Меня зовут Яна.
Сейчас, по версии части зрителей, я «скитаюсь между странами».
С чемоданом. Без якоря. Почти кочевница.
А когда-то я была самой обычной девушкой с самой обычной жизнью.
Квартира в центре рабочего города. Город — заводов, труб, фабрик и вечной спешки. Новосибирск.
Жизнь по расписанию. Планы «как у всех». Ощущение, что так будет всегда.
Когда иллюзии заканчиваются резко
Потом жизнь треснула. Не постепенно — а как стекло, по которому ударили камнем.
Вместе с детством, с верой в стабильность и с мыслью «если стараться, всё будет хорошо».
У нас с первым мужем был бизнес. Маленький, живой, нервный — как всё, что держится на людях, а не на системах.
Потом он начал гулять. Деньги уходили не туда. Внимание — тоже.
Любовница оказалась не абстрактной, а вполне материальной — работала у нас же продавцом.
Бизнес после этого не умирает сразу. Он сначала кашляет. Потом задыхается.
Нам отказали в аренде павильона на центральном рынке. Почему — уже не вспомню. Тогда это казалось концом света.
Попытки удержаться на плаву
По старым знакомствам — музыкальным, случайным, человеческим — удалось поставить точки с фруктами в центре города.
Но фрукты — продукт капризный.
Гниют быстрее надежд.
Нам это стало неинтересно.
Жизнь уже разваливалась, а держать декорации не было сил.
И тогда я впервые решила вытаскивать себя, а не «нас».
Тело как первый якорь
Я начала худеть.
Не из глянца — из отчаяния.
Сдала на права. Купила вишнёвую «девятку».
Вождение не зашло — бывает. Не всё в жизни должно стать судьбой.
А вот вес уходил.
Настолько, что друзья-музыканты встречали меня и смеялись:
— Яна, ты скоро растаешь.
Это было единственное, что тогда реально получалось.
Дно — не метафора
Через полтора года слёз я ушла от мужа.
Он бы не ушёл никогда — мужчины редко меняют удобные конструкции.
А дальше начался самый тяжёлый период.
Институт не закончен.
Бизнес — мёртв.
Денег — нет.
Работы — тоже.
Были ночные смены в киоске.
Биржа труда.
Случайные заработки.
Были мужчины, которые помогали — не из сказки, а из реальности:
кто-то приносил сумку продуктов,
кто-то звал поесть горячее в ресторане.
Не романтика. Выживание.
Когда еды нет буквально
Мы продавали остатки бизнеса: весы, гири, инвентарь.
Ели старый рис, оставшийся от маминой тёти.
После столов, заваленных деньгами, не осталось ничего.
Зато осталось главное — я.
Собрать себя заново
За последние полгода до окончания института я собралась.
Сдала всё. Подтянула хвосты. Закончила.
Это было тяжело физически и морально.
Но именно тогда я поняла:
иногда нужно опуститься на дно, чтобы оттолкнуться.
Со мной так и случилось.
Почему я не боюсь «скитаний»
Поэтому, когда мне сейчас пишут, что я «скитаюсь», — я улыбаюсь.
Я уже знаю, что такое настоящая потеря опоры.
И знаю, что движение — иногда единственный способ не застыть.
Я не романтизирую бедность и не героизирую страдания.
Я просто знаю цену собранности.
Итог
Эта история — не про жалость.
И не про героизм.
Она про путь.
Про то, что иногда жизнь сначала разбирает тебя на детали,
чтобы потом ты собрал себя уже осознанно.
Если вам близки такие тексты — про реальность без лака, про внутреннюю работу и честные выводы — подписывайтесь.
Дальше будет ещё больше разговоров о жизни без иллюзий, но с опорой внутри.
#опора #мотивация #похудение