
Следующие двадцать лет она работала в США, но о крупных кражах с её участием никто не слышал. Возможно, Дорис стала осторожнее, но может ей просто повезло: точно никто не знает.
В 1999 году семидесятилетнюю воровку впервые приговорили к реальному сроку – она получила двенадцать лет за кражу кольца. Но из-за возраста отсидела лишь пять из них. Выйдя на свободу, она заявила журналистам, что покончила с воровством навсегда.
Но в 2011 году снова села. Снова на пять лет. В 2013-м вышла досрочно за примерное поведение – и оказалось, что она полностью разорена. Особняк мечты отобрали из-за проблем с законом, на счетах ее было пусто, драгоценностей тоже не осталось.
Куда ушли все те безумные миллионы, которые она… мммм… получила? Большая часть денег была истрачена на реабилитацию сына-наркомана и на благотворительность: Дорис жертвовала крупные суммы онкологическому госпиталю, где пытались спасти её мать.
Оказавшись на мели, она согласилась на съемки документального фильма о своей жизни. Именно там прозвучала фраза, ставшая её девизом:
"Я не жалею, что воровала драгоценности. Я жалею, что меня поймали".
На гонорар от съёмок восьмидесятилетняя Дорис переехала в Атланту и сняла скромную квартиру. Круг замкнулся: от нищеты через роскошь она вернулась обратно в нищету.
Последняя кража
Тринадцатого декабря 2016 года восьмидесятишестилетняя Дорис Пейн вынесла из супермаркета Walmart продуктов на восемьдесят шесть долларов. Нашли её элементарно: после предыдущей кражи золотых серёжек она находилась под домашним арестом с электронным браслетом на ноге, который фиксировал все ее перемещения.
Во время суда Дорис под присягой поклялась, что больше никогда не будет воровать. Только эта клятва спасла её от очередного тюремного срока.
Сейчас Дорис девяносто лет. За свою жизнь она украла драгоценностей чуть больше чем на десять миллионов долларов. Она обманула сотни ювелиров, сбежала из-под ареста как минимум четыре раза, прожила десятки жизней под разными именами и до сих пор остаётся легендой американского криминального мира.
"Обещаю, что с воровством покончено, – заявила она во время интервью. – Оставшееся время я хочу посвятить написанию автобиографии. Недавно мне предложили снять фильм про мою жизнь. Если это случится, все полученные деньги я мечтаю отдать в благотворительный фонд, который помогает брошенным детям".
Женщина, которая всю жизнь воровала, теперь хочет отдать свой долг. Возможно, иногда ее всё-таки мучает совесть – но это неточно :)