Если ты государь и хозяин земли, то первейшей твоей обязанностью, после защиты её от врагов и супостатов, является её обустройство и развитие хозяйства на ней.
С самого начала времён русская земля граничила с Диким полем, по которому кочевали воинственные племена скотоводов. Они, то нахлынивали волной на русские поселения, то отступали. Дикое поле было опасным местом, но с течением времени Русское государство постепенно успокаивало кочевников, и, наконец, пришла пора для освоения этих территорий и включения их в состав русских земель.
Для начала стали строить пограничные города и крепости, а потом и заселять эти земли переселенцами, раздавать земли под обустройство Детям боярским и служилым людям. Во время правления царя Алексея Михайловича был издан Указ от 18 ноября 1648 года «О дозволении людям Северских и Польских, то есть, степных городов давать грамоты на поместья и дикие поля, без посылки отказных книг в Москву, если нет спора». Этот указ бы вызван следующим обстоятельством. Служилые люди – дворяне и дети боярские украинных и польских городов Путивльцы, Рыляне, Курчане, Белгородцы, Ельчане, Осколяне, Ливенцы, Воронежцы, Кромчане, Орляне, Новосильцы, Черняне, били челом о том, чтобы «Государь пожаловал, велел из Поместного приказу свои Государевы грамоты отпущать на поместные и порозжия земли и на дикия поля, будет (буде) спору не будет, и те земли отделять и отказные книги присылать к Государю к Москве в Поместный приказ, вместе с обысками, безволокитно».
Так же переезжающие на службу для освоения Дикого поля, в качестве поощрения и весомого стимула для службы на новых землях, не теряли право владения своими старыми поместьями. Продолжать владеть старыми поместьями, но с обязанностью следить и развивать на них хозяйство, или отказаться от них, передав их в казну, мог решать сам помещик.
Это постановление имело большое значение для Курско-Белгородского края, так как в нем и южнее его устраивались новые города и заселялись сведенцами, главным образом детьми боярскими, из других городов, в особенности из городов Курско-Белгородского края. Вследствие этого установление правил на счет переселения из старых городов было очень важно. Бояре приговорили: «которые Курчени и Орляне и иных разных украйных городов дети боярские сведены, и которые сами сошли в новые городы и впредь учнут сходить, а поместные их земли в тех старых городех будет сыщутся в порозжих землях никому не отданы, и те их поместные порозжия покинутые земли отдавать впредь челобитчикам тех же городов дворяном и детем боярским беспоместным, которых городов те покинутые порозжие земли, буде (если) те прежние помещики сведенцы и которые сами сошли в новых городех испомещены и землями устроены».
На основании Уложения Алексея Михайловича, как то было и прежде, получение дворянами и детьми боярскими поместий зависело от их службы. Каждый из них должен был сам найти себе поместье и узнав, что оно не принадлежит никому, бить челом Государю о том, чтобы это поместье было справлено за ним. Отсюда в подобных случаях употреблялась формула: где кто приищет. Приискание себе поместий служилыми людьми обыкновенно поощрялось Правительством. Правилом, изложенным и в Уложении, было: отдавать те земли челобитчикам, кто какие земли найдет для себя удобными и желательными.
Кроме того, в царствование Алексея Михайловича поместья в целом составе или в известной части жаловались в вотчину.
В 1651 году был издан Царский указ о верстаньи детей боярских и недорослей. Было назначено каждому: первой статьи отеческим детям самым лучшим 350 четей, денег с городом 12 рублей, второй статьи – 300 четей и 10 руб. денег, третьей статьи – 250 четей и 9 руб. денег и четвертой статьи – 200 четей земли и 7 руб. денег с городом. В украинных городах новики четвертой статьи верстались меньшими окладами, чем в северных, кроме того в украинных городах, в том числе в Курском крае, была еще пятая статья с еще меньшим окладом. Выбираемые всем городом окладчики под присягой показывали чиновнику, присланному для верстанья, кто именно должен быть отнесен в ту или иную статью. «Окладчиком у верстанья сказать именно, чтоб верстали тех, у которых отцы были в детех боярских и служили с городом, а верстати новиков ниже окладов отцов и большие их братьи». По указу 1651 года в северных городах дети боярские по первой статье получали в оклад 350 четвертей, в Курсе же, Белгороде, Осколе и других только по 200 четвертей. За древними же городами Курского края – Рыльском и Путивлем – остался прежний более крупный оклад – 300 четей.
Дети боярские должны были справить за собою отцовское поместье, в случае смерти отца, и поспешить челобитьем об этом, чтобы это поместье не было отобрано. Но по Уложению Алексея Михайловича отобрание поместья у сына было отменено, а только взыскивали с опоздавших справкою поместья двойные пошлины.
Что касается обработки земли, то служилым людям в XVII веке приходилось трудиться самим, так как крестьян у них почти не было.
В случаях перевода детей боярских на службу в новопостроенные города для них сельскохозяйственная деятельность была возможна потому, что помимо испомещения их на новых местах, они – сведенцы – удерживали за собою право на старые свои поместья.
Московское Правительство принимало деятельные меры к заселению юго-восточных земель Курского края, преимущественно служилыми ратными людьми, дворянами и детьми боярскими, и отводило им поместья и разные земельные угодья, посредством чего дворянское землевладение возрастало, увеличивалось и укреплялось в тех местностях, где недавно еще было Дикое поле. В указанном году присланными из Москвы стольником Дмитрием Мешковым-Плещеевым и дьяком Иваном Кобыльским были сделаны досмотр и опись татарских перелазов по реке Северскому Донцу. Из-за этих перелазов трудно было устроить помещичье и крестьянское землевладение с сельским хозяйством и его обзаведениями, вследствие возможности для Татар беспрерывно угрожать поместьям, пользуясь многочисленными перелазами. В то же время Царским указом было велено отмежевать уезды Болхового и Карпова городов от Белгородского и Хотмышского и устроить землями дворян, детей боярских и других ратных людей. В Яблонове были поверстаны поместным окладом новики дети боярские, а служилые люди поверстаны денежными окладами. Некоторых из детей боярских и казаков хотели было перевести в Белый Колодезь, но оставили на месте прежней службы, так как они знали «степную службу». В том же году был произведен смотр Карповским детям боярским, сведенцам и всяким служилым людям. В 1617 же году по грамоте Алексея Михайловича было приказано раздавать Путивльцам поместья в Каменном городище (пригород Путивля) и близ него. Одной из главных причин этой раздачи земель было запустение Каменного городища. Путивльский воевода князь Юрий Алексеевич Долгоруков, по осмотре Каменного городища, донес в Разряд о том, что «в нем городового и острожного строения никакого нет, только и строенья от того городища с версту слобода пуста, а в той слободе 68 дворов пустых, только один жилец, литовский человек Алешка Пивовар с женою и детьми».
Раздача земель детям боярским и другим служилым людям оживила край. Сведенные на вечное житье в окрестностях Каменного городища и Литовские выходцы, написанные в дети боярские, ходатайствовали о перенесении на Каменное городище города. Это ходатайство было уважено и вскоре здесь был устроен острог, из Бобрика были переведены служилые люди и устроены землями и дворами.
Кроме местностей около Каменного городища, и Путивльцам и Рылянам, переведенным в новые города, были оставлены их прежние поместные дачи. Кроме того, дворяне и дети боярские Новгородка-Северского и Рыляне, переведенные из Рыльска на житье в Недрыгайлов, Каменное и Бобрик, получили денежное жалованье. Жившие же в этих городах Литовские люди были предназначены к высылке за рубеж, но все они подали челобитье об оставлении их в России на том основании, что в этом случае «литовские паны и урядники (начальники, правители) учнут их всякими смертными казнями казнить, а жен и детей их поработят в тяжкие работы за Государево крестное целование». По этой челобитной Литовские люди были высланы в город Коротояк Воронежского края.
В 1650 году часть Рыльских детей боярских переведена была на жительство в Недрыгайловский округ. Жившие здесь Путивльские дети боярские подали челобитье о написании их в списках выше Черниговцев, основываясь на своей более древней службе, ведомой Государю. Подобная просьба, как это видно из документов и бумаг Белгородского стола, является очень редкою, почти исключительной в жизни Дворянства Курского края в XVII веке. В Белгородском уезде в 1649 году продолжалось наделение землями служилых людей. Новики дети боярские были поверстаны землею из диких полей и сделана им придача к селитебным деньгам; из каждой семьи по два человека сыновей детей боярских были поверстаны в службу. В Яблонов схожие из разных городов неверстанные дети боярские были устроены землями по реке Пене, берега которой представляли степь (дикое поле). Кроме того, часть детей боярских, живших в поселках (хуторах) по реке Пслу, была переселена в Обоянские слободы, где, таким образом, основался дворянский элемент. В то же время Обоянские земли были отмежеваны от Курских, Хотмышских, Путивльских и Волновских. Это межевание было вызвано челобитьем Обоянских детей боярских о присвоении их угодий жителями соседних уездов. Такое же большое межевание было земель Царево-Алексеевских, Оскольских, Яблоновских, Верхососенских, Усердских и Ольшанских. По челобитью Яблоновских детей боярских, им были высланы из Москвы деньги на церковное строение, доставлены церковные книги, иконы, свечи, вино и ладан.
В том же году происходило большое наделение землями в Хотмышском уезде. Хотмышские дети боярские были поверстаны поместными и денежными окладами, причем они просили о записи их в старые десятни. С другой стороны довершено было устройство новопоселенных детей боярских поместными землями и выдача им денежного жалованья на дворовую селитьбу[1] (на устройство в поместьях усадеб). Таким образом, и в Хотмышском крае все более и более устанавливалось дворянское землевладение, вносившее в него культурные начала быта.
В 1650-м же году в городе Цареве-Алексееве состоялось поселение служилых людей из разных городов, выдача им денег на селитьбу, на конский и ружейный заводы, испомещение их в Царево-Алексеевском уезде, где прежде пролегали пустынные, никем не занятые пространства. Московское Правительство так заботилось о заселении края служилым сословием, что усадебные места детей боярских, построившихся на спорных землях, оставило в их владении до «больших писцов». На «упалые места» были приверстаны в службу сыновья умерших дворян и детей боярских. Наконец, воеводе Царева-Алексеева Афонасию Семеновичу Отяеву была прислана похвальная грамота Государева за устройство города и наказ о его береженьи.
Вообще в это время мы часть встречаемся с челобитьями помещиков о размежевании земель, в особенности в царствование Алексея Михайловича, например, в 1648 году Карповские помещики просили о размежевании их с Хотмышским и другими уездами, с которыми соприкасались их земли. О верстании в дети боярские просили иногда крестьяне. Так, в Корочанском уезде в 1667 году крестьяне Посопной волости села Городища и деревни Тюриной Сергей Шиповский с товарищами просил о написании их в городовую службу, в дети боярские и поверстании поместными окладами. Подобные просьбы иногда удовлетворялись в виду малочисленности в том или ином месте служилых людей. Эта малочисленность была тем более заметна, что как мы не раз имели случаи видеть, на дворян и детей боярских возлагались разнообразные и многочисленные служебные поручения. Например, за поселением и разверстанием сведенцов в той или иной местности поручалось следить дворянам и детям боярским, и в актах XVII столетия находим сведения, что их для указанного дела иногда не доставало.
В царствование Алексея Михайловича началось поселение и наделение землями выходцев из Малороссии и других мест из старшины и других высших классов общества. Так, в 1655 году была, по Государеву указу, произведена дача земли и всяких угодий Черкасского города Ставиша атаману Герасиму Кондратьеву с 500 товарищами, которые построились на Бердитцком городище, на реке Псле.
Известный порядок наблюдался при отводе земли детям боярским. Так, в 1656 году по Государеву указу и «по наказной памяти воеводы Ивана Романовича Сатина Нового Оскола сын боярской Петр Григорьевич ездил в Морквину деревню на починок Ивана Бородина с товарищи, взяв со собою тутошних помещиков Должонкова, Чюдакина, Бородина, да при тех помещиках отмерил в поляне на порозжей земле нововерстанным детям боярским Федору Осафову сыну Некрасову, Емельяну да Онтону Левонтьевым усад (усадеб) старых помещиков и под огороды и под гумна места в ряд с прежними помещики двор по шти десять (шестидесяти) сажен, поперечнику по 20 сажен человеку, да им же отказал на пашню земли и с примерной земли Ивана Бородина с товарищи, которую землю вымерил у них писец Микита Мосолов против прежних помещиков по 12 чети человеку в поли, а в дву потому ж, а сенные покосы отказал возле реки Оскола от межи и от грани детей боярских Чернянских веденцов верх по Осколу по полянам до Бобрычевые полянки и до межи Гнилова Орлика детей боярских Петра Окулова с товарищи, и тем детем боярским Федору Некрасову, Емельяну да Онтону Должонкову в Морквиной поляне дворовыми, огородными и гуменными месты, и землею и сенными покосы и всякими угоди владеть через межу с прежними помещики с Иваном Бородиным с товарищи, потому что у них те их поместные дачи от примерной земли писца Микиты Мосалова не отмежеваны».
В этом наделении землею нововерстанных детей боярских – троих человек, главную роль сыграла помещикова примерная земля, которая была взята у прежних владельцев как излишняя и передана новым.
Отказчики земель указывали и ставили известные грани отведенным землям. Но эти грани с течением времени утрачивались. Поэтому в задачу отказчиков входило и восстановление граней. Тот же сын боярский Петр Григорьев в 1657 году, будучи уже подьячим съезжей избы Нового Оскола, ездил за вал, против Жестового городка в Крымскую сторону реки Оскола «досмотреть напорченных граней и в которых местах грани ставлены редко, ставить вновь иные грани часто, а в попорченных местах поставить вновь иные грани, а про то дикое поле сыскать писцовыми книгами». Грани эти, между прочим, были насечены на так называемых гранных дубах.
После отставки от службы детей боярских получали землю сыновья их. Об этом факте читаем в грамоте следующее: «по Государеву указу 1657 года по челобитной сына боярского Мосея Должонкова, отказчик Терентей Гринев ездил в Терновую поляну, чтобы сыскать, владеет ли оставленной сын боярской Мосей Должонков, то ту поляну отказать в поместье сыну его Василию Должнонкову».
«Терентей Гринев, приехав на тое Терновую полянку и на прописные полянки помещиков жилецких людей, никого не заехал, усада и выгон лежит впусте и про ту Терновую поляну с прописными полянками обыскать было не с кем. А по выписке писцовых книг письма и меры Володимира Племянникова да подьячего Тимофея Семенова 151 (1643) году велено владеть по старине ему Мосею Константиновую сыну Должонкову по старым граням старою дачею и по Государеву указу и по отписной челобитной за пометою думного дьяка Семена Заборовского (1657 года) владеть тем старинным Мосеевским поместьем сыну его Василию Должонкову со всеми угоди, что тою Терновою поляною и прописными полянками владел бы отец его Васильев Мосей Должонков исстари».
В том же году подьячий съезжей избы Матвей Головин ездил в Новооскольский уезд в Морквину поляну. Там он сыскивал, где находится дикая порозжая земля. В сыску помещики – многие люди сказали, что такая земля есть и сенные покосы и другие угодья. Тогда Головин отвел дворы порозжие детям боярским Дементию Зубову промеж дворовых усадеб Смирного-Князищева да Ермола Должонкова, да Ивану Гаврилову промеж Григория Аничкова да Обрама Мазитнева вдоль по 80 сажен, поперег по 20 сажен человеку, а на пашню земли и сенные покосы и всякие угодья отдал им за рекою Осколом «дикое поле и с примерные земли по 20 чети в поли, а в дву потомуж. И ту их дачю записал за ними за Дементием Зубовым, да за Иваном Гавриловым в отдельные книги. А на отделе были тое Морквиной поляны помещики, дети боярские: Мосей Должонков, Свирид Мысков, Михайла Чудакин, Игнат Холютин, Федор Бовыкин, Степан Певцов, Сергей Бавыкин, Федор Некрасов, Василей Должонков».
Из этого акта мы можем сделать некоторые небезынтересные для истории Дворянства Курского края выводы. Так, мы видим, что южная часть Новооскольского уезда была уже во средине XVII века значительно заселена дворянами. В Морквиной поляне уже имели владения 9 помещиков, и в акте говорится, что в той местности обитали помещики многие, и именно дворянского сословия, а между тем в этой местности еще оставались порозжие земли. Затем обращает на себя внимание тот факт, что на усадьбы испомещаемым детям боярским Зубову и Гаврилову были даны громадные участки земли по 80 сажен длины.
Интересно то обстоятельство, что, кроме земли усадебной и пашенной, отводилась земля и под пчельники. В этом отношении останавливает на себе внимание тот акт, в котором было сказано: «Лета 165 (1657) года, декабря в 11 день по Государеву Цареву и Великого Князя Алексея Михайловича указу и по наказной памяти воеводы Кирила Андреевича Миткова, съезжей избы подьячей Петр Моброхин отвел Андрею Гончарову подо пчельник место ниже города за валом за речкою Осколом, возле пчельника Буцкого попа Лариона в верх по Осколу реки к городу и Гнилому озерцу, а по мере подо пчельник место стало в длину по 60 сажен, а поперек по 40 сажен, и тем пчелиным местом ему Андрею владеть по сим книгам, а с книг дана ему Андрею выпись за рукою и печатью воеводы Кирилла Андреевича Миткова».
[1] Деньги на селитьбу – современные подъёмные (денежная помощь переселенцам)