Ознакомительный блок:
Вопрос: Как вас можно представить?
Ответ: Меня зовут Алексей.
Вопрос: В каком возрасте вы поступили на службу? Какое на тот момент у вас было образование? Укажите год и номер вашего призыва, например, «осень 2013».
Ответ: Я пошёл в армию сразу после получения диплома о высшем образовании в начале июля 2015 года. Призыв, получается, 1/15.
Вопрос: Какова была ваша мотивация? Деловая — военный билет мог пригодиться для работы на гражданке? Идеалистическая — родня/друзья прошли службу, вы из семьи военнослужащих, личный интерес к службе, в том числе по патриотическим убеждениям?
Ответ: Я считал, что проще отслужить один год и потом жить спокойно, чем искать способы избежать службы, тратить на это время и деньги. Считал, что лучше я получу этот опыт и узнаю, какого это, чем уклонюсь от призыва и никогда лично не узнаю, что из себя представляет служба в армии. Отзывов слышал много самых разных, но хотелось самому через это пройти. Интерес к службе испытывал до того, как попал туда. Имелась надежда, что повезёт с частью и будет увлекательно. Мне было 22 года, я тогда следил за событиями на Донбассе. Раньше военной тематикой тоже интересовался. В семье отец, отчим, деды, прадеды - все служили в своё время. Так что я считал, что служба в армии - это нормально. Читал, конечно, что в интернете пишут про срочную службу, особых иллюзий не строил. Из окружения всего два друга отслужили на тот момент. Большинство же, и после моей срочки, не воспользовались такой возможностью.
Вопрос: Во скольких воинских частях вы проходили службу — учебка, воинская часть? Где территориально довелось служить?
Ответ: 4 месяца служил в учебной части, город Ковров. И 8 месяцев в войсках - пгт Калининец, Наро-Фоминского района Московской области.
Вопрос: До какого воинского звания вы дослужились к концу срочной службы? Были ли какие-то отличия в виде знаков классности, благодарностей и грамот, спортивный разряд, полученный за армейский период?
Ответ: Я так и остался рядовым. Единственное отличие - присвоен нагрудный знак "Гвардия". Младших сержантов в нашей учебной роте на выпуске всем подряд не раздавали. Классность раздавалась в случайном порядке и мне не досталась. А в дальнейшей службе я никак себя не проявлял для повышения, награждений, благодарностей и спортивных достижений.
Боевая подготовка:
Вопрос: Какая у вас воинская учётная специальность, какую роль пришлось выполнять по факту? Может, несколько ролей сверх штатного расписания?
Ответ: Моя ВУС - Радиотелеграфист коротковолновых радиостанций малой мощности. По факту никакой роли выполнять не пришлось вообще. Т.к. включенной радиостанцией я пользовался всего два раза, и то, в первый – это была Р-159. Не говоря уже о том, чтобы передавать или принимать сигнал азбукой Морзе. Штатное расписание практически вообще никак на мою службу не влияло - в основном приходилось заниматься хоз. работами, уборкой, перешиванием бирок, погрузочно-разгрузочными работами, ремонтом помещений, охраной каких-то вещей, техники или прочих мат. ценностей, несением службы в наряде, обычно по роте, и ещё множеством сомнительной полезности квестов. Либо искать какое-то себе занятие, чтобы убить время и не умирать от скуки. В общем, как у многих срочников, я полагаю.
Вопрос: Как вы оцениваете качество обучения по вашей воинской учётной специальности (ВУС)? Доводилось ли принимать участие в учениях и полевых выходах? Была ли боевая стрельба у вашего подразделения?
Ответ: Качество обучения по ВУС и вообще в целом подготовку оцениваю как отвратительные. В учебке 3.5 месяца длился период занятий. Были теоретические и практические занятия по разным дисциплинам. Теория происходила следующим образом. Наш учебный батальон связи (УБС) повзводно занимал помещения в учебном корпусе, где командиры взводов, старлеи или капитаны, преподавали основы связи, огневую подготовку, ориентирование, инженерную подготовку, изучение уставов, политологию или что-то в этом роде и ещё всякое. Сейчас уже не помню всех предметов. В моём случае к нашему взводному я претензий не имею. Это был ответственный офицер, который как мог, пытался до нас что-то донести. Но у всех офицеров по факту было мало времени для занятий с солдатами и много другой работы, поэтому часто его подменяли командиры отделений - младшие сержанты, оставшиеся дослуживать в учебке свои полгода или контрактники. В моём взводе это был один срочник и два только что подписавших контракт расп#@дяя. Срочник был племянником командира части и откровенно забивал практически на все свои обязанности. Контрабасы - тем более. В классах стояли отключенные и наполовину неисправные тренажёры аналоговых радиостанций Р-173, Р-123, Р-111 и Р-130 или их модификаций. Эти станции имитировали внутрянку командно-штабной машины Р-142. Это та, что на базе шишиги. Я, конечно, не эксперт, но по-моему такая аппаратура уже безнадёжно устарела ещё во время Первой Чеченской. Впрочем, ознакомиться с принципами работы связи, почему бы и нет. Но проблема в том, что всё это "обучение" носило характер обыкновенной показухи и профанации. Главное было создать видимость процесса. Даже если курсант не пропускал ни одного занятия из-за болезни, нарядов или ещё каких-то работ, то обучиться было сложно, т.к. 95% этого "обучения" проводилось просто чтобы сделать фотоотчёт и вести тетради. А по ночам специально выделенные от каждого взвода бойцы с красивым почерком заполняли журнал проведения занятий, писали на весь взвод контрольные работы, экзамены, расставляли в случайном порядке оценки за "выполненные" нормативы.
(комментарий админа Убежища 8: это давняя проблема наших учебок, админ во второй половине нулевых так же прошёл учебку под Ковровом в мотострелковом полку и наблюдал схожую картину. Подготовкой новых кадров для армии занимаются не специально обученные и отобранные люди, а кого назначат из офицеров и из числа сержантов вообще кого поймали. В мировой практике вообще-то принято выделять для подготовки новобранцев сержантов из числа наиболее опытных, это как минимум. Более у нас на гражданке принято, что подготовкой по специальности занимаются так же наиболее опытные в своём деле специалисты или люди получившие специальное образование, только в армии, не так по принципу и так сойдёт, что сразу говорит о нацеленности на результат)
В моей роте я служил в 4-м учебном взводе связи. Он сформировался под самый конец призыва. Много было моих ровесников, которые защитили диплом, прервали отсрочку (она действовала до осени) и пошли служить сразу после институтов. В целом коллектив спокойный и адекватный, если сравнивать с тем, что будет в войсках. Были и исключения, конечно же. В общем, служба в учебном батальоне связи на самом деле получилась довольно-таки рассосная. Нас, тех кто приехал тогда с военкомата, в принципе сразу об этом и предупредили. Иная ситуация, конечно, обстояла у мотострелков с нашего полка и у зенитчиков, которые служили по соседству. Но зато у первых было реально много боевой подготовки. Настолько много, что они считали за счастье отдохнуть несколько дней в изоляторе, где содержались приболевшие бойцы. Так вот. Это я про различия в службе даже внутри одной части. Во 2-м учебном взводе связи, который набрался где-то в мае, командиром одного из отделений служил мл. с-т, который до службы успел поработать в одном из учреждений ФСИН. Своих подчиненных он в целом любил и в отношении их не беспределил, но его взвод у нас назывался вторым исправительным взводом связи за строгость, которую к ним проявляли. Так вот на уроках по изучению азбуки Морзе 2-й взвод добился освоения приёма и передачи сигнала на самой высокой 10-й скорости тренажера. В то время, как наш взвод даже не все символы распознавал на 1-й скорости. Это к вопросу о возможностях. Думаю, они и на остальных занятиях время с большей пользой проводили, чем мы. У нас обычно можно было заниматься чем угодно, лишь бы не спать. За сон предусматривались лёгкие наказания.
(комментарий админа Убежища 8: и снова у нас наглядное пренебрежение одним из основных элементов боевой составляющей, связью. Хотя казалось бы опыт ещё недавний о важности связи должен был что-то подсказывать, нет мы мотострелков нормально подготовим, а связисты ну как-нибудь, им же не вовевать…)
Практические занятия представляли из себя упражнения на свежем воздухе. По ВУС в основном задачи состояли в развертывании КШМ Р-142 на время. По остальным предметам тоже проводились какие-то мероприятия. Не всегда осмысленные. Несколько раз за 4 месяца мы на электричке ездили на стрельбище. Один раз даже почти все метнули настоящую гранату РГД-5 и постреляли ночью, в т.ч. трассирующими патронами.
В войсках я лично не попал вообще ни на какое обучение. Вместе со мной несколько человек с нашего УБС определили в роту управления 1 МСП 2 гв. МСД 1 ТА. Та самая придворная дивизия. Те, кто служили там с самого начала, застали пару командировок в соседние подразделения для какого-то обучения. Вроде как там даже что-то дельное преподавали. Увольнялся я из своего призыва самый последний и успел увидеть, как рота в почти полном составе отправилась ещё в какую-то учебную командировку. За пару недель до этого меня уже вычеркнули из штатки, что, впрочем, не мешало мне получать штык-нож и заступать дежурным по роте через сутки с парой солдат, которые пропустили отъезд на обучение из-за болезни. Либо с только прибывшими молодыми. Какое-то занятие по связи в расположении роты командир роты попытался провести всего один раз. Я запомнил только то, что он хвалил аналоговую Р-159 за её надёжность и ругал носимую Р-168. Дословно "Эта ЕСУТЗшная х#@ ня вас точно когда-нибудь подъ#@ёт". Старовер, видимо, какой-то. С носимой Р-168, возможно, даже умел обращаться один солдат из моего призыва, но из тех, кто в эту роту попал с самого начала службы. Когда проводились какие-то мероприятия, его приставляли на весь день к командиру полка и он должен был следовать везде за ним с этой станцией. Я на тот момент в принципе уже утратил какой-либо интерес к ремеслу связиста и не помню, уточнял ли у него, пользуются они этой рацией или просто носят для вида.
(комментарий админа Убежища 8: А вы про дроны, тут люди цифровые рации не любили и это технические специалисты. Собственно подобное недоверие к электронике админ довольно часто встречал до СВО у наших военных. Одна из тогдашних шуток, "где вы в окопе розетку искать будете", классная шутка до сих пор смеюсь, воевать на технике из 60-х - 70-х почему-то в итоге не получилось. Цифровые рации, дроны планшетные компьютеры с картами и розетка появилась почти в каждом окопе)
Связью в полку занимались линейщики (нештатные) из состава нашей роты. В них отбирали солдат с образованием электриков или инженеров-электриков. Они почти всё время были заняты на прокладывании или ремонте проводной связи по всему гарнизону. В роте почти не появлялись, а жили прямо в своей специально выделенной кладовой в штабе. В их кладовой, кстати, заряжались портативные станции Азарт. Я сам такой один раз пользовался для связи с дежурным по парку, когда стоял в наряде. Хотя сами линейщики общались с командованием по мобильным телефонам. В роте их почему-то недолюбливали. А в свободное от работы время их ещё и напрягали с уборкой в офицерской гостинице.
По штату в роте среди прочей техники числились КШМ на базе БТР-80 Р-149 какой-то там модификации. Вроде бы мы их несколько раз разворачивали и сворачивали. Ну то есть куда-то выезжали, поднимали антенны, выносили провода. Но ни разу не припомню, чтобы включали аппаратуру связи. То есть какое-никакое знакомство с техникой по сути получили только водители. Классический БТР-80 тоже имелся в распоряжении роты. Но за пределы парка он, если и выезжал, то только один раз. Тем более ни разу он не стрелял из своих пулемётов.
Полевой выход для нашей роты, который я застал, состоялся в марте и занял в сумме дней 5, наверное. Задача была собрать командный пункт – красиво расставить палатки, технику, навести порядок и охранять имущество. Мы тогда даже ночевали в палатках. Большую часть л/с роты при этом возвращали в располагу после возведения этого лагеря. А потом мы свернулись и уехали обратно в ППД. Те, кто застал лето в этом подразделении, говорили, что в прошлый раз выход длился дольше. Ещё один похожий выезд я застал уже перед самым увольнением. Конец июня-начало июля. Всё то же самое, но без техники. Я тогда радовался шансу сменить обстановку и отдохнуть немного на природе перед дембелем.
Стрельбы у всей роты проводились 2 раза: перед присягой и один раз зимой дневные с ночными в течение одних суток. На вторых мне удалось побывать. Там вроде бы надо было отстрелять 30 патронов днём и 30 - ночью. Или по 60 – точно уже не помню. Такие же были в учебке, но где-то в сентябре-октябре.
И снова хочется отметить, что от подразделения даже внутри одной в/ч очень многое зависит. Например, точно могу сказать, что отличная боевая подготовка проводилась в разведроте и стрелковой роте снайперов. У нас было 3 мотострелковых батальона. Вот два из них либо постоянно ходили стрелять из штатного оружия, включая пулеметы и гранатометы, либо были заняты на каких-то работах. А из третьего бата, полностью сформированного из призыва 2/15, отобрали бойцов в парадную коробку и несколько месяцев гоняли по плацу, а потом в Алабино. Про танкистов, артиллеристов, зенитчиков и прочих, ничего не могу сказать, но вот Рем. рота по-любому была занята чем-то полезным, как и водители РМО.
(комментарий админа Убежища 8: особый упор на подготовку разведчиков традиционный для нашей армии, они считались всегда рэксами и туда даже в частях из срочников был отбор. В конце концов хоть с помощью них можно было отчитаться по боевой подготовке части, мотострелки, всегда по разному. Здесь очень характерный пример, этого по разному. У админа в бытность его срочной службы его батальон попал в длительную рабочку, а соседние занимались боевой подготовкой, потом ситуация поменялась и мы уехали в поля готовиться к учениям, а в длительную рабочку попал другой батальон, ситуация называется по возможности, танкистов у нас например учили, а связисты вот так же занимались имитацией, как и артеллеристы в основном).
Вопрос: Проводились ли за время службы стрельбы из стрелкового оружия? Как вы оцениваете качество обучения стрелковой подготовке — приводилось ли ваше оружие к нормальному бою, тренировались ли вы в упражнениях на прицеливание с командирским ящиком, как часто стреляли и сколько выдавалось патронов на обычную стрельбу?
4 раза за 4 месяца учебки мы выбирались на полигон для стрельбы из автоматов. Выполняли разные упражнения. Лёжа, стоя, с перезарядкой и т.д. Давали от 6 до 30 или 60 патронов, кажется, точно уже не помню. Последние стрельбы с трассерами повторились ещё один раз в зимнее время уже в войсках.
Качество обучения стрелковой подготовке оцениваю как неважное. Вроде бы и пострелять дали, но как-то неосмысленно чтоли. Сказали, на какое число поставить прицел и целиться под нижний срез мишени. А почему именно так - ничего не объяснили. До мишеней я бегал только на самых первых стрельбах. В остальные разы никого вообще не волновало, куда там мы попадаем. Хотя, по-моему, иногда стояли ростовые фигуры, которые падали от попаданий и поднимались специальным механизмом. Но оценки в учебке ставили всё равно всем случайным образом, а в войсках - не знаю, я, вроде, уже не обращал внимания на эти формальности.
Может быть оружие и было приведено к нормальному бою - не знаю, я сам о необходимости этой процедуры узнал только через 8 лет благодаря рекомендациям ютуба.
Командирские ящики запомнились только тем, что их приходилось везде таскать и следить за их содержимым. Прицеливание с их помощью не тренировалось. В памяти остался только ящик по инженерной подготовке с макетами противопехотных мин.
Вопрос: Запомнились ли вам какие-то эпизоды из службы, связанные с боевой подготовкой?
В принципе обо всех ключевых событиях по подготовке я уже рассказал. Можно упомянуть, как чуть было не произошёл несчастный случай во время стрельб. Это уже было в войсках, на тех стрельбах, когда в зимнее время года проводились в одни сутки и дневные и ночные стрельбы. Парень один умудрился как-то выйти с огневого рубежа с патроном в патроннике, видимо. И похоже, ещё и автомат на предохранитель не поставил. И через несколько минут выстрелил в землю рядом со ступнёй своего товарища. Причём прямо на глазах у ротного. Его поругали немного и отправили счищать снег с крыши такой постройки, одноэтажной с башенкой, которая при въезде на стрельбище обычно стоит.
Физическая подготовка
Вопрос: Занимались ли вы спортом до армии? Имелись ли спортивные разряды? Готовились ли физически к срочной службе, как именно?
Ответ: Последние три года перед армией я ни спортом, ни физкультурой не занимался вообще. Ну, может быть, совсем изредка выходил на стадион пробежаться или до ближайших турников.
Вопрос: Каким образом проходили занятия по физподготовке? На какие нормативы вас готовили — подтягивания, бег 100 м, 1 км и так далее? Как именно проходили спортивные праздники, если их устраивали — футбол, волейбол, борьба, «качалка»?
Занятия по физподготовке в учебке мне запомнились не очень отчётливо. Они напоминали уроки физкультуры в школе. Не помню, сдавали ли мы вообще какие-либо нормативы. Особо сильно мы там не напрягались. Возможно, к нам снисходительно относились из-за наличия у многих курсантов Б-категории. Бегали, потом занимались на площадке с брусьями и турниками. Они даже в какой-то степени проходили по желанию. Кто не хотел бегать, тот мыл пол в располаге вместо зарядки или пол в учебном классе вместо занятия по физ. подготовке. Ну или просто где-то гасился. К моему удивлению, набиралось значительное количество уклонистов. Писарей вообще официально освободили от физухи. У них было очень важное задание – заполнять отчёты и прочие документы, показывающие, что у нас тут проводится какая-то подготовка. Одна утренняя зарядка мне запомнилась особенно. Её провёл для нашей роты один из командиров отделения третьего взвода. Старый контрабас, говорили, что у него краповый берет был. Мы тогда пробежали круг больше обычного раза в 4, причём некоторые участки надо было пройти или пропрыгать в присяде. Спортивный праздник в учебке обычно состоял просто из кросса. Один раз, кажется, на поле дали поиграть в футбол желающим. А не желающие могли посидеть рядом, посмотреть и отдохнуть.
Я до армии мог подтянуться 10 раз, как только попал на службу, от недосыпа, стресса (и как следствие в первое время - отсутствия аппетита), совсем там по началу ослаб. С трудом мог подтянуться 4 раза. Но абсолютно никак не страдал от этого. Это ещё на фоне большинства сослуживцев вообще нормально было. Постепенно начал это исправлять, но когда попал в войска, там снова расслабился. В итоге прибавил в массе и при отсутствии необходимости тренировок меня совсем рассосало.
На зарядку в войсках нашу роту вывели раза 3 за все 8 месяцев при мне. Уже под дембель я начал сам выходить иногда по утрам до спорт. площадки, но системных тренировок так и не смог себе организовать. В располаге была качалка, но она меня не очень в то время интересовала. Я немного походил в неё в ноябре-декабре, но потом после болезни так и не восстановил тренировки. Соответственно, на буднях физ. подготовка тоже не проводилась. Возможность как-то позаниматься была по воскресеньям на спортивном празднике. Обычно он проходил так: Роту выводили на турники/брусья, производился фотоотчёт, рота возвращалась в расположение. Пару раз, помню, желающие всё-таки смогли сходить в ближайший ФОК, поиграть в футбол в зале. И разок мы зимой покатались на уставных лыжах в поле.
Вопрос: Входили ли в систему физ. подготовки специальные упражнения, например, полоса препятствий? Изучались ли приёмы рукопашного боя без оружия, удары автоматом (штыком, магазином, прикладом)?
Специальных упражнений и полосы препятствий не было. В Коврове одно из упражнений на физухе был рукопашный бой на 8 счетов. Это где на плацу, равномерно распределившись с интервалом и дистанцией, движения, напоминающие удары руками и ногами в разные стороны под счёт. Упражнение забавляло своей бесполезностью. Это всё, что я могу рассказать про рукопашный бой.
Вопрос: Какие у вас результаты по выполнению нормативов? Приведите пример выполнения нормативов наиболее сильными сослуживцами?
У меня не было никаких результатов. У сильных сослуживцев – не знаю. В учебке никто не обращал внимания ни на какие результаты. В войсках - думаю, Вы уже поняли, что тем более. Ходили слухи, что в зависимости от наших достижений будет зависеть то, в какие войска мы потом попадём. По факту же я только один раз стал свидетелем, как парня, занимавшегося самбо до армии, взяли из-за этого во взвод управления разведкой после учебки. У остальных по всем дисциплинам (не только по физухе), как я уже сообщал, были рандомно расставлены оценки и никому они были нафиг не нужны.
Бытовой блок
Вопрос: Как вы оцениваете приготовление пищи в вашей части? Хватало/не хватало? Требовалось ли бегать в «чипок» специально, чтобы добрать рацион?
Ответ: В Коврове ужасно кормили. Давали маленькие порции очень невкусной еды. В супе не было мяса, и вообще не уверен, что бульон был мясным. По утрам только радовали булки, печеньки – по выходным и ближе к осени – сало на обед. Его никто не любил, так что можно было набирать сколько хочешь. Слишком жёсткое и солёное было, но от этого сытнее.
В "чипок" я лично не бегал, т.к. жаба душила переплачивать дикую наценку за обыкновенные продукты. Ну и вообще, за это могло прилететь, если заметят. Но некоторые в нашей роте бегали и даже могли пропустить обед, т.к. предпочитали поесть в "чипке", например, дошик заварить.
Когда первый раз попал в столовую в войсках, мне показалось, что местная пища может конкурировать с какой-то даже общепитовской продукцией. По-моему, иногда даже можно было взять блюдо на выбор. И салатиков всяких набрать почти без ограничений. Я так понял, там готовили из каких-то полуфабрикатов компании "Конкорд". Особенно радовал рис. Он там был в двух исполнениях: обычный и что-то типа плова. Правда, пища со временем, как и тем, кто служил там с самого начала, тоже приелась и уже не так восхищала. Тем не менее нехват я испытывал почти до самого дембеля, приёмы пищи были одними из тех редких радостных моментов. Там, кстати, тоже в супе не было мяса. А в остальных блюдах тоже как-то в основном использовались мясосодержащие продукты. Но в целом, нормально. Здесь также была офицерская столовая и "чипок" с парой позиций по адекватной цене. Сладкое я любил ещё до армии, а в войсках по сравнению с учебкой уже не так строго было, так что здесь уже можно было почаще его посещать. Ужин иногда ближе к концу службы стал пропускать, либо брать только сладкий чай, либо чай с рисом из-за того, что до ужаса надоела капуста с рыбой.
Вопрос: Как вы оцениваете выданную форму? Как показала себя форма в погодных условиях вашего региона? Хватало ли подменной формы для работы в парке и на учениях? Как вы оцениваете выданную обувь, хватило ли одной пары на год или пришлось докупать за свои?
Ответ: Большинству из нас в военкомате выдали позднюю "цифру". Состав ткани - 50/50 Хлопок с полиэстером. Армированная ткань. Мы ещё подворотнички должны были подшивать каждый вечер. Это та, что с погонами на своих местах, а не у которой один погон на груди. Правда и такие тоже кому-то достались, особенно бушлаты. Они потом их перешивали. Те бушлаты, кстати, очень быстро выцветали. У моего и у большинства уже ткань покачественнее была. Ещё дали штаны-ватники, которые пару раз только пригодились. К кителю и брюкам у меня вообще претензий не было. Кепка только какая-то бракованная досталась – форму не держала совсем. Шапки по осени выдали. Неказистые какие-то. Тогда и контрактники в похожих ходили. Мне ещё и на два размера меньше дали. По погодным условиям – нареканий нет. Вот только в войсках уже на зиму нам выдали маскхалаты от ВКПО и сказали, ходить в них. Правда, наша рота управления всё равно отличалась от общей массы полка тем, что в роте не соблюдались стандарты единой формы. Каждый ходил в чём по-кайфу. Особенно встречалась комбинация китель от ВКПО и брюки от "слонячки", ещё и ушитые. Вот этот маскхалат-демисезонка мне не нравился. Не нравилось, как он сидел и сама ткань на ощупь не очень. Но в целом, нормально. Осенний призыв уже начал приходить в стильной офисной форме и олдскульных шапках, которые после прибытия в роту пополнения, несколько дней ещё носили местные модники из старшего призыва, пока старшина не отбирал. Он же выдавал молодым демисезонку вместо офисной. А по весне начали потихоньку переодевать всех срочников-полугодишников в ВКПО.
Подменную форму в учебке нам не давали вообще. Тем, кто часто пачкался, приходилось стираться по ночам, предварительно рожая себе порошок. В некоторых случаях при первой же стирке китель с брюками могли изменить окрас с зеленого на какой-то бирюзовый. Это, видимо, если температуру большую выставляли.
В роте управления уже такого дефицита с обмундированием не наблюдалось. И здесь в общем-то можно было попросить себе подменную одежду для каких-то работ. На наряды вообще старшина выдавал демисезонку, чтобы на инструктаже и разводе все выглядели единообразно.
Ботинки мне выдали 47 размера, вместо 46-го. И они как-то странно были скроены, что подошва у носка выступала немного вперёд. И в итоге в очередной раз, когда я задел этим выступом асфальт на плацу, подошва немного оторвалась. Я походил немного так, а потом уже выдали зимние ботинки. Но в целом к уставным ботинкам того периода у меня нареканий не было. Ни одной мозоли я себе не натёр, не мёрз и не сказал бы, что в них было жарко. Берцы как берцы.
Зимние боты, старшина сказал, выбрать себе среди кучи каких-то бывших в употреблении. Я нашёл нужного размера, но они тоже не были герметичными. Так что объективно оценить их качество не могу.
Весной уже в каптёрке выбрал себе среди ненужных ботинок пару уставных берцев разных размеров в неплохом состоянии. Тот, что был меньше, разносился и со временем стало удобно. Так в них и дослужил. А за СВОи у нас только отдельные персонажи покупали ближе к дембелю себе облегчённые берцы и/или форму. Или в начале службы были парни. Одному выдали какие-то обычные берцы, но отличавшиеся от уставных, а второму - парадные берцы с тканевыми вставками по бокам на середине стопы и выраженной такой подошвой. В таких ещё весь следующий призыв поступит на службу. Вот их командир взвода вынудил купить за свой счёт уставные берцы, чтобы было однообразно. А так вообще больше не припомню, чтобы были случаи, когда за свои деньги кому-то приходилось себе докупать обмундирование. В основном всё как-то рожалось или ремонтировалось.
Да, чуть не забыл. С каждого призыва один из бойцов роты управления отбирался на нештатную роль водителя командира полка. Вот он говорил, что ему приходится запчасти за свой счёт для командирского УАЗика покупать. Всем остальным, что в учебке, что в войсках, свои деньги было необходимо потратить только несколько раз: в самом начале на петлички и хоз. пакет, новые фляги (с флягами, похоже, произошёл развод от старшаков), на уборочный инвентарь, на канцелярию и на стройматериалы для ремонта располаги. А, ну и на новогодний стол.
Вопрос: Как много у вас было «рабочек» и нарядов относительно боевой учебы и занятий по военным дисциплинам?
Ответ: Рабочки и наряды в учебке были, но не очень часто. Наш взвод вообще почти в наряды не заступал, из-за КОшника-раздолбая. В других взводах почему-то в наряды любили заступать одни и те же люди. От учёбы это отвлекало не сильно, т.к. самой учёбы не было в принципе. А уж в войсках – тем более. Я про это уже рассказывал. В наряды в войсках пришлось заступать гораздо чаще. В основном по роте. Рабочки были каждый день. На учёбу это никак не влияло. Я уже рассказал, почему.
Вопрос: Как обстояло дело со звонками родным по мобильным телефонам и написанием писем? Писали ли письма вообще?
Ответ: В учебке по телефону звонили раз в несколько дней. А всё время телефон должен был храниться в специальном ящике у командира взвода. Либо можешь гонять на постоянке даже со смартфоном, но постоянно его прятать и быть готовым лишиться в случае внезапного обыска. Или если контрабасы увидят, отберут и будут вымогать за какие-нибудь ништяки. В войсках можно было звонить по телефону хоть несколько раз в день и носить его при себе. Но если офицеры видели, что у тебя смартфон, то могли и отобрать. На время или насовсем, как получится. Я всю службу ходил с кнопочным телефоном, так спокойнее. Но возможно, отчасти и от этого казалось, что время так долго тянулось.
За 4 месяца в учебке я написал 4 толстенных письма. Два – отцу, одно своей девушке и одно другу, который на тот момент уже отслужил. Я подробно документировал все свои наблюдения о происходящем вокруг. Это помогало скоротать время, и было своеобразной отдушиной.
Вопрос: В период двухгодичной службы солдатам-срочникам полагался отпуск. Когда по мере прохождения двух лет службы можно было получить его, сколько суток давали? Была ли возможность получить дополнительные сутки в качестве поощрения?
Ответ: Давали увал в день присяги. К кому родители приезжали с ночёвкой, отпускали даже на ночь. Потом за 4 месяца учебки, помню только, как один младший сержант договорился о суточном увале.
В войсках могли дать несколько дней увольнительных, если сделаешь что-то полезное для подразделения. Ну или ещё как-то договоришься с командиром. Помню, как у нас один чел ушёл дней на 5-7, а за это подогнал триммер для кошения травы ротному. Мне потом пришлось этим триммером работать в перерывах между нарядами под дембель.
Вопрос: Как организовывался досуг военнослужащих срочной службы? Экскурсии в ближайший город, в музей части? Организовывался ли просмотр фильмов и телепередач?
В учебке – смотрели фильмы прямо в располаге. Но редко. Пока подшивались, иногда смотрели программу Время, потом обычно давали телефоны позвонить домой. Досуг мы себе могли суетить в принципе в любое время. Там с книгами было скудно, но пока шли "занятия", я прочитал "Как закалялась сталь" Николая Островского.
В войсках, если парочка свободных часов выдавалась, все обычно сами себя развлекали: шли в качалку или втыкали в телефоны, кто-то шёл куда-то гулять или в "чипок". Иногда, кто был свободен, обычно по воскресеньям, смотрели фильмы в ленинской комнате или читали книги. Бывало, что несколько подразделений со всего полка отправляли в полковой клуб смотреть кино на большом экране. Было приятно. Но в любой момент могли подорвать всю роту на какие-нибудь работы или ещё какие мероприятия.
Экскурсий и выходов в город целым подразделением в развлекательных целях не было.
Вопрос: Оказывал ли климат вашего региона какое-то влияние на повседневную жизнь в части? Например, в Карелии влажный, болотистый климат, что не способствует быстрому заживанию царапин, порезов, ушибов и повышает требования к гигиене.
Ответ: Про заживление - не скажу, не обращал внимания. Комаров вот было много, это да. В декабре даже можно было встретить в располаге.
Неформальные взаимоотношения между военнослужащими
Вопрос: Расскажите, что из себя представляли неформальные взаимоотношения между солдатами срочной службы? Была ли неуставщина между старшим и младшим призывом, между выпускниками учебок и солдатами из части? Что представляли из себя межнациональные отношения, которые года до 2014-го составляли немалую проблему в армии?
Ответ: В учебке было всё более менее нормально. По иерархии все с рядового состава плюс-минус занимали одинаковое положение. Внутри призыва каких-то особых проблем не было. Какие-либо разногласия происходили из-за особенностей характера, соблюдения гигиены или банально адекватности того или иного персонажа. Межнациональной розни тоже не было. Были, конечно, особенно спустя месяца два службы, личности, демонстрировавшие своё превосходство. Это проявлялось в основном в избегании каких-то работ или стремлении взять на себя руководящую роль в каких-то мероприятиях. Но это не так сильно напрягало. В общем жили спокойно. Как жаль, что я это, правда, не особо ценил.
У Гоблина-Пучкова есть заметки про службу в поздней советской армии. Вот то, как служили в войсках, напоминало содержание этих заметок, только чуть помягче.
Конечно же в части была неуставщина. Когда мы туда прибыли, нам сразу же объяснили все порядки. Старший призыв доминирует над младшим. В чём это проявлялось:
Для младшего призыва часто происходили отдельные построения с целью отобрать людей для каких-либо задач или просто вздрочнуть за провинность.
Если старший призыв заступает в наряд, то на должность не ниже дежурного по роте. Так что деды заступали дежурными либо не заступали вообще. Бывали и исключения. Но это в основном те, кто либо совсем не пользовались авторитетом среди своего призыва, либо не могли послать на х#й старшину. Был случай, когда деда назначили дневальным в наряд к дежурному младшего призыва. Это, конечно, считалось страшным унижением. График нарядов вообще не соблюдался. Там были свои рекордсмены и это вообще никого не волновало. То же самое касается уборки территории. Старший призыв ничего не делает и кайфует, а если приходится, то старается запрячь кого-то из молодых выполнить свою работу. Всё как в старой статье про армию на Лурке.
Младший призыв должен слушаться старший, не перечить, подчиняться, выполнять какие-то работы, бегать в "чипок", если просят. Я видел, как один из тех, кто приехал со мной с учебки даже мыл кроссовки деду. Младшему сержанту, правда, но всё равно отвратительно. Если идёшь в отказ, объясни причину или будь готов защищаться. Иногда силовым методом.
Легальным способом "воспитания" являлись коллективные или индивидуальные физические упражнения. Парни даже рассказывали, как с ними поначалу играли в игру 5.45. Это когда качаешься всю ночь всем призывом в центральном проходе, а потом ложишься спать на 15 минут. При этом деды говорили, что их деды были гораздо с ними строже.
Те, кто пришёл с учебки, застали дедов только на месяц-полтора. На самом деле, они не особо запомнились какими-то зверствами. Гораздо больше отличились некоторые представители нашего же призыва, перенявшие манеры от старослужащих и гнобящие свой же призыв.
Очень была распространена тема предъявить дневальному или ещё какому-либо ответственному лицу за пропавшие вещи из сушилки /шапку из рукава бушлата / оставленный на зарядке телефон и т.д. с целью требовать компенсацию за утрату. При этом не обязательно жертва могла зазеваться. Утерянного предмета вообще могло там не быть. Чистый скам. В таких условиях щёлкать лицом вообще было смерти подобно.
Самая сучья подстава из тех, что практиковалась нашими дедами, вышедшим из того призыва контрактником, и полюбившаяся даже некоторым из моего призыва, называлась "Сп#@дить нож". Схема простая. Вытаскивают нож у зазевавшегося дневального или подлавливают момент, чтобы выцепить оставленный без присмотра нож (чаще всего во время отдыха). Возможно даже просят нож у доверчивого простачка для какой-то бытовой минутной нужды. В первый раз до того, как я узнал о таких практиках, я даже повёлся на такую уловку, правда, то ли первый раз – ознакомительный, то ли ещё что, но тип мне тогда сказал: "Знаешь прикол? Верну за 500 рублей" и отдал нож. Короче, завладеваешь ножом и требуешь выкуп. Причём самые предприимчивые представители нашего призыва из тех, кто служил в роте с самого начала, овладели этой техникой и опробовали её на своём же призыве уже в первые 4 месяца службы! Не обязательно это должен быть нож, отжатый у дневального. Это может быть нож или какая-то деталь автомата, выданного для строевого смотра или полевого выхода. Да уж, когда я служил в учебке, и мне служба казалась такой тоскливой, я даже и представить не мог, что такое бывает.
Также очень удивил принцип, по которому формировались пары дневальных в моём призыве из тех, кто с самого начала служил в роте. Сильный уверенный в себе боец, например, дневальный первой смены. Дневальный второй смены – безотказный простачок. Простачок стоит на двери, пока второй где-то отдыхает. Если надо что-то помыть или ещё где-то прибраться, сильный встаёт на дверь. Когда надо сдавать наряд, альфа идёт мыться и спать, омега моет один всю располагу. Просто шок! Вопиющая несправедливость! Когда я выучил обязанности и стал заступать дежурным, я такого уже, конечно, не допускал. Да и вообще, т.к. я увольнялся с роты одним из последних со своего призыва, и застал два младших призыва, могу сказать, что все эти порядки как-то с уходом моего призыва стали сходить на нет.
В целом каких-то тёрок среди тех, кто служил в роте с самого начала и теми, кто пришёл с учебки не наблюдалось. Никто особо не был обижен, что мы пропустили самое веселье. Но отдельно нужно остановиться на тех из нас (с учебки), кто пришёл в роту в звании младшего сержанта. Напомню - это те, кто "учился" в "командирских" ротах Учебного Батальона Связи и получил звание просто так, только за случайное попадание в эти роты. Если эти ребята были не в состоянии постоять за себя при накатах на них со стороны "авторитетных" срочников или контрактников, то участь их была печальна. Это также касалось и наших предшественников (призыв 2/14) и последователей (2/15), прибывавших из Коврова. Один дед младший сержант из старшего призыва даже жил в подвале последние свои месяцы службы. Я тогда не особо обратил внимание, потому что не совсем успел заметить, что вообще происходит (застал его буквально на неделю-две). Но сейчас вспоминаю, думаю, ну и дичь. Просто он не очень удачно поставил себя в коллективе. А наша рота как раз занимала первый этаж казармы. И подвал был за нами. Так что его отправили туда, вроде как прибираться. До конца службы. Но вообще, те, у кого сложились трудные отношения с коллективом, как-то почти всё время проводили в штабе на должностях писарей, либо были линейщиками, или ещё какими-то помощниками комендантов. Либо гасились в госпиталях.
Поскольку где-то треть роты являлась помощниками в штабе, линейщиками, писарями, водителями старших офицеров, то призыв 2/15 нужен был нам, как воздух. Мы возлагали большие надежды, что вот сейчас придут слоны, станут заступать в наряды, выполнять всякие работы и у нас начнётся, наконец, долгожданный рассос. Как же мы жестоко разочаровались, когда осознали, что следующий призыв выдался каким-то скудным, а во-вторых почти все, кто попадал в роту, сразу же отбирался в помощники к штабным, ЗГТ-шникам, был кавказской национальности (про них чуть позже), либо со временем переводился в другое подразделение. Те молодые, кто оседал в роте, конечно, хлебнули горя, когда самые "строгие воспитатели" с нашего призыва отрывались на них за свои первые полгода службы. Но напомню, что по мере ухода нашего призыва и прибытия призыва 1/16 (правнуки, как мы их называли) потихоньку в роте становилось спокойнее. Я даже немного общался потом после дембеля с некоторыми из них, был приятно обрадован, услышав, что атмосфера в подразделении постепенно оздоравливается.
Теперь к межнациональным отношениям. Национальный вопрос стоял остро. В роте из примерно 70 человек по штату где-то человек 8 постоянно составляли дагестанцы и кабардинцы. Разных призывов. Старшего, нашего и младшего. С призывом 1/16 их всё меньше стали зачислять в нашу роту. И это пошло на благо однозначно. Так же довелось застать дедов с Башкирии и Татарстана. Но особо про них сказать нечего - не успел ничего приметить. Помимо выходцев с наших республик, служили у нас в единичных количествах в разное время армянин, азербайджанцы, казах, парочка таджиков и цыган. Некоторые из них как-то совсем временно служили в роте, приходя и уходя в другие подразделения по самым разным причинам. Упоминаю их т.к. по характеру поведения они больше схожи с кабарами и дагами. Так вот, попав в роту, сразу стало заметно, что у кавказцев там особый статус. Полы они не моют, в наряды не заступают. Только если сразу дежурным по роте, если хоть как-то смог выучить пару абзацев обязанностей. Это как бы такой компромисс был с руководством подразделения. Если участвуют в каких-то работах, то в основном на руководящих ролях. В целом, просто чилят в располаге на кроватях или делают что по-кайфу. Некоторые из них были водителями и иногда их как-то привлекали к каким-то мероприятиям с техникой. Как это свойственно, всё время старались проявлять своё мнимое превосходство и доминирование: напрячь каких-то безотказных сослуживцев убраться в своём кубаре, отжать какую-нибудь вещь или заставить выполнить работу вместо себя. Например, подшить себе форму, постирать что-то и т.д. С некоторыми русскими у них сложились партнёрские отношения, с кем-то взаимная неприязнь, а с некоторыми совсем как со слугами, к сожалению. Поставить на место их никто, включая офицеров, не мог или не хотел. Как мне объяснял один из сослуживцев моего призыва, когда вводил в курс дела, дословно: "Тронешь хотя бы одного из них, тебя такая толпа пи#%ить придёт!". Своё предостережение даже подкрепил историей, как "братья" залетели в роту и вломили люлей прапору – командиру одного из взводов. И ничего им за это не было. Диаспора в полку была крепка и состояла в том числе и из офицеров. Плюс, как говорили, выходцы с Кавказа платят значительные суммы, чтобы служить именно в той части. Всё это давало ощущение вседозволенности. Русские, к сожалению, не хотели так самоорганизовываться и отстаивать свои интересы. А крепкие ребята предпочитали не заступаться за тех, кто давал себя в обиду. Примечателен был случай, когда всё же попавший в роту молодой кабардинец с призыва 2/16, как и все молодые, поступающие в роту, сразу же угодил дневальным в наряд (видимо, он был воспитанным и адекватным парнем без знакомых "братьев", которые бы ему объяснили, что заступать в наряд, если тебя назначают, вовсе не обязательно). Так вот, смотрю, ходит, стирает пыль тряпкой с полок шкафов в центральном проходе. К нему тут же подходит земляк, подписавший контракт, и говорит, чтоб бросал это гиблое дело. Вот так в нашей роте молодые сразу же становились прохаванными. Конфликтов не было, потому что прогибались. Поэтому мы тоже расстраивались, когда ещё до этого приходили наши молодые (2/15). "Кто работать-то в роте будет, если половину пополнения забирают на постоянную работу в штаб, а половина - вот такие неприкасаемые товарищи!" Несколько человек всё же отдувались за весь тот призыв у нас. Причём они почти все, кстати, по штату были водителями. Но в наряды попадали гораздо чаще, чем по воскресеньям.
Отдельных слов заслуживает пара тувинцев. С призывом 2/15 попали в роту после института два моих ровесника с Республики Тыва. Сразу же заявили, что у них на родине всем заправляют бандиты со своими понятиями, и, если там узнают, что они в армии мыли полы или что-то в таком духе, то жизни им не дадут потом. Ну, мы как обычно, это стерпели, ладно, не привыкать. Но через некоторое время два прапора – старшина с командиром одного из взводов всё же психанули и решили поставить их в наряд дневальными. Шёл разговор на повышенных тонах и в итоге эти ребята достают заточки из карманов и говорят: "отстаньте от нас, или мы сейчас вскроемся". Попытка добавить немного равноправия в наш коллектив провалилась.
Вопрос: Какие складывались отношения с контрактниками?
Ответ: В учебке с контрактниками сложились обычные рабочие отношения. По контракту там служили командиры отделений. Типа присматривать за срочниками, подменять командиров взводов. В основном это были "вчерашние слоны". С ними по этому принципу и взаимодействовали. Кто-то мог их и на х*й послать или просто по-дружески прикалываться. Бросилось в глаза, что любили подоить на деньги молодых доверчивых срочников при удобном случае. Обычно, брали комиссию за какие-либо услуги или в качестве штрафов. Это в нашем взводе. В остальных я не очень присматривался к контрактникам, но были даже такие, кто производил впечатление адекватного человека, подписавшего контракт по глупости, а не потому что не знал, чем заняться на гражданке. В целом, можно заключить, что связанные с нами контрактники в учебке были безобидными.
В войсках было немного по-другому. Там они в основном руководили нами на каких-то хоз. работах. Большая часть контрактников как-то совсем ничем не выделялась. Казались какими-то посторонними людьми, которые могут только немного иногда напрягать и живут по соседству. Парочка была вообще каких-то то ли алкоголиков, то ли с отклонениями. Но в принципе не опасные. Один только запомнился особенно. Сам только год отслужил, когда мы в роту прибыли, и подписал контракт. Уж очень любил самоутверждаться за счёт тех, кто не мог дать ответку. Не стеснялся и физически воздействовать на таких. Был поклонником арестантских понятий. Любил сп%*дить штык-нож у молодого или отжать телефон. Предлагал мягким солдатам гарантию лёгкой службы за оплату. Не знаю, соблюдал условия сделки или нет. Как и не знаю о фактах таких сделок.
Вопрос: Как относились к офицерам? Примеры хороших офицеров и плохих?
Ответ: В учебке основная часть офицеров как-то не впечатляла. Обычные дядьки, в основном молодые, кто-то может чуть меня постарше, не сильно дрочили, ответственностью тоже не очень выделялись. Главная мотивация у них была спокойно нас встретить, обеспечить безопасную службу и проводить целыми и невридимыми. Исключение - наш командир взвода. Про таких говорили "Устав головного мозга". Да в целом нормальный мужик, но душноватый, иногда перегибал, конечно.
В части вообще не ощущалось, что младшие офицеры как-то влияют на нашу службу. Ну вот ротный, например. Вроде не напрягает практически. Стараешься ему помогать, не подводить. Но при этом в подразделении откровенная анархия. Старшие офицеры какие-то обычные тоже были, ну некоторые прям забавные. Не помню, что за должность, майор какой-то. Всё приходил, в последний мой месяц службы между моими дежурствами, а один раз даже прямо во время наряда, отправлял меня траву косить в места, где проводились танковый биатлон и гонка героев. Очень уж там любили показной порядок. Про начальника связи тоже ничего плохого сказать не могу. Но и хорошего – тоже. Он как-то больше с линейщиками взаимодействовал. Хотя некоторые офицеры со стороны внушали доверие. Запомнился командир ремонтной роты и офицеры-разведчики. Хотя я с ними практически никак не контактировал.
Гораздо больше запомнились прапорщики. В нашей роте их было трое, по-моему. Со старшиной всё понятно в принципе уже. Мы, когда прибыли в роту, в первый же день остались без несессеров. Он тогда построил всю роту и говорит дедам, которым оставалось служить 2-6 недель: "Ну ребят, ну верните парням несессеры". А они ему: "А где наши несессеры?!." Ох уж эти косметички! В учебке мы их вообще сдавали в каптёрку на хранение, а выдавали их нам, когда проверка приходила, чтобы они ровненько лежали в тумбочке.
Ещё один прапор любил провернуть схематозы с соляркой, если верить водителям техники. Он же был не прочь и пропи#*ить провинившегося срочника или закуситься, если с кем-то возникнет недопонимание. Но при этом лично мне ничего плохого не сделал и не запомнился каким-то супер-беспредельщиком. Вполне адекватно себя вёл, если не косячить.
Третий был эпичным персонажем! Командир какого-то взвода. Тоже походил на типа, у которого беды с башкой. Любил сотрясать воздух, создавать иллюзию бурной деятельности. Получал люлей от кавказцев, пьяный огребал от того задиристого молодого контрабаса, от начальника связи. Очень доставлял своей манерой общения - строил какие-то нелепые, но очень смешные конструкции из слов. При этом каким-то авторитетом, не обладал от слова "совсем". Каждый раз строил роту для убытия в парк (боевых машин) со словами "Там работы - ё#*нешься! Там задач - пи@#ец!". В силу специфичности внештатных должностей значительной доли военнослужащих роты и её этнического разнообразия, до парка доходила где-то только треть от всего личного состава, то есть человек 20 из 70. Далее, если техника была натёрта соляркой, а колёса намазаны гуталином (а в силу редкости выездов техника почти всегда имела свеженький вид), то водители там немного обслуживали машины, молодые чуть подметали территорию перед боксом, а все остальные просто сразу шли вглубь бокса за второй ряд БТРов и КАМАЗов и тупо спали там на чём-то мягком или сидели в телефонах до построения на обед.
Вопрос: Отправляли ли на вашей памяти кого-то в дисциплинарный батальон или в тюрьму за неуставняк?
Ответ: Нет, на дисбат никого не отправляли. В учебке однажды КОшник-срочник в строю потрепал немного за плечо какого-то вялого солдатика из соседнего взвода, так там такая суета началась, когда этот курсант кому-то там пожаловался. Но там больше осуждения, конечно же, сам курсант получил, в т.ч. от командира роты. С нами всё-таки наши сержанты относительно бережно обращались, чего не сказать о сержантах в учебных мотострелковых батальонах.
Когда один тип в роте управления (сильный, решительный и немного дурной) сломал руку более слабому в ходе "воспитательных" процедур, второй просто отправился в госпиталь, а первый получил впоследствии младшего сержанта. Я тогда ещё в учебке служил, про этот случай уже потом узнал. Оба из моего призыва, кстати. Того, которому руку сломали, ещё потом в пример ставили типам, которые, не выдерживая напрягов или буллинга, бежали жаловаться в комендатуру (ВП). Таких никто не любил, но случаи были. Все тогда огорчались, что командиру роты теперь влетит, и наш режим может ужесточиться.
Похожий случай произошёл однажды и во время моей службы в этом замечательном подразделении. Гордого и авторитетного деда за месяц-два до дембеля внезапно решили поставить в няряд по роте (точно уже не помню, может быть вообще всего лишь дежурным!). Он, как иногда там практиковалось, решил отправить в наряд кого-то вместо себя. Первый выбор, кому было "предложено", отказался и получил удар кулаком в глаз. Пару недель по решению руководства роты не выходил из располаги, чтобы не отсвечивать синяком. Еду ему приносили из столовой в котелке. Последствий никаких ни для кого не было. Даже в наряд в итоге кто-то другой всё-таки пошёл. Эти оба тоже моего призыва были, если что.
Мне только один случай известен, связанный с дисбатом. В полк тогда вернулся дослуживать свои несколько месяцев какой-то тип, который сломал челюсть сослуживцу. Он в дисбате провёл 1.5 года вроде бы. И вот его зачем-то к нам в роту поселили на несколько дней. Что-то он там помогал нам по хозяйству делать. Какой-то неспокойный был. Однажды ротный к нам в кубарь зашёл прямо в тот момент, когда этот боец уже собирался в окно выпрыгивать (1 этаж) чтобы пойти гулять в СОЧ. В общем, куда-то там его дальше перевели, не знаю дальнейшую его судьбу.
И один кабардинец с нашей роты всё-таки умудрился ротного разгневать. Терпение командира закончилось и кабара перевели "в какое-то очко". Куда точно - не знаю.
Вопрос: Ваше мнение, что дала армия лично вам, что вас разочаровало, а что обрадовало (если такое бывало)?
Ответ: Лично меня армия научила ценить время и радоваться мелочам. Во время службы осознал, что напрасно вообще когда-то мог ныть и жаловаться на какие-то трудности. Проверил себя в непростой обстановке, сделал выводы. Начал ценить ту жизнь, которая у меня была на гражданке. После службы какие-то проблемы уже не казались такими сложными и нерешаемыми. Стал более аккуратен в общении с людьми, тщательнее стал к ним присматриваться, понятие ответственности вышло на новый уровень. В общем выход из привычного своего круга общения и погружение в некомфортную среду дал свои плоды.
Разочаровала сама суть армейской системы. В моем случае это абсолютно бесполезная профанация боевой подготовки, иллюзия деятельности, щедро приправленная доброй порцией показухи, бесплатной работы и бессмысленной траты времени. Где всем на всё по#%й: на то, зачем мы там, и на друг друга, в общем-то. Клали на службу, на мой взгляд, на всех уровнях. От солдата-срочника до старших офицеров. Мотивация что-то делать – выполнить задачи, чтобы не отругали и отвязались на время. Либо тянуть время, выполняя какую-то задачу или искать свой про#б. Ну, это каждому служившему должно быть знакомо. В общем, было неинтересно. С первых минут, попав в казарму ещё в учебке, не покидала мысль: «А раньше-то ж вообще 2 года служили!!!».
Радовали моменты, когда очередной день заканчивался и я становился ближе к дому. Очень скучал. Ещё радостно было, когда выдавались возможности попить чай с какими-нибудь вкусняшками и/или почитать книгу, осознавая, что в ближайшее время никуда не надо подрываться и можно немного расслабиться.
Вопрос: Как вас встретили после демобилизации родня, друзья и знакомые?
Ответ: Родные нормально встретили. Вообще отцу был очень рад. Он тогда в Москве работал, приехал, забрал меня с КПП, проводил через Москву, посадил на поезд до родного города.
Девушка моя в итоге меня не дождалась. Встретились в день возвращения и окончательно расстались.
Зато благодаря этому восстановил и приумножил общение с универскими и школьными друзьями.
Через несколько недель уже ехал в другой город работать по специальности. Начиналась жизнь, полная ярких событий и интересных приключений. Но армия, конечно же, оставила свой отпечаток. Многие словечки, которые там подцепил, до сих пор использую в повседневном общении, А некоторые истории действительно забавляют, особенно, если делишься воспоминаниями с неслужившими.