12 июля прошел второй фестиваль российской готской музыки Gothwave Open Air, где мне посчастливилось взять ряд интервью у команд, играющих в таких жанрах как постпанк и гот-рок. Самое отвязный разговор состоялся с солистом группы «Шпага».
... на сцену вышли музыканты. Состав был солидный: живой барабанщик, два гитариста, басист и вокалист с широким мясистым лицом, перебинтованной рукой и стильной прической. Мне он чем-то напомнил Брайана Молко в молодости. Чувак оказался с харизмой – много бесновался (один раз даже получил пинка), а в перерывах активно общался с аудиторией. Так я узнал, что «Шпага» из Великих Луков, и неформалов там «пиздят».
Музло было громкое, злобное и мрачноватое. Панковское по подаче. Мне захотелось пообщаться с ребятами. После выступления они охотно пошли на контакт. Вокалист был многословен и не очень трезв, поэтому интервью продлилось дольше, чем я ожидал, и мы с ним успели многое обсудить: как по-научному звучит его диагноз, кто пизже в DSBM – Silencer или Malvery, и как выживают неформалы в Великих Луках.
«Шпага» – это не группа, это проклятие»
Я говорил с вашим музыкантом, он сказал, что вы не готик-группа. Как ты определяешь ваш стиль?
Я вообще, грубо говоря, ненавижу наш стиль! Я не хочу здесь выступать! Меня держат насильно в этой группе!
В плен взяли?
Да, в плен взяли! Просто людям нравится, что я лицо группы, я охуенно... делаю вещи!
Заебись. Ты чем-то похож на молодого Брайана Молко.
Мне говорили еще, я похож на Леху Никонова, на Питера Стила... Много на кого похож, но я личность – я Вадим Шанин, мне по хуй!
Круто. Это твое настоящее имя?
Да, Вадим Андреевич Шанин. Псевдоним – Manhunt, который более известен в депрессивно-суицидальном блэк-метале.
О, я люблю DSBM.
Реально?
Да. Например, «Наеблись» (прим.: имеется в виду шведская группа Nae'blis). Отличная группа.
Как еще раз?
«На-е-блись». Еще есть группа Nekrasov.
Да, многие знают про нее...
Silencer. Malvery.
Malvery тоже. Но Silencer попизже, чем Malvery, я считаю.
Чувак, а че с рукой?
Да короче, возле бара стоял, там какой-то пидорас на меня напал, я ему уебал несколько раз... Несколько раз по башке уебал. И у меня палец сломался.
Перелом?
Перелом со смещением.
Блин, сочувствую.
Да нормально, заживет. Не первая травма. В Луках только так и выживают, брат.
Еще вопрос: когда ты пел, твой музыкант дал тебе пинка. Скажи, тебе часто приходится получать по жопе?
(смеется) Так это потому, что я к нему подошел, дал ему два раза либо с бутылки, либо с башки по ебальнику. Он обиделся и начал мне пинки давать.
У вас отношения как у Мэрилина Мэнсона и Джонни Файва.
Да, когда он его сжигал там, блядь! А не, это барабанщика он сжигал... А гитариста он пиздил тоже, вот эта вся хуйня. Не, мы кайфуем просто с момента. Нас просто призвали в Москву, а мы дикари ебаные. Мы, грубо говоря, нигде не были, нас просто призвали – мы пришли, показали... этот, как его... перформанс, блядь! Покайфовали просто с выступления и завтра поедем домой.
Я правильно понял, что вы из Великих Луков?
Да, из Великих Луков! Это самый уебищный на хуй город, который есть.
У меня начальница из деревни под Великими Луками.
Ну да... Не, Великие Луки на самом деле – мегауебанская ситуация. Я говорю, легко быть неформалом, когда ты в Москве. Но попробуй быть в Луках на хуй неформалом! Когда ты каждую неделю на хуй просто пизды получаешь!
Я бы не сказал, что ты выглядишь как неформал.
Ну, я просто волосы еще состриг, грубо говоря. Я их состриг еще в прошлом году, потому что у меня были волосы досюдова. (показывает ниже уровня плеч) Меня каждую неделю доебывали. Я их состриг не потому, что отошел от своей идеи, а оттого... Знаешь, у девушек есть такая тема: какая-то больная тема случилась – ты волосы состриг. Я такой типа состриг и подумал, ладно, все пойдет теперь в жизни. И по итогу ни хуя не пошло!
Ты сказал, что вас обижают в Великих Луках. А че вы сами всех не пиздите, у вас такая агрессивная подача в музыке...
А кто сказал, что мы их не пиздим?
А ты пиздишь?
А видишь мою руку? (смеется)
Ну ты вроде говорил, что сам виноват, что тебе сломали палец.
Отчасти да, но блядь... Там очень неоднозначная ситуация была. Нас очень до хуя доебывают. У нас единственный бар есть идейный. Туда приходят всякие уебки, всякие...
[далее Вадим в течение двух с половиной минут говорит вещи, которые мы не можем публиковать в целях соблюдения законодательства РФ]
Что пожелаешь читателям DARKER’а?
Каким читателям?..
DARKER’а. Это фэнзин, для которого ты даешь интервью.
А... Короче, я желаю... всем людям... вот что людям надо? По твоему мнению?
Они должны быть счастливы.
Во-о-от. Первое мое слово было. Потому что каждый человек, какой бы он ни был уебан, заслуживает счастья. Второе – любви. Именно искренней, настоящей. И третье... что еще человек заслуживает? Счастья и любви – это самое первое. А третье... быть честными просто!
Быть честными?
Да, потому что честность... вот как говорил Ницше: «Человек...» Щас, блядь, у меня даже цитата эта на хуй записана. (копается в телефоне) Я хочу просто ее зачитать, она настолько пиздатая... это Достоевский писал. Она очень многим людям, я думаю, поможет, просто я тоже был очень потерян на хуй в своем мире ебаном, но эта цитата дала мне надежду. Хотя я человек с биполярным расстройством, у меня очень много всяких...
Как звучит твой диагноз?
Биполярно-аффективное расстройство личности. Вот как говорил Достоевский, нет счастья в комфорте, счастье покупается в страдании... И для меня это очень глубокие слова, потому что... не очень много людей, которые меня понимают, но есть те, кто может. И это самое мегаохуенное. Потому что мы все живем из-за чего? Мы живем, и что мы делаем? Мы страдаем большую часть своей жизни. Но мы же люди, заслуживаем какого-никакого счастья, если даже мимолетно это появилось...
Хочу это тоже рассказать. Просто у меня есть херня, раньше очень сильно осуждал Бога, божества, Иисуса тоже – я его вообще типа ненавидел! Но потом, когда ко мне пришла депрессивная фаза, стало настолько хуево, что я такой смотрю в небо и говорю типа: «Чувак, ну понимаешь, что ты ебать жестокий, ну типа, прекрати, пожалуйста». Буквально через два дня у меня начало все налаживаться. Но я, тупой долбоеб... потерял свою девчонку любимую, связи со своими друзьями прекрасными, – понял, что дело, оказывается, не в Иисусе, не в чем-то вышнем, дело – во мне. И я такой типа подумал: «Да, я виноват». Все эти ситуации зависят не от других людей, они зависят от меня.
Ну и я считаю, что что-то вышнее – даже если ты в это не веришь – не надо оскорблять. Потому что он может с тобой такой хуйни натворить. Я специально читал Библии, Кораны, чтобы ненавидеть что-то вышнее, но, когда ты уже от боли ползаешь по сце... по стенам, ты уже к этому обращаешься и такой говоришь: «Чувак, хватит, пожалуйста».
Щас я – да, понимаю. Щас я – да, пиздострадаю. Мне – да, хуево. Но я не обвиняю в этом никого, кроме себя, потому что понимаю, я – долбоеб, я в этом виноват. И типа не должно быть ничего, кроме меня.
***
На этой мажорной ноте я собирался было завершить интервью, но музыканты попросили остаться, чтобы рассказать о проклятии группы «Шпага».
Я снова включил диктофон, и мы продолжили.
Вадим Шанин: Когда мы только записали песню, случился какой-то теракт. Выпустили альбом – случился «Крокус Сити Холл». Когда мы выпустили другой альбом – умер известный исполнитель, а вот когда я вошел в вашу группу и начал че-то исполнять... у нас была девушка-гитаристка, здоровая, все в порядке, с нашего техникума. И она или по незнанке, или не по незнанке – до сих пор не разобрался – под поезд попала. Ей оторвало ногу. Говорят, на себе не показывают, но вот...
Илья Хватков: Чуть ниже коленного сустава.
Вадим Шанин: Мы все в ахуе были... потом стало происходить много хуйни – я начал руки ломать, блядь, другие тоже какой-то хуйней стали страдать... Да, группа «Шпага» – это не группа, это проклятие, я считаю.
***
Прощаясь с группой, я рассуждал о судьбах русской готики – проклятой, пропахшей водкой и истекающей кровью. Затерявшейся где-то в Великих Луках.
Позднее ко мне подошел Илья Хватков – настоящий лидер «Шпаги». Он подтвердил, что Шанина взяли чисто в имиджевых целях. И это правильно: для такой агрессивной музыки Илья выглядел уж больно интеллигентно – худой симпатичный парнишка с большими выразительными глазами и грустной улыбкой. Группе был нужен совершенно иной фронтмен – такой как Вадим Шанин, или скорее Manhunt.
Илья пожаловался на низкие гонорары и провинциальных журналистов. Сказал, что недавно группа давала интервью великолукскому изданию и корреспондент с дефектами речи задавал тупые вопросы в духе: «В каком городе вы мечтаете выступить?» Мои вопросы, напротив, показались Илье интересными.
Он также поведал, что Вадим глубже, чем кажется. Например, у него есть собственная классификация людей: бывает полностью человек, бывает человек наполовину, а бывает совсем не человек. Я поинтересовался, сколько Илье лет. Он сказал, двадцать. Меня кольнула легкая зависть. Мои двадцать лет остались далеко позади, как и надежды на лучшее.
Илье очень понравились московские девушки. Он спросил, можно ли к ним подкатить? Я сказал что-то вроде: «Дерзай, чувак». Ближе к вечеру я снова увидел Илью – кажется, он был в компании какой-то альтушки. Надеюсь, у них все получилось.
Текст впервые опубликован в фэнзине DARKER.